занять один из кабинетов. Тот меня сразу узнал — немудрено, после тоста Митрофанова — и повёл по коридору. Открыл дверь в небольшую комнату с двумя креслами, журнальным столиком и приглушённым светом.

— Располагайтесь. Если что-то нужно будет, зовите, — сказал он.

— Спасибо. Мы ненадолго, — улыбнулся я.

Охранник вышел, закрыв за собой дверь. Андропов плюхнулся в чёрное кожаное кресло, закинул ногу на ногу и посмотрел на меня с лёгкой усмешкой.

— Ну, что за разговор? Если можно, давай побыстрее. А то сам видел, кто меня ждёт, — он снова подмигнул. — До пяти утра надо управиться.

Обычно он был более серьёзен. Но сегодня расслабленный вечер, вино, красивые женщины, и даже маги S-класса иногда позволяют себе быть людьми. Хотя я прекрасно знал, что на магов нашего уровня алкоголь особо не действует. Организм перерабатывает его слишком быстро.

Я поднялся. Подошёл к нему.

— Тебе это не понравится, — сказал я, — но ты должен знать. Кое-что произошло.

Улыбка исчезла с его лица. Мгновенно, как будто выключили свет. Передо мной снова сидел боевой маг — собранный, жёсткий, готовый ко всему.

— Что именно?

— Это касается безопасности ФСМБ. И тебя лично.

Андропов напрягся. Вся лёгкость улетучилась. Он подался вперёд, глаза сузились. Но этими фразами я лишь притупил его внимание.

— Говори, — настоял он.

Вместо ответа я положил руку ему на плечо.

Андропов дёрнулся, но не отстранился — слишком привык доверять мне в бою. И эта секунда доверия была всем, что мне требовалось.

Я выпустил свою ману. Направил её через точку контакта — в его тело, в его каналы. Мощный поток, который заполнил его магическую систему на сто процентов, вытесняя всё чужеродное.

Андропов скривился. Зажмурился. Его тело напряглось, как струна, руки вцепились в подлокотники.

[Ментальное влияние на объекте: устранено]

[Критических повреждений магических каналов: не обнаружено]

[Состояние объекта: стабильное]

Андропов открыл глаза. Несколько секунд смотрел на меня — ошарашенно, злобно, растерянно. Всё сразу. Его зрачки метались, как у человека, который проснулся в незнакомом месте и пытается понять, где он.

Знакомое чувство. Я сам пережил нечто подобное, когда Система впервые показала мне правду о прошлом. Когда всё, что я считал решением Громова, оказалось моим собственным. Это выбивает землю из-под ног.

— Что это было, чёрт возьми? — выругался он. — Ты что, решил меня убить?

— Наоборот, — сказав это, я сел в кресло напротив.

Помолчал. Дал ему секунду прийти в себя. Потом спросил:

— Ты помнишь, зачем пытался достать образец энергии из моего источника? Из Печати Пустоты?

Андропов нахмурился. Потёр висок. Глаза стали стеклянными — так выглядит человек, который пытается вспомнить что-то, что секунду назад казалось абсолютно естественным, а теперь вдруг потеряло всякий смысл.

— Помню, — медленно ответил он. — Помню, что мне это было нужно. Очень нужно. Я был уверен, что это важно. Только вот… — он замолчал.

— Только вот теперь ты не понимаешь зачем.

— Да, — он сглотнул. — И видимо, отнюдь не для нужд страны. Потому что этот приказ не поступал сверху.

В его глазах отразилось понимание. Того, что он сделал. И того, что об этом знаю я.

Молчание длилось долгую минуту. Андропов сидел неподвижно, глядя в пол. Руки сцеплены, челюсть напряжена.

Я не торопил. Есть вещи, которые человек должен осознать сам.

— Я и сам не понимаю, зачем мне это было нужно, — наконец сказал он.

Я кивнул.

— Но наверняка было чёткое понимание, куда ты должен был этот кристалл отнести.

— Было, — он не стал отрицать.

И это говорило о нём больше, чем любые оправдания. Он признавал свою вину.

— Ты уязвим, — я чуть подался вперёд. — Даже при наличии моей защиты от хаоса ментальная магия действует иначе. Она проходит напрямую в сознание. Учитель взял тебя под контроль. Я вовремя это заметил и снял воздействие. Но не факт, что оно не повторится.

— Чёрт подери! — Андропов схватился за голову обеими руками. — Я… я ведь мог натворить чего угодно. Передать ему образец Печати. Слить информацию о наших операциях. Привести его прямо в главный центр ФСМБ, открыв двери изнутри.

— Мог, — подтвердил я. Смягчать не стал. Он взрослый мужик, маг S-класса, и заслуживает правды. — Но воздействие было неглубоким. Ты делал только то, что тебе внушили, — не больше.

— Утешил, — горько хмыкнул он.

— Полностью обезопасить себя от этого невозможно, — продолжил я. — Но можно контролировать. Я бы посоветовал тебе раз в неделю заглядывать к ментальным магам из ФСМБ. Там сидят неслабые специалисты. Пусть проверяют.

Андропов кивнул. Он и сам понимал — тут можно только следить. Если появилось ментальное влияние — снимать. Если не пришёл на проверку без объективных причин — значит, снова что-то не так и нужно бить тревогу.

В конце концов, не закрывать же мага S-класса в подвале, когда он нужен своей стране. Его команда, как и моя, закрывала самые сложные разломы. Убрать его из строя — значит ослабить Россию.

Тем временем в моей голове сформировался ещё один вывод. Если ментальный контроль действует на того, кому я передал защиту, — значит, защита от хаоса не блокирует ментальную магию. Я и раньше это подозревал, но теперь убедился наверняка. А это меняет расклад.

Кто невосприимчив к ментальной магии Учителя? Только Пустые. Те, у кого нет магических каналов, через которые ментальная энергия могла бы проникнуть в сознание. Их мозг закрыт для такого воздействия, как запертая дверь без замочной скважины.

И то не полностью. Взять одного Пустого под контроль на пять минут стоило Учителю столько же энергии, сколько управлять магом вроде Андропова неделями. Разница в устойчивости колоссальная. А в затратах энергии для Учителя — почти никакой выгоды.

— Я могу рассчитывать, что это не уйдёт дальше? — спросил Андропов после минуты молчания. — Не хочу становиться подопытной крысой, за которой будут каждый день наблюдать.

Система, можешь перепроверить? На всякий случай.

[Ментальное воздействие: не обнаружено]

[Магические каналы: в норме]

[Состояние сознания: стабильное]

Чисто.

— Не уйдёт, — кивнул я. — Но с одним условием. Раз в неделю присылай мне отчёт от проверки у ментального мага. Если отчёта не будет — я приду сам.

— Договорились.

Мы помолчали ещё несколько секунд. Потом Андропов выдохнул — тяжело, как человек, который только что узнал, что