стали со мной хитрить, путать... Ну и все равно-все равно я не поеду в Тамбов!

Люба. Куда?

Дуня. В Тамбов.

Люба. И вы тоже?

Дуня. Что?

Люба (яростно). Ну что это за глупый, что это за отвратительный розыгрыш! Ну почему они все хотят, чтобы мы ехали в Тамбов!

Дуня (всхлипнула). Я не знаю...

Люба (всхлипнула). И я не знаю... Вы только не плачьте, Дуня.

Дуня. Не буду.

Люба. Не плачьте, не плачьте. Погодите, сейчас мы сообща найдем и для вас какой-нибудь выход.

Дуня. А для себя вы нашли?

Люба. Нашла. Собственно, не я нашла, а Кирпичников... Дуня (поправляет). Ну да, да, Фортунатов!

Люба. Он предложил мне ехать работать на Таймыр... Дуня. Куда?

Люба. На Таймыр.

Дуня. Ой, это ведь очень далеко?

Люба. И пускай далеко! Вот и хорошо, что далеко! Но мне чем дальше, тем лучше!

Дуня. А он?.. Он тоже едет?!

Люба. Конечно.

Дуня (помолчав, упавшим голосом). А сперва сказал...

Когда он едет?

Люба. Завтра.

Дуня (едва не вскрикнула). Завтра?

Молчание. Люба встает, подходит к Дуне, старается заглянуть ей в лицо. Дуня отворачивается.

Люба (тихо). Дунечка...

Дуня молчит.

Дунечка, ну хотите, сейчас он вернется, я с ним поговорю, чтобы всем вместе.

Дуня (резко). Ни за что!

В номер вбегает Дюжиков.

Д ю ж и к о в. Можете себе представить — он согласен! Люба. Кто?

Дюжиков. Профессор Синицин! Таймыр не звонил? Люба. Нет.

Дюжиков (подошел к Любе, взял ее за руку). Идемте! Люба. Куда?

Дюжиков (оглядел номер). Куда? На балкон! Нам надо еще поговорить, а здесь мы будем мешать!

Люба (пожимая плечами). Ладно.

Дуня. А я...

Дюжиков (значительно). А вы сидите, пожалуйста, и ждите! (Берет два стула, папку с делами и, еще раз значительно и загадочно кивнув Дуне, уходит с Любой на балкон.)

Пауза. Входит Гришко. Близоруко всматривается, узнает Дуню и останавливается перед ней в полном недоумении.

Гришко. Это в-вы?

Дуня. Да, я.

Г р и ш к о (растерянно). Очень п-приятно... Очевидно, я не так п-понял...

Дуня (сердито). Очевидно.

Г р и ш к о. Я з-задержался... дозванивался из вестибюля одной з-знакомой, а он наскочил на меня и з-заставил идти сюда... Впрочем, я понимаю! Вероятно, он хотел, чтобы я перед вами извинился... Да, конечно!

Дуня. Кто хотел? За что извинились?

Г р и ш к о. Ну, за то, что произошло утром, когда вы приходили будить дедушку. Действительно, вы совершенно правы: я все напутал, вел себя недопустимо развязно, и мне до сих пор стыдно... Я вполне разделяю его в-возмущение... Вполне!

Дуня. Чье возмущение?

Г р и ш к о. Дюжикова.

Дуня. Понятия не имею, о чем вы толкуете. Если вы насчет утра, так я про это уж и думать забыла...

Г р и ш к о. Правда?

Дуня. Правда, правда.

В дверь стучат.

Г р и ш к о. Да-да!

Входит пожилая женщина — Тетя Гали Савельевой. Вам к-кого?

Тетя Гали Савельевой. Мне нужно повидать гражданина Фортунатова.

Дуня. Он здесь. Подождите.

Тетя Гали Савельевой. Хорошо (Садится в кресло, в углу. Застывает в позе напряженного ожидания.)

Г р и ш к о (Дуне). Какой это Фортунатов? Г-где он?

Дуня. На балконе.

Г р и ш к о (ничего не поняв, на всякий случай кивнул головой). Ага! А вы почему такая с-сердитая? Кто вас обидел?

Дуня. Никто.

Г р и ш к о. А все-таки?

Дуня. Никто меня не обидел.

Г р и ш к о (улыбаясь). Никто не обидел, а сердится! 3-зна-чит, просто характер плохой, да?

Дуня (злость придает ей решимость). Ну при чем здесь мой характер? Вот вы сами рассудите: обидно это или нет?! Сперва человек говорит... Говорит, что решил остаться из-за меня... А на самом деле — все неправда! На самом деле — он уезжает на Таймыр...

Г р и ш к о. Вот как? Он вам это все сказал?

Дуня. Да.

Г р и ш к о. Не может быть!

Дуня (серьезно). Я не вру.

Г р и ш к о. Слушайте, так вед в это ж з-замечательно! Ведь он же вам тоже нравится, да? П-признавайтесь!

Дуня. Не понимаю, чему вы радуетесь?

С балкона выглянул Дюжиков. Дуня быстро отверну-лась.

Дюжиков (с видом заговорщика). Ну как? Не кончили еще?

Г р и ш к о. Нет, кончили. Можно вас на одну с-секунду? Дюжиков. Слушаю.

Г р и ш к о (отвел Дюжикова в сторону, тихо). Поглядите на эту девушку...

Дюжиков (угрюмо). Я уже глядел.

Г р и ш к о (шепотом). Я, правда, не очень хорошо разбираюсь в подобных делах, но, по-моему, вы ей нравитесь... И даже, может быть, больше чем нравитесь! Дюжиков (в ужасе). Что?

Г р и ш к о. Да, да, да!

Дюжиков. Я? А вы?

Г р и ш к о. Я?..

Дюжиков внимательно посмотрел на Гришко, внезапно резко повернулся, подошел к окну, несколько секунд постоял молча.

Тетя Гали Савельевой (тихо, Дуне). Это и есть Фортунатов?

Дуня. Да.

Гришко. Так я пойду.

Дюжиков (протянул руку Гришко, взволнованно сказал). Вы настоящий человек. Я сейчас никак не могу собраться с мыслями, это все так неожиданно и... Но вы настоящий человек!.. Понимаю, как вам должно быть горько... Извините...

Гришко. Н-ничего! Желаю счастья... Кстати, кто это сидит с вами на балконе?

Дюжиков (рассеянно). Один товарищ. По делу.

Гришко (кивает на Тетю Гали Савельевой). Его, кажется, ждут. Еще раз желаю счастья! До свидания! (Вежливо поклонившись, быстро уходит.)

Дюжиков продолжает стоять у окна, словно не решаясь взглянуть на Дуню.

Тетя Гали Савельевой (Дуне). Вы давно знакомы с этим Фортунатовым?

Дуня. Нет.

Тетя Гали Савельевой (взволнованно). Вам не следует здесь оставаться, вы понимаете? Вам ни в коем случае не следует здесь оставаться!

Дуня. Почему?

Д ю ж и к о в (наконец решившись, обернулся к Дуне). Вот как все получилось! Вы ушли, а я все время о вас думал... И злился на себя за то, что я думаю! И не мог... Вернее, не хотел понять...

Тетя Гали Савельевой (встала). Извините, пожалуйста...

Д ю ж и к о в. Что такое?

Тетя Гали Савельевой. Я хочу узнать... Меня просили узнать... В общем, вам известна такая Галя Савельева?

Дюжиков. В первый раз слышу!

Тетя Гали Савельевой. В первый раз слышите? А как же... Нет, это вы говорите неправду! Я тетя Гали Савельевой, и она... Я все знаю... Она со мною всегда советуется, и я... Она просила меня...