Они примыкали прямо к полям хозяина, поэтому грешно было не подворовывать оттуда время от времени.

Когда лорд Тинг поднялся, я уже сидела на своей соломенной подстилке.

– Не помешал? – вежливо уточнил он.

– Нет, конечно.

Хозяин оглядел мою «опочивальню» и недовольно цокнул. Здесь места хватало ровно для моей лежанки и трех стопок книг. Почти всю стену занимало окно, на выступе которого тоже валялись книги и учебные записи. Еще в углу была стопка одежды. И под моей задницей – несколько початков недоеденной кукурузы. Вот и все удобства, но меня вполне устраивало. Здесь все было моим.

– Митра, может, все-таки переедешь в нормальную комнату?

– Мне здесь удобно.

– А зимой?

– Я закрываю окно, затыкаю щели сеном, все делаю со свечкой. А тепло приходит из комнаты Юнсу, как раз под моим чердаком. А Юнсу хорошо топит свой камин зимой, – серьезно кивнула я. – Мне тут даже жарковато иногда.

Он сердито покачал головой. Я знала, что ему это не нравится. Это никому не нравилось. Даже Корилу, хоть он и никогда тут не был. Я в красках ему описала, как живу, но услышала в ответ, что девочки не должны ютиться на чердаках, словно домовые ду́хи. Пф, а сам-то спит в конюшне.

Руру и Юю тоже были не в восторге, но знали, что переубедить меня невозможно, поэтому лишь изредка фыркали, когда я заводила речь о чердаке или когда кому-то из них нужно было подняться за мной. Не стану упоминать, какие пламенные речи выслушивала от Реи в первые два года моей чердачной жизни. Но и она в итоге отстала от меня. Теперь очередь хозяина, стало быть.

– Меня крайне не устраивает, что ты живешь в таких условиях, – сердито сказал он.

– Хозяин, мне здесь очень удобно, поверьте! Я не хочу другого.

Лорд Тинг посмотрел на меня с плотно сжатыми губами. Он мог просто приказать мне жить в другом месте. И я это знала. А еще я знала, что он этого не сделает. Не знаю, по какой причине, но хозяин Тинг был очень благосклонен ко мне (Руппа-Чуппа недавно вдолбил мне в голову это новое словечко), а это значило, что хоть и редко, но я пользовалась его добротой и настаивала на своем.

– Ладно, – устало выдохнул он. – Я, вообще-то, вот за чем пришел. Ты хотела получить работу. Все еще хочешь?

– Да! – Я подпрыгнула на лежанке, но вовремя вспомнила о кукурузе.

– Мэриэтта очень плоха, – печально сказал он. – И ее служанка уже не справляется. Поэтому я хочу, чтобы ты помогала старшей служанке. А в ее отсутствие ты будешь считаться главной помощницей моей жены. Слушаться во всем и делать все, что она говорит. Поняла? Я буду проверять, как ты справляешься. Работа весьма ответственная.

А я уже сияла от счастья и не могла сдержать восторга.

– Да, хозяин! Конечно! Я буду все делать! Вы не пожалеете! И хозяйка Мэриэтта будет довольна!

Лорд Тинг кивнул, что-то искреннее и доброе промелькнуло в его серых глазах.

– Я знаю, – сказал он больше себе самому, чем мне. – Начинаешь с завтрашнего дня.

– Конечно, как прикажете! – поклонилась я и, когда хозяин ушел, достала из-под задницы сдавленный початок и вгрызлась в него.

Я стояла перед своей бывшей комнатой, которая теперь была полностью в распоряжении Алики. Для работы служанки мне нужны белые фартучки, а они все остались в этой спальне – на чердак я унесла все цветные и еще чисто черные, для работы на кухне. Чтобы прислуживать хозяйке, нужны белые.

Замерев, я прислушивалась, чтобы понять, есть ли кто в комнате. Оттуда не доносилось ни звука. Тихонько приоткрыв дверь и убедившись, что комната пуста, я, как воришка, ворвалась внутрь и принялась доставать одежду.

В коридоре послышался скрип, я замерла с зажатым в руке белым фартуком. Когда шаги послышались прямо у двери, у меня чуть сердце не остановилось. Даже невольно сглотнула.

Но это была не Алика. Кто-то другой прошел мимо по коридору и уже, должно быть, завернул за угол.

Быстрее, Митра, быстрее!

Я затолкала все светлые фартучки в мешок – потом разберу их на чистые и не очень – и осторожно выскочила из комнаты. Дверь слабо скрипнула.

Стоило мне на цыпочках подкрасться к винтовой лестнице, как я увидела макушку Алики – сестра поднималась в свою комнату. Чуть не вскрикнув, я спряталась за углом стенного выступа старой бойницы, в непроглядной тени.

Алика поднялась, завернула в коридор и на мгновение остановилась. Лишь ухо повернула в мою сторону, а я уже вся сжалась, словно ежик, которому грозила смерть. Крепко держала мешок, аж пальцы онемели.

Меня сковал такой ужас, какого я никогда не испытывала. Я ничего не боялась. Вообще ничего. Но моя сестра… одно ее присутствие заставляло волосы на руках становиться дыбом.

Это был необъяснимый ужас. У меня не получалось назвать его. Да, я ее боялась, но почему? Я точно знала, что сейчас смогу дать ей отпор, если она полезет в драку. Да и словесно она бы никогда не смогла меня одолеть. Но что-то было в ней самой, в ее взгляде, в ее тошнотворном голосе. Как бы я ни противилась, но сестра вселяла в меня всепоглощающий страх.

Алика недолго постояла и не спеша направилась в комнату. Как только дверь за ней закрылась, я тут же метнулась на винтовую лестницу и вихрем влетела на кухню.

– Что случилось? – встрепенулась Рея, помешивая суп.

– Ничего, – бросила я и по другой лестнице кинулась к себе на чердак.

Лишь там выдохнула и закрыла глаза. Потом принялась раскладывать добытые фартучки: в одну сторону откладывала белые, которые были чистыми, в другую – те, что оказались грязными, а в третью – все остальные.

Сердце еще долго колотилось как бешеное. После того случая Алика всегда на меня так действовала. Ничего не могла с собой поделать, я боялась ее до безумия.

Мне много раз доставалось в драках, но лишь тогда я чувствовала: меня били, чтобы убить.

– Ой, простите! – вскрикнула я, врезавшись в кого-то высокого.

Мой первый рабочий день у хозяйки был закончен, я шла к себе, нашептывая все правила, чтобы не забыть, и совершенно никого вокруг не замечала.

– Это вы простите меня, миледи. Моя вина. Я вас не заметил, – сказал Гонник в легком поклоне, а я глядела на него из-под насупившихся бровей.

Мерзкий пустозвон! Обойдя его с самым важным видом, я направилась дальше.

– Я вас обидел? Прошу и за это меня простить. Я вовсе не имел в виду, что вы маленькая