Вероятно, строились в стародавние времена, вместе с трактом. А жители Приозёрья лишь поддерживали их в рабочем состоянии.

Утром четвёртого дня, ближе к полудню, впереди показались стены. Столица Южной части Приозёрья возвышалась над берегом, как спящий великан. Стены, сложенные из тёмного, почти чёрного камня, высились на шесть-семь человеческих ростов. Город они опоясывали практически целиком. Хотя, если честно, смысла в этой предосторожности было мало.

Дело в том, что город стоял на полуострове. И занимал его целиком, от перешейка до дальней оконечности, вдававшейся в озеро. Сама здешняя природа позаботилась о защите: с трёх сторон — вода, и лишь с западной, материковой — узкий перешеек шириной в тысячу шагов. И тут строители города тоже подстраховались: прокопав ров, запустили в него воду из озера.

Тем не менее, и с этой стороны город прикрывала стена. А через каждые сто-полтораста скачков стояли башни, квадратные у основания и круглые кверху. Если поднять взгляд, на их вершинах ещё виднелись деревянные навесы, под которыми когда-то дежурили дозорные. Возможно, они и сейчас там были, с эдакого расстояния не разглядишь.

Местность, начиная от перешейка и до берега, повышалась. Сначала — полого, едва заметно, а затем всё круче. В итоге, у центра полуострова вздымался холм, на вершине которого белели стены внутренней крепости.

Архитектура города, насколько я мог рассмотреть снаружи, была пёстрой. Однако, что приятно, не лишённой своеобразия. Во внешнем городе, раскинувшемся на склонах холма, преобладали дома с двускатными и четырёхскатными крышами — наследие дождливого климата.

И всё же над черепицей и соломой вздымались то здесь, то там характерные купола. Совсем как в Илосе и других городах Вечных Песков.

Зато деревьев и кустарников было много. Несмотря на плотную застройку, каждый свободный клочок земли кишел зеленью. Сады выглядывали из-за стен, кроны возвышались над крышами. Даже внешние стены кое-где поросли вьющимися растениями. Их, конечно, полагается по всем правилам срезать, чтобы не дать возможности каким-нибудь вражеским лазутчикам пробраться в город… Но местные, похоже, неслабо расслабились за последние годы.

Тучными, похоже, выдались эти самые годы. Во всяком случае, предместья были застроены настолько густо, что казались продолжением города. Дома лепились друг к другу, образуя лабиринт узких улочек и переулков. И лишь кое-где этот лабиринт прорезали широкие дороги, ведущие к воротам. Ну и, конечно, древний тракт, уходивший дальше на север.

Я отдал приказ устроить короткий привал. А сам, пользуясь моментом, долго рассматривал город с высоты перехана.

— Ну вот и Стион… — негромко сказал подъехавший Ситранис без особой радости в голосе. — Столица Края, чтоб её!..

— А там, в этом вашем Стионе, точно люди есть? — поинтересовался Истор. — Пока больше похоже, что внутри ни души…

— Есть там люди! — известила нас Наана со своей телеги, остановившейся рядом.

И, посмотрев на город, что-то буркнула себе под нос. Слух у меня хороший, и если не подвёл, то за людей Наана нынешних жителей Стиона не считала. Между прочим, тех самых, обманутых и брошенных властями. Вот только я купца воспитывать не собирался. Бесполезное занятие, по большей части.

За это время подтянулись другие командиры. И я решил уточнить их мнение насчёт того, как дальше двигаться. Прямой путь по тракту проходил через предместья Стиона, вблизи от городских стен. А с учётом того, что в городе хватало людей, обозлённых на жизнь — хоть и не без причины… В общем, встречаться с ними лицом к лицу не очень хотелось.

Другие командиры с моей позицией были согласны. Нет, никто не боялся возможного сражения. В конце концов, у нас почти все были либо воинами, либо наёмниками. Но зачем рисковать лишний раз? Лучше, устроив обход, потерять полдня, чем людей — и с одной, и с другой стороны.

Разве что новые жители столицы сами придут нас грабить и убивать. И такая вероятность, надо сказать, была высока…

Караван снялся с привала, едва мы закончили совещание. Отклонившись от тракта, колонна потекла по дорогам предместья, чтобы обогнуть Стион с запада.

Увы, проехать незамеченными не вышло. Была надежда, что городские к нам не станут спешить, но… Не оправдалась. Спустя гонг разведчики донесли мне, что городские ворота открыты — и оттуда выходит очень много вооружённых людей.

Да, вооружение было, в большинстве своём, самое простое. Но при большом численном превосходстве не спасёт преимущество в оружии и навыках. Если у нападающих хватит решимости завалить нас трупами, даже моему войску не поздоровится. Вопрос только, насколько дорого местным обойдётся такая победа.

Караван ускорился, насколько это было возможно с телегами и гнурами. Мы уходили всё дальше на запад, огибая город по широкой дуге, и вскоре плотная застройка предместий начала редеть. Дома уступали место огородам и полям. Местность становилась более холмистой.

На вершине одного из таких холмов я заметил поселение. Небольшое — десятка три домов, обнесённых невысокой каменной стеной. Склон был пологим, открытым, без оврагов и промоин. Идеальное место для обороны. С вершины холма отлично просматривались вся округа. А ещё оттуда было очень удобно стрелять. Что особенно важно, когда у тебя кочевники составляют большинство в войске.

Пока толпа, вышедшая из Стиона, сюда подтягивалась, мы готовились к обороне. Поскольку у четырёх ворот поселения уже не было ни створок, ни заграждений, пришлось искать материалы для баррикады. Нужно было, как минимум, завалить оставшиеся проходы на скорую руку. Кочевники, не вылезая из сёдел, распределились вдоль окружной стены. Им удобно было выглядывать из-за неё, чтобы стрелять прямо с сёдел. Илосцев и приозёрцев я приказал поставить внутри перед воротами.

Может быть, стоило попробовать уйти. Все мои воины были верхом, а переханы — животные выносливые. Задерживали только перегруженные повозки. А бросать их было жалко. Но важнее было другое. То, что моё войско начинало терять боевой задор и слаженность. Это грозило со временем превратить несколько тысяч бойцов в обычную толпу с оружием. А в Святилище мне потребуются опытные и прошедшие сотни схваток ветераны, а не разлагающиеся морально и физически люди.

Всё-таки верно говорят, что любой боец в войске должен быть занят. Каждое мгновение, если он конечно, не спит. Ну хоть чем-нибудь. Чтобы разные глупости в голову не лезли. У меня, к сожалению, не было возможности озаботиться этим во время марша. А вот хорошая битва вполне могла вернуть воинам боевой задор. Лишь бы эту битву не проиграть с позором…

Впрочем, даже сравнение того, как к битве готовились мы, а как — жители Стиона, уже заставляло моих людей вспомнить, кто