class="p1">Ладно, мне пора было напомнить своей группе, что такое настоящие тренировки. К счастью, детям подобное показывать нельзя.

В подвальном помещении на минус четвертом этаже три несчастных мага уже ждали своей участи. Хоть за это время они и стали сильнее, но сравниться хотя бы с Магоном Фостером пока не могли.

От головы металлического монстра, отходили стальные тросы, готовые разорвать любого противника. Крылатый воин, стискивала в руках двуручный меч, пружиня ногами в ожидании атаки. Рядом стоял обычный человек с обычным полуторным мечом, чья неестественная скорость была его главной ставкой на сегодня. Все они ждали начала битвы, из которой в очередной раз вернутся не все. Чуть дальше работали другие маги, которые подбадривали коллег — чем дольше те продержатся, тем меньше шансов, что их собственные навыки подвергнут проверке.

Заходя в зал, я увидел рабочую атмосферу. Моя группа первой линии что то обсуждала. Я не стал их разочаровывать. Воспользовавшись тем, что меня не заметили, я тут же ускорился и попытался нанести удар Леви. Но тот ловко отпрыгнул и парировал мой меч. Пришлось переключаться на Дугласа, в которого врезалась моя нога. Он не успел среагировать и отлетел в стену. Сбоку на огромной скорости ко мне приблизилась Аспид с двуручником пытаясь нанести вертикальный удар. Впрочем, для меня это было слишком медленно. Я ударил по лезвию открытой ладонью, отведя удар в сторону, и она, потеряв равновесие, получила мой кулак в солнечное сплетение. Вся тройка разлетелась в разные стороны, но лишь Леви устоял на ногах.

— Леви, молодец. Дуглас, хватит спать. Аспид, либо бей быстрее, либо следи за центром тяжести.

Аспид, отдышавшись, выставила в мою сторону обвиняющий палец.

— Ты напал без предупреждения!

— Радует, что ты по-прежнему очень наблюдательна.

Я вновь ускорился со всплеском магии и отвесил ей легкий пинок, заставляя отшатнуться.

— Маги тени в принципе не любят предупреждать о своих атаках.

Этого промедления хватило Дугласу и Леви. Первый налетел на меня, а его тросы попытались опутать ноги и заблокировать обзор. Я рванулся назад, и Леви на полном ходу врезался в собственного напарника. Я не стал расстраиваться и просто отправил обоих подопечных в очередной полет.

— За идею хвалю, за исполнение — осуждаю.

В этот раз инициативу взяла Аспид. Короткий разбег — и в меня врезались все шестьдесят килограммов ее ярости. Я принял удар на жесткий блок, но в этот момент Леви, словно из ниоткуда, подсек мою опорную ногу. Баланс был потерян. Я начал падать, и тут Аспид открыла рот. С легким шипением в меня врезался огненный шар, который отшвырнул меня на несколько метров и вмял в каменный пол.

Я выбрался из-под обломков, отряхиваясь, и увидел паникующую Аспид. Никак не может привыкнуть, что ее атаки не пробивают мои грани.

— Вот это уже отличная комбинация! — одобрил я, вылезая из ямы. — Продолжайте в том же духе. Занимайтесь, а я пока к остальным.

— Так быстро? — Удивился Дуглас.

— Сегодня аукцион, вы должны выглядеть отлично.

Для подобного случая мы заказали другой вариант одежды. Тоже чёрный, но более классического покроя, напоминающий строгие комзолы. Однако главным вызовом стал наряд для Аспид. Платье для неё вышло практически классическим, если не считать одного радикального отступления — полностью открытой спины.

Девушки, увидев эту дерзкую выходку, тут же потребовали себе подобные, чтобы поддержать подругу. Пришлось срочно вносить коррективы в наши планы, но я не стал возражать. Теперь я с удвоенным предвкушением ждал, как наш дерзкий ход взорвёт зал на предстоящем аукционе.

Неожиданным дополнением в наших руках стал Филипп, дополнив список лотов настоящей артефактной одеждой. Весь месяц швеи, находящиеся под нашим патронажем, работали по двенадцать часов без выходных. Каждый вечер к ним заглядывал Леви — не столько как модель, сколько как целитель, чтобы следить за их здоровьем и восстанавливать силы. А финальным штрихом становился сам Филипп, наделяя ткани парой изящных граней.

Первая — «подгонка под фигуру» — делала посадку безупречной на любой, даже самой нестандартной фигуре. Вторая, куда более ценная, — «восстановление». Она позволяла ткани самостоятельно затягивать порезы и дыры, восстанавливая до тридцати процентов повреждений.

Так вышло, что мои картины, изначально считавшиеся гвоздем программы, скромно переместились в категорию промежуточных лотов, разогревающих публику перед настоящими диковинками — артефактами. На самом деле, в списке будет множество незаявленных безделушек. Да, большинство из них бесполезны в бою, но именно такая ерунда и нужна аристократии. Платье, которое невозможно испачкать вином или пылью? Оно потребуется каждой уважающей себя баронессе или герцогине, желающей продемонстрировать и статус, и благополучие.

Конечно же, мы вовсю распустили слухи по Академии, не давая никакой конкретики. Где-то кто-то слышал об уникальных лотах, о вещах, не имеющих аналогов. Информационный вакуум был нашей лучшей рекламой.

Сначала это были простые расспросы от студентов. Викта сыпала заученными отговорками с лёгкостью опытного дипломата. Позже к ней стали подходить старшекурсники, и в их тоне уже чувствовалась не просто любопытство, а настойчивость. Вот тогда Викта вцепилась в меня, словно утопающий в спасательный круг.

А когда подключились преподаватели, чьи «просьбы» предоставить списки товаров звучали как приказы, она и вовсе перестала отходить от меня дальше чем на три шага. Даже во время тренировок она старалась держаться поблизости, превратившись в мою молчаливую тень.

Казалось, сама ситуация — давление из-за аукциона, присутствие наследницы Помпео — пробудило в ней жгучее желание открыть новые грани. Она решила использовать любую возможность учиться, впитывая знания с упорством, которого я в ней раньше не замечал. И её любопытство уже выходило за рамки магии, всё чаще касаясь тонкостей управления и экономики — всего того, что превращало простую крепость в настоящий город.

Осмотрел команду, построившуюся у карет. Месяцы тренировок не прошли даром — в их собранных позах читалась готовность к любым неожиданностям. По плану нас ждало три экипажа: два для моих людей и один, который мне предстояло делить с Лирин Помпео. Таковы условности — два знатных дома прибывают вместе.

Я занял место в карете. Наш путь предстояло прокладывать Рори. Он расположился рядом с кучером, его новая огненная броня пылала ровным, сконцентрированным жаром. Снег на дороге впереди нас просто испарялся в радиусе тридцати метров, оставляя за собой сухую, каменную дорогу. Действительно его владение гранями перешли на новый уровень.

Дверь