Только вот на следующий день к ним приехал управляющий. С запросом о покупке еды и фуража для нужд рудника. Мол, рабочих много, всех кормить надо, а везти из столицы дорого и долго. Не проще ли купить у местных?

Естественно, Светлана была рада такому развитию событий. Ведь теперь ей не придётся искать покупателей для своего скромного урожая. Они будут забирать всё. Всё, что она вырастит, всё, что сможет произвести.

— Я бы с удовольствием увеличила посевы и количество скотины, но у меня, к сожалению, нет такой возможности, — призналась она управляющему рудника, чувствуя себя неловко. Плохо, когда тебе предлагают золото, а ты не можешь его взять, потому что руки коротки.

— А в чём, собственно, проблема? — удивился управляющий.

— Для этого нужны деньги... — тихо сказала Светлана, покраснев.

— И всё? — переспросил он, чуть приподняв бровь.

— Да.

— О какой сумме речь?

Света быстро посчитала. Перепроверила объёмы, которые готов закупать рудник, прикинула, сколько нужно на семена, на молодняк, на наём дополнительных работников, на корма.

— Две тысячи золотых, — выдохнула она.

— Это не проблема, — спокойно сказал управляющий. — Поскольку вы наш компаньон, мы можем оформить ссуду без процентов.

— Без процентов? — повторила она, как заворожённая, не веря своим ушам. Слово «ссуда» обычно означало долг, кабалу, проценты, которые растут быстрее сорняков на огороде. А тут — без процентов.

— Да. Делаем? — уточнил управляющий, достав из кармана новый документ.

— Конечно, — кивнул Мишка за сестру, потому что у неё самой язык отказался повиноваться.

И вот теперь она сидела одна в кабинете и не могла поверить своей удаче. Всё складывалось слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Она ещё раз посмотрела на документ, как будто он мог вдруг исчезнуть, раствориться в воздухе или оказаться плодом её воображения. Но нет — бумага была настоящей, подписи — настоящими, печати — не стёртыми. Всё по-честному.

Теперь их жизнь наладится.

Глава 21

— Лучше бы я не возвращался. — Пробубнил я себе под нос.

— Сидел бы спокойно в этой деревеньке и созерцал бы море? — Спросила Кристина.

Мы уже два часа обсуждали какую-то лабудень. Куда гостей рассаживать, что подавать, и прочую никому не нужную ерунду. Минут после тридцати подобных разговоров я потерял нить и просто кивал.

В какой-то момент мне стало всё равно: хоть на пол, хоть на потолок, хоть вниз головой. Я уже даже был согласен, чтоб гостей кормили какой-нибудь кашей из деревянных плошек. Лишь бы от меня отстали. И плевать, что подумают высокородные, они всегда чем-то недовольны, так хоть повод будет конкретный.

План мероприятий в общем-то был стандартный. Пожрать, поплясать да разбежаться. Классика. И меня это более чем устраивало. Честно говоря, я вообще не понимал, зачем устраивать цирк там, где можно обойтись простым застольем. Ну посидели, ну выпили, ну рассказали пару баек и все довольны. Ан нет.

Девчонок не устраивало. В общем, они чего-то там напридумывали, хитро косясь в мою сторону. Да и фиг с ними, пусть развлекаются. Это я мотаюсь как голубь помойный, ища приключения на свою точку. А эти во дворце сидят. Пусть развлекутся, пока есть возможность.

Ну кроме Амалии, конечно. Но она сидела с таким видом, будто её это вовсе не касается. Отстранённая, спокойная, как удав на скудном обеде.

Валерка сидел с довольной рожей и поддакивал девчонкам, предвкушая набивание своего бездонного брюха различными ништяками и вкусняшками. Дракон-обжора. Может, его Серебряковой сдать на опыты? Вон, пусть изучают, сколько в эту тушу влезает пирожных за один присест. Глядишь, науке польза.

Обсудив все нюансы, мы решили попить чайку. Валерка, увидев плюшки, которые принесли, заявил, что такие он уже пробовал, и свалил вместе со своей служанкой. Решил попытать счастье на кухне.

— Ты бы не налегала так на пироженки, — сказала Ксюха Анжелике.

— Я таких вкусных не пробовала никогда. У нас в Вольных баронствах ничего похожего нет, — ответила Анжелика, с сожалением отодвигая тарелку. Глаза у неё при этом были такие, будто она прощалась с лучшим другом.

— Кстати, ты хвасталась веером, который тебе подарили. Покажешь? — Спросила Кристинка Ксюху.

— Ой, чуть не забыла! — всплеснула руками та, встала и подошла к столу, на котором лежали её вещи. При этом чуть-чуть держалась за спину.

— У тебя спина болит? — спросил я.

— Да. Есть немного. Не уверенно ответила та. Ответ был какой-то зыбкий, словно она сама не понимала — то ли действительно болит, то ли просто потянула неловко.

— А я, кстати, массаж умею делать! — заявила Кристинка. — Могу сделать.

Я лишь молча наблюдал за этой движухой. Они приказали слугам притащить ширму и отгородили диванчик в качестве места для массажа.

За ширмой они начали шуршать платьями, перешептываться, иногда всхлипывать. Похоже, Кристинка решила подойти к вопросу со всей серьёзностью.

— Ой! Ай! Ухх! — раздалось из-за ширмы голосом Ксюхи.

— Больно? — спросила Кристинка.

— Очень. Что-то в спину отдало, — сказала Ксюха. Голос у неё был сдавленный, будто она из последних сил терпела и не хотела кричать. Я уже начал подумывать, не вмешаться ли.

— Надо срочно звать лекаря! — засуетилась Кристинка, выбежав из-за ширмы. И то ли не заметила препятствие, то ли суетилась слишком сильно, но задела коленом ручку кресла и упала. Прямо как в плохом фарсе — бряк, и наземь. Даже Амалия прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться.

Валяется и стонет. Держится за ногу. Видимо, приложилась удачно — прямо по болевой точке. Судя по тому, как она морщилась, удар пришёлся аккурат под коленную чашечку. Место неприятное, помню однажды так же влетел в табуретку и весь день хромал.

Где-то я уже это видел.

— Амалия, помоги Ксении, будь добра.

Та встала, зашла за ширму, а я помог Кристинке. Под руку она была лёгкая, но очень сердитая. На себя, конечно — кто ж ещё виноват, что она летает как блоха по сковородке.

— Ударилась? — спросил я.

— Ой. Ай-яй. И нога болит, и рука теперь, — ответила она, потирая ушибленное колено одной рукой и почему-то локоть другой. Видимо когда упала ударилась. Бедолага.

— Думаю, вам пора расходиться, — сказал я. — Пока вы тут