— Это не тот случай!

— Если бы… В общем, переживать не стоит. Я справлюсь. Амелия весьма позитивно оценила мои шансы.

— Не хочу портить твою идиллию, но Амелия относится к тебе… немножко предвзято. Ты не заметил?

— Думаешь, она на такое способна?

— Она явно тебе симпатизирует. Просто… не до конца осознаёт, как мне кажется. Это мы с самого детства смотрим всякую романтику и фильмы про любовь. А у Амелии такого опыта нет. Соответственно, нет доступной модели поведения. Страшно представить, какой ураган у неё в душе… И что самое ужасное — она даже не понимает, что именно с ней происходит.

— Насчёт кухни «предвзятость» не работает.

— Дай-то бог. Просто… Леон — очень специфический парень. Он никогда не отступает и не берёт слова назад. А ещё он очень злой! Конечно… До злоупотребления властью Леон ещё не дошёл. Но никогда не упустит шанса опустить другого студента.

— Это из-за того, что он маленький?

— Ты имеешь, что-то против маленьких? — обиженно надулась Зиночка.

— Ни в коем случае! Я намекал на то, что у него могут быть раздутые комплексы.

— Нет. Я помню Леона… Раньше он не был таким.

— А что случилось?

— Как и у нас с Изольдой. Он потерял близкого человека.

— Маму или папу?

— Бабушку. Я тогда только-только поступила. И увидела его… Честно, я даже хотела с ним подружиться. Он был очарователен и мил. Но Харитоновка — место, где знакомиться надо быстро. Ибо потом тебя может захлестнуть волной занятий и домашних заданий. Мне тогда не повезло. Практика, практика и ещё раз практика. А когда она закончилась, то я была уже в седьмом классе гимназии. Он тогда поступил в девятый. И… тогда-то всё и случилось.

— Ему сообщили о смерти бабушки?

— Да. Я не знаю всех подробностей его взаимоотношений с ней. Но говорят, она была довольно могущественным шефом. Сперва служила на военной кухне Короля Франции. Потом открыла несколько заведений в Европе. Хороших заведений… Это всё, что я знаю. Но они явно были близки, потому что Леон очень быстро из очаровашки превратился в озлобленного карлика. Мне казалось, что тогда он возненавидел, вообще, всё!

— Смерть бабушки, значит? Да… К сожалению, такие вещи могут серьёзно подкосить.

— Ага. Изольда тому яркий пример. В общем, я всеми силами тебя поддерживаю. Но если бы поймала золотую рыбку, то загадала бы у неё, чтобы ты отказался от дуэли.

— Не переживай! Я вырулю.

— Очень на это надеюсь.

Как только мы дошли до учебного корпуса, дорогу тут же перегородил Леон.

— Здравствуй, Дерек. Доброго дня, Госпожа Звонарёва!

— Добрый. — недовольно буркнула Зиночка: — Что-то случилось?

— Совсем ничего. — злобно ухмыльнулся коротышка: — Просто хотел потолковать с Господином Цареградцевым, если вы не против.

— Против. — нахмурилась миниатюрная бухгалтерша.

— Зин… Я разберусь. Ты пока иди. Ладно?

— Уверен?

— Уверен. — кивнул я.

— Если что — я рядом.

— Спасибо. — проводив Зиночку взглядом, я переключился на Леона: — Так, о чём ты хотел поговорить?

— Друзья так сильно поддерживают тебя. Это очень мило! Сердце ноет болью от того, что вы скоро расстанетесь. — хмыкнул коротышка, скрестив руки на груди.

— Ты остановил меня для того, чтобы говорить пафосную чушь?

— Нет. На самом деле, я хочу тебе кое-что показать.

— Место, куда ты сливал всю свою «Ростишку»?

— Смешно. Знаешь, Дерек… Юмор — это прекрасное средство самозащиты. Но я с тобой сейчас предельно серьёзен.

— Хорошо. Так, что ты мне хотел показать?

— Идём. — загадочно улыбнувшись, Леон жестом позвал меня за собой: — Сразу хочу предупредить, что сегодняшняя дуэль будет для меня лёгкой разминкой. Но если ты думаешь, что я сделаю тебе скидку на возраст и опыт — это очень глупо! Я стал поваром для того, чтобы радовать людей. Поэтому сегодня покажу арбитрам венец моего творчества.

Мы зашли в небольшой кабинет, где всюду были развешаны плакаты с красивыми блюдами. Но моё внимание сразу же привлекла тарелка на столе возле кулинарной станции.

— Решил поиграть со мной в «хорошего-плохого копа»? Извини, но такое точно не прокатит. — произнёс я.

— Нет-нет. Я не собираюсь играть с тобой. Просто… Я хочу, чтобы ты осознал одну простую вещь.

— Утиная ножка с апельсиновым гастриком? Думаешь, я идиот? Это же топ-блюдо из французской кухни.

Кстати, гастрик — это уникальный кисло-сладкий соус, который идеально сочетается с мясом утки. А ещё он может выполнять роль основы для других соусов. В общем, типичный ингредиент, который создавал читтерское сочетание с уткой.

— Попробуй. Я специально приготовил её для тебя.

— М-м-м… Захотел отравить?

— Дерек, ты дурак совсем? Ты думаешь, что я боюсь выскочку с первого курса? Как низко…

— Согласен. Очень низко. Но тем не менее — всякое может быть. — с недоверием осмотрев утиную ножку, я всё же вооружился вилкой и ножом. Любопытство повара одержало верх.

Первый кусочек отправился в рот и…

Нет… Нет-нет-нет!!! Только не это…

Дорогущий ресторан. Люди в костюмах и платьях, стоимостью в однушку в центре Москвы…

Блеск светлой посуды. Белая скатерть, что была мягкой и прохладной на ощупь. А на ней — тяжелая тарелка. Она напоминала здание театра… Такое же величественное, пропитанное высокой культурой и искусством.

А в центре тарелки — утиная ножка. Румяная, глянцевая корочка, будто покрытая карамелью. Тонкий нож скользнул по хрустящей коже. А под ней — нежнейшее розовое мясо! Такое сочное… Чуть подрагивающее от прикосновения вилки. Я вдохнул этот восхитительный аромат… Он такой горячий, терпкий, с лёгкой нотой апельсина и дымка. Сердце замерло в предвкушении, словно где-то за стеной вот-вот начнет играть аккордеон.

Всё великолепие высшей французской кухни на одной тарелке.

Едва кусочек утки коснулся языка, как тепло мяса мгновенно окутало небо моего рта. Сочный сок смешался с кисловато-сладким гастриком. Он густой и чуть шероховатый… Отдаёт апельсином, пряностями и медом. Тает на языке.

В этот момент весь мой мир исчезает.

Нет кабинета с плакатами… Нет нагло ухмыляющегося Леона. Только шелест французских голосов за тонкой стеной воображения. Только манящая музыка на дальнем берегу восхитительной иллюзии.

Внезапная смена декорации…

Где-то вдали раздался гудок лодки. Я сидел за маленьким круглым столиком на набережной Сены. Поздний вечер. Воздух наполнен ароматом лип. Он чуть влажный от близости реки. На мостовой начали вспыхивать фонари. Там гуляла толпа людей… Все громко смеются, весело кричат и размахивают искрящимися бенгальскими огнями. Видимо, что-то празднуют. Самозабвенно… И с большим удовольствием!

Мне было так приятно наблюдать за всем этим праздником жизни, что я почувствовал тепло на душе.