чем просто через этот мегалит? Ты иногда бросаешь такие туманные намёки, что чёрт ногу сломит, шутишь ты или говоришь серьёзно.

— Рискну предположить, что ты уже пробила меня по всем своим каналам? — я усмехнулся, убирая тарелки со стола.

— Нет, — честно и на удивление серьёзно ответила она. — Решила, что правильнее будет сначала спросить лично.

— Ну, смотри… Там ситуация вышла такая… довольно забавная, — я открыл кран и начал задумчиво мыть грязную посуду, подбирая слова. В памяти невольно всплыли мои байки про мифического «спонсора» и «богатого дядю Славу». Не хотелось погрязнуть во лжи ещё больше, — В общем, земля, на которой стоит завод, принадлежит мне. Не скажу, что я прямо-таки владелец всего предприятия, но мы с владельцем… в очень хороших, взаимовыгодных отношениях.

— Всю правду рассказать не можешь? — догадливо прищурилась Василиса.

— Именно так. Там завязаны серьёзные люди из Москвы.

— Двоедушники и бандиты? — Она ухмыльнулась. — А это как-то связано с Шарпеем?

— Это связано с моим прошлым, — обтекаемо ответил я, технично уходя от прямого ответа. — Но факт в том, что это не криминал. Просто там такие жёсткие бизнесмены. И, предвосхищая твой следующий вопрос про Руслана… Да, это их подрядчик укусил его, когда они случайно столкнулись на территории. Помнишь ту суматоху? Там тогда творился полный бардак, столько всего валилось, сектанты эти…

— Ещё бы не помнить, — вздохнула она. — Такое ощущение, будто с тех пор прошло лет десять, а на деле, это ведь осенью было. И ты никому об этом не рассказываешь, чтобы не навлечь на нас всех инквизицию?

Я молча кивнул.

— Так вот почему ты тогда грудью встал на защиту Котлярова, когда я заподозрила в нём фанатика? — спросила Василиса, явно складывая в уме пазл.

— Я просто не верю, что он поехавший псих и кровожадный придурок, — отреагировал я. — Он не ангел, само собой. Белый и пушистый просто не выжил бы в кресле директора завода. Но он уж точно не фанатик. К тому же, прошу заметить, я не стал сбрасывать его со счетов. Мы прорабатывали его кандидатуру наравне с теми двумя. То есть… я прислушиваюсь к тебе и уважаю твою точку зрения.

— И до конца ты ему всё равно не доверяешь, — констатировала Василиса. Улыбнувшись, она подвела черту, — Ладно, живи со своими тайнами, я от тебя отстану. Иди добывай данные у Котлярова. Скорее всего, у него найдутся и фотографии. По линии службы безопасности они сто процентов щёлкают всех сотрудников для пропусков.

Глава 20

По следу змия

Утренний свет полосами ложился на директорский стол. Котляров даже не пытался скрыть раздражения. Он сидел, уперев руки в столешницу и сцепив их в замок.

— На кой-ляд тебе их фотографии? — не особенно вежливо спросил он.

— Один из них совершает преступления, — ровно ответил я.

— Что? — удивился он.

— Да, именно так, совершает преступления. — настаивал я.

Он слегка усмехнулся:

— И что за преступления? Неуплата штрафов ГАИ?

— Нет. Всё серьёзно.

Его взгляд стал жёстче.

— Что, запрещённые вещества? — он ощутимо напрягся.

— Ну, раз уж Вы сами это произнесли… Да, всё именно так.

Котляров вздохнул:

— И кто это там у нас безобразничает?

— А вот это я и пытаюсь выяснить. Есть пятеро подозреваемых, но виновен лишь один. А может, всё это вообще ошибка. Мне нужно всё проверить, прежде чем сделать окончательные выводы.

Котляров пристально посмотрел на меня:

— Вадим, а какого рожна это вообще тебя касается? Какого чёрта ты вдруг заделался Эркюлем Пуаро? Прости, но при всём моём уважении к тебе, ты всего лишь почтальон. Почему этим не занимается полиция?

Я выдержал его взгляд.

— А Вы бы действительно этого хотели, Виктор Сергеевич? Официальное расследование, мигалки у ворот, обыски в общежитии и на заводе? Грязные слухи, истерика в соцсетях, проверки из центра?

Котляров медленно, со скрипом, откинулся на спинку кресла. Возразить ему особо было нечего.

— М-да… Перспектива так себе, — задумчиво высказался он. — Но разве у нас есть варианты?

— Ну да, есть. Я тихо найду его и тряхну как следует. Негласно, без лишнего шума. Сделаю так, чтобы вся дурь испарилась, а в крайнем случае просто тихо вышвырну из посёлка.

— Ну, такое себе решение, — Котляров нервно побарабанил пальцами по столу. — Ты кто, Бэтмен в Готэм-сити? Я не сторонник самосуда, Вадим. Вся эта партизанщина, личная месть… Закон должен работать, даже если у этого есть неприятные побочные действия!

Я позволил себе усмешку.

— Да ну? — скептически протянул я. — Виктор Сергеевич, а может, мне нужно напомнить Вам обстоятельства нашего знакомства? И то, какое отношение они имели… к вендетте?

Котляров глухо кашлянул, отводя взгляд.

— Кхе. Не стоит мне об этом напоминать. Я и так трачу целое состояние на психолога.

Я искренне удивился.

— Что? — его откровенность застала меня врасплох.

— Да, представь себе, — горько усмехнулся он. — Я, здоровый брутальный мужик, дважды в неделю мотаюсь в Краснодар к мозгоправу. Анонимно, естественно. У них там, знаешь ли, есть такая услуга. Одиннадцать пятьсот за сеанс, зато моё имя нигде не светится. И поверь, это стоит каждой потраченной копейки. Виктор Викторович, мой психолог, специалист необычный, не слишком-то деликатный, но…

— Простите, но как насчёт моей просьбы? — мягко, но настойчиво перебил я, не давая ему увязнуть в рефлексии.

Котляров поморщился.

— Ладно, — недовольно буркнул он. — Будут тебе фотографии. Но только лица, никаких анкет и личных дел. Не дай бог, кто узнает, это ж персональные данные. Сейчас за них карают жёстче, чем за кражу или драку. Скидывай свой список. Ищи преступника. И если вдруг не справишься сам, зови, помогу. Так и быть.

— Не будем увеличивать работу Вашему психологу, — усмехнулся я. — Сам разберусь. Обещаю, никакого криминала.

Буквально через час на мою электронную почту пришло письмо, в нём было пять фотографий. К счастью, файлы были подписаны.

Следить сразу за пятерыми, задача действительно не из лёгких, тем более что в дневное время все они находились на рабочих местах. Поэтому я сначала разобрался с прямыми обязанностями. Быстро раскидав корреспонденцию по адресатам, я направился к Гайку в пункт выдачи заказов. Там его не