страшно удивилась россыпи фрагментов керамических животных. Не разобравшись, она принялась ругать дочь: настроение после разговора с мужем у нее знатно испортилось.

– Это не я, честно! Я бы не смогла достать их! Я бы не дотянулась! – запротестовала Нэнси. И действительно – девочка была совсем крошкой и не смогла бы дотянуться до украшений, не потоптав клумбу.

Мама тщательно изучила цветы и кучу мелких осколков на дорожке.

– Кэтти видела, кто сделал это. Она говорит, что бандит залезал в наш дом и брал вещи. И мы его знаем!

Мама задумчиво посмотрела на дочь и подняла одну бровь.

* * *

Вечером, когда солнце давно село за сад и соседские дома, а мама с бокалом вина отправилась в спальню, сонно пританцовывая, на крыльцо дома явился Лукас. Он долго толкался под дверью, не решаясь постучать, несколько раз позвонил матери, но она не ответила. Тогда он принялся кричать. Почтальон не принимал отказа. Он брал мелкие камни с дорожки и кидал их куда придется.

Мама услышала это и принялась натягивать спортивный костюм, чтобы побыстрее спуститься вниз и задать ухажеру хорошую трепку. В один момент Лукас стал ее дико раздражать. Особенно когда она поняла, что он в порыве гнева расколотил садовые украшения и лазал в дом без ее ведома. После слов Нэнси утром мама здорово испугалась: она тщательно проверила все замки в доме, а потом обратила внимание на окна, и, к ее удивлению, держатель на окне в ванной комнате первого этажа был сильно поцарапан, так же, как и фрамуга. Оказалось, Кэтти не врала. Лукас действительно залезал в их дом, пока они были у врача, или в любой другой день. А может, и не единожды.

Потом мама с инспекцией обшарила весь дом, чтобы определить, мог ли почтальон прихватить что-нибудь ценное из вещей. Оказалось, что он взял фотографию с камина, на которой мама сидела на поваленном дереве. Это была очень красивая фотография; ее сделал отец незадолго до свадьбы. Мама на ней была в коротеньком светлом платье с открытыми плечами, загорелая, счастливая и очень молодая.

А еще женщина не досчиталась нижнего белья из комода. Последнее задело ее куда больше, чем ободранный держатель и похищенная фотография. Наконец до мамы дошло, что за последнее время Лукас присутствовал в ее жизни постоянно и душил своей необъятной заботой и контролем. С почтальоном нужно было покончить сегодня же.

«Нет, сегодня уже поздно, – подумала женщина. – Я назначу ему встречу на завтра и тогда все выскажу начистоту. Он должен оставить меня в покое раз и навсегда».

Мама накинула кроссовки, крикнула, что идет пробежаться, и ушла успокаивать назойливого ухажера.

– Спасибо, что сказала маме, – прошептала Кэтти, сидя в кровати около ночника. В лучах света ее лицо казалось особенно бледным.

– Ты похожа на привидение. Сделай-ка вот так: «У-у-у!» – рассмеялась Нэнси.

Кэтти потрясла головой – еще чего не хватало. Она с детства боялась приведений. Когда пару лет назад у них умерла соседка, ее одноклассник пугал девочку рассказами про неприкаянного призрака, который по ночам ходил по домам и искал, в какое бы новое тело переселиться. Мальчик утверждал, что такие духи очень любят вселяться в маленьких глупых девочек.

– Маму надо было предупредить, – продолжила Нэнси. – Очень жаль, что Лукас оказался бандитом. Мне нравилось с ним дружить. Ну, может, он попросит прощения и больше так не будет?

– Сколько раз ты просила прощения и делала то же самое? – ехидно прищурилась старшая сестра. Она действительно здорово перепугалась, решив, что мама может и эти поступки простить почтальону. Но потом услышала, как яростно ругалась женщина, открывая один за другим ящики комода, и волна страха схлынула. Вечером, после игр в куклы, Кэтти на ушко по секрету сообщила Нэнси, что бандит рылся в мамином комоде и брал белье, и сестренка опрометью бросилась к матери, направив ее на нужный след.

– Много раз делала, – согласилась Нэнси. – Как думаешь, мама врежет ему?

– Не думаю, что она сможет. Лукас очень сильный, здоровый мужчина. Он не станет терпеть, пока его бьют. Он одной рукой скрутит маму и унесет.

– Куда унесет? – Нэнси выпучила глаза. В лучах ночника ее растрепанные волосы казались всклокоченными. А вдруг Лукас и правда настолько бандит, что сможет украсть маму? Как же они будут жить без мамочки! Нэнси горестно скривила губы, пытаясь не заплакать.

Кэтти поняла, что перегнула палку. Она перебралась на кровать к сестре и ласково улыбнулась.

– Не волнуйся так, – прошептала девочка. – Мама у нас очень храбрая и сильная. Она не даст ни себя, ни нас в обиду. Но если вдруг она уйдет надолго и мы останемся одни, обещай слушаться меня, ладно?

– Я обещаю, – Нэнси улеглась на подушку. – Полежи рядом со мной, а то мне страшно. И спой мне песенку.

Кэтти с удовольствием выполнила просьбу сестры. Сегодня ей захотелось спеть песню, которую они учили в детском саду, про маленьких птичек, радующихся утреннему солнцу, летящих по синему небу и касающихся крыльями облаков.

Нэнси успокоилась и ровно задышала, а Кэтти настолько нравилось петь в пустом доме, когда никто не слышит, что она продолжила. Ее голос звучал ровно, нежно и немного печально. Он отскакивал от стен и потолка и гудел так приятно и мягко.

Девочка закончила одну песню и начала другую, а затем третью и четвертую. Она решила устроить целый концерт, пока взрослых не было дома. Никто из них не разделял ее боли и одиночества, никто не мог понять, как она себя чувствует, и побыть на ее месте, никто не хотел взглянуть на ситуацию ее глазами. Поэтому, радуясь, что мамы дома нет, а Нэнси мирно посапывает под мелодии, Кэтти выплескивала все эмоции в песни, и на душе становилось легче и спокойнее. Она не услышала, как мать вернулась, как поднялась по лестнице, как уселась около двери в детскую на пол, обняв колени. Ее любимый ребенок попытался защитить свою семью; единственной, кому не нравилась эта история с почтальоном с самого начала, была Кэтти. Ее чуткая и нежная душа в одно мгновение улавливала любую ложь и опасность.

Мама приоткрыла дверь в темноте, и Кэтти встрепенулась. Девочка уже добрых три песни назад вернулась в свою кровать и выключила ночник, но продолжала напевать.

– Кэтти, – сказала мама шепотом. – Ты очень красиво поешь, мне очень понравилось. У тебя потрясающий голос. Очень нежный и мягкий.

Слова тяжело давались матери, ведь она столько времени не общалась со старшей дочерью.

– Знаешь, Кэтти, спасибо, что ты защищаешь нашу семью.