42

42

Ксюша

Я нервно переминаюсь с ноги на ногу, стоя перед домом Руслана. Поглядываю на кнопку звонка, но сомневаюсь и медлю, понимая, что разговора не получится, если я не предупрежу о своем визите заранее и разбужу громкой трелью Сашку. Время обеда, маленькие дети обычно в эти часы спят…

Вздохнув, достаю телефон и набираю бывшего мужа. Длинные гудки добавляют тревожности, Руслан не торопится отвечать, я начинаю нервничать.

– Да, – раздраженно выдыхает Ветров в тот момент, когда я уже и не рассчитываю на то, что он поднимет трубку.

– Откроешь? Я у калитки.

– Зачем ты пришла? – бьет наотмашь презрительным интонациями он.

– Поговорить.

Он сбрасывает вызов и я замираю, с беспокойством гипнотизируя входную дверь. Цепляюсь взглядом за несколько детских игрушек, что валяются на ступеньках крыльца и возле самодельной песочницы.

В животе закручивается узел, меня начинает мутить.

Ох, зря ты сюда пришла, Ксюша. Нужно было дождаться Клима…

Проходит минут пять, не меньше, когда входная дверь все же открывается и на улицу выходит Ветров. Его губы поджаты, брови сведены к переносице, а в глазах отражается такая неприязнь при виде меня, что я еле сдерживаюсь, чтобы не попятиться.

Он подходит к калитке, но распахивать ее не торопится. Скрещивает руки на груди и цедит сквозь зубы:

– Говори.

– Руслан, – вздыхаю я. – Мы не будем вести разговор через забор с калиткой.

– Отлично, – пожимает он плечами и разворачивается, чтобы уйти.

– Ветров! – повышаю я голос и хватаюсь за металлические прутья, нагретые южным солнцем. – Я ничего плохого тебе не сделала. И пришла сюда помочь!

– Мне не нужна твоя помощь! – рявкает он, обернувшись. – Теперь уже не нужна! Хочешь сказать, что не ты притащила сюда эту парочку, а?

Разжимаю пальцы и прячу сжатые в кулаки ладони в просторные карманы своего платья. Разговор не клеится, а я ведь еще не приступила даже к самому главному! Стараюсь подавить эмоции и вернуть себе спокойствие. Мне нужен холодный рассудок, только так я смогу донести до Руслана то, что хочу.

Хочется обернуться и посмотреть в сторону, туда, где в машине меня ждет Женя. Но я понимаю, что Ветров это заметит и рассвирепеет еще сильнее. Поэтому выдыхаю отравленный внутренним раздражением воздух и втягиваю носом порцию нового, убеждая себя, что все под контролем.

Все будет хорошо.

– Я понимаю, почему ты себя так ведешь. Проще обвинить другого человека, чем признать, что сам совершил ошибку.

– Нет, – мотает он головой, – не понимаешь! Чужой ребенок, которого воспитываешь и считаешь своим, любишь как своего… Это не моя ошибка!

В голосе Ветрова звучит отчаяние. Он зажмуривается, отворачивается на мгновение. Тянет руку к калитке. Лязгает сначала замок, а потом и щеколда. Руслан медленно шагает к дому, поднимается на веранду и садится на верхнюю ступеньку, обхватив голову руками.

Я закрываю калитку за собой и подхожу к бывшему мужу. Несмотря на то, сколько боли он мне причинил, несмотря на нашу последнюю ссору и его жестокие слова в мой адрес, мое сердце все равно сжимается от сочувствия.

Руслан убит. Уничтожен. Передо мной сломленный человек. Съедающий себя сомнениями, подозрениями, вопросами.

А я пришла его добить.

– Помнишь, мы разговаривали как-то про эффект бумеранга? Вот он, мой бумеранг, – хрипло произносит Ветров и смотрит на меня покрасневшими глазами. Я судорожно сглатываю, не зная, что сказать, но Руслану и не хочется меня слушать, потому что он продолжает: – Я не сомневаюсь, что ДНК-тест покажет не мое отцовство. Умом понимаю, что вся эта история слишком мутная, чтобы я оказался в победителях. Умом понимаю, а оно, – прижимает он ладони к груди, – болит. Кровоточит. Вселенная нехило за тебя меня поимела, Ксюша.

– За меня? – переспрашиваю пересохшими губами. Он кивает, отводя взгляд в сторону.

– Ты была моим ангелом-хранителем. Вдохновляла, поддерживала, защищала. Всегда была на моей стороне, а я пошел искать что-то получше, поинтереснее… Одна ошибка, – усмехается. Кривится, словно слова, срывающиеся с его губ, причиняют ему физическую боль. – И я все потерял.

– Руслан…

– Ты рада?

– Нет.

Я не вру. В этот самый миг осознаю, что мне настолько же больно, как и ему. Я не способна на ненависть к Руслану, как бы не злилась из-за измены и развалившегося брака.

Я действительно любила этого человека. Всем сердцем. Не возникни Руслан на моем пути снова спустя год, рано или поздно я все равно бы его простила. И искренне пожелала бы счастья, отпустив и двинувшись дальше, продолжив жить и дышать полной грудью.

Но сейчас мы оба стоим на руинах, с развороченными грудными клетками. В прошлый раз все разбомбил Руслан, в этот – моя очередь наносить болезненный удар.

Мы молчим и смотрим в разные стороны. В груди давит от невысказанных слов. Они красивые, правильные, но облегчения Ветрову не принесут. И сказать я должна вовсе не их. Наступил тот момент, когда должна прозвучать правда. Мы оба это понимаем.

Ветров отважнее меня. Повернувшись, впивается глазами в мой профиль и сухо спрашивает:

– Зачем ты пришла?

Мышцы шеи деревенеют, не давая мне посмотреть на него. Вместо этого разглядываю трещины в коре невысокого деревца напротив меня и несколько раз открываю рот, чтобы ответить. Удается только с четвертой попытки:

– Клим нашел Лиду.

Руслан судорожно тянет носом воздух. Я знаю, о чем он спросит еще до того, как вопрос повисает в воздухе между нами:

– Саша мой сын?

Я огромным усилием воли заставляю себя повернуться к Руслану и ответить, глядя ему в глаза. Чтобы он видел – я не вру.

– Нет.

Веки мужчины опускаются, губы дергаются, искажая лицо, между бровей проявляется глубокая складка.

Горе. Боль. Надлом.

– Я не верю. Не хочу… – хрипло произносит он, не открывая глаз. – Не могу в это верить.

Я касаюсь его руки. Молчаливо демонстрирую свою поддержку, в которой он сейчас так нуждается. Жду, когда пройдет это отчаянное отрицание, и Ветров будет готов к дальнейшему разговору.

Он не вырывается, не отстраняется, не кричит и не осыпает меня проклятиями. Мы с ним застываем в моменте. Два когда-то близких человека, один из которых переживает один из самых сокрушительных ударов в своей жизни, а второй… просто рядом.

– Клим сейчас с Лидой. Если хочешь, он привезет ее, чтобы она