десять минут мясорубки дыра перестала извергать новых противников. Мы стояли едва ли не по колено в костях, тяжело дыша и оглядывая побоище. Центральная комната превратилась в склеп — останки скелетов покрывали каждый сантиметр пола.

— Сколько их было? — спросила Кира, вытирая пот со лба.

— Штук сорок, наверное, — прикинул я. — Может, больше. Хрен их сосчитаешь в такой свалке.

Мы осторожно подошли к провалу и заглянули вниз. То, что мы увидели, заставило меня выругаться.

Под нами простиралось огромное подземное пространство. Не туннель, не пещера — целый мир под землёй. Не менее сорока метров вниз, повсюду были колонны и поддерживающие их каменные арки, а по полу, между знакомых по пещерам гоблинов синих огней, насколько хватало глаз, были тысячи скелетов.

Всё было в скелетах. Абсолютно всё.

Они стояли стройными рядами, словно чья-то армия на параде, лишь иногда перешагивая с места на место и ведя себя так, как их уменьшенные копии снаружи. Бессмысленный патруль, должный давным-давно стереть им костяные пятки. Копейщики, мечники, лучники, маги, звери, химеры — все типы, которых мы встречали на поверхности, и ещё десятки незнакомых форм. Гигантские костяные пауки размером с автомобиль, скелеты на четырёх ногах, что-то напоминающее драконов, только собранных из рёбер и черепов. Не обошлось и без титанов.

Я механически проверил интерфейс группы, глянув на иконку Морфея. Она была чёрной. Мёртвой. Окончательно мёртвой.

— Сука, — выругался я и убрал его из группы.

Сомневаюсь, что меня хватило бы надолго, так что, увы, он бы точно там не выжил. Как бы ни было это некрасиво, но нечего отвлекаться на мёртвого товарища, когда живые под угрозой…

— Морфей? — спросила Кира.

— Да, — коротко ответил я. — Мёртв.

Мы отошли от провала и прислонились к стене. Нужно было подумать, что делать дальше. Внизу маршировала армия в несколько тысяч единиц, возглавляемая явно разумным противником. Наверху — остатки тех, кто не полез в туннель, но и их хватит, чтобы превратить нас в фарш, если мы покинем укрытие.

В пещерах гоблинов я думал, что понимаю смысл фразы: «Между молотом и наковальней». Как же я ошибался…

Стоп.

Линии.

Подойдя вновь к провалу и невольно скинув очередную порцию костей вниз, присмотрелся как следует, используя Глаз Предвидения. Тела Морфея нигде не было видно — только едва различимые кровавые следы между скелетами и вырванная почва. Спустя пару минут наблюдений заметил небольшую разницу. Уходящие по примерному направлению к центру города линии, подобные тем что я увидел однажды в пещере гоблинов, были самую малость более яркими. Возможно, пока что только в теории, что местный Источник Зла находится именно там. Я пока что не стал об этом говорить, попросту обдумывая варианты.

Пока Кира готовила оружие, я оглядел то, что осталось от комнаты Морфея. Брезент был порван, и в образовавшейся щели было видно его личные вещи, разбросанные повсюду. Тоже своего рода «лут», мать его. Я шагнул в комнату.

Убранство в комнате Морфея было чуть лучше, чем у нас. Тут был стол, на котором нашёлся планшет с треснувшим экраном — досталось в суматохе. Я провёл пальцем по поверхности, и устройство ожило. Единственным открытым приложением была Галерея.

Открыл…

Морфей с молодой девушкой на фоне недостроенного дома. Он выглядел моложе, счастливее, без морщин на лбу. Женщина рядом с ним улыбалась, прижимаясь к его плечу. Название файла меня чуть не добило:

«Наш будущий дом, май 202 3»

Следующее фото — он же с маленькой девочкой на руках. Ребёнок лет трёх, с его же упрямым подбородком и серьёзными глазами. «Катюшка учится ходить». Дата — август 2015.

Я пролистал дальше. Семейные праздники, дни рождения, совместные поездки. Обычная жизнь обычного человека, который строил дома, растил дочь и планировал будущее. А потом — резкий обрыв, примерно в тот момент, когда появилась Система. После этого — только рабочие заметки и фото каких-то чертежей, документов. Последняя запись была в текстовом документе, датированном вчера и просила помочь его семье, если с ним что-то случится.

— Что там? — спросила Кира.

— Ничего весёлого, — ответил я, убирая планшет себе в инвентарь и копируя последнее сообщение для Киры в чат.

Она лишь молча прочитала его и ничего не ответила.

Следующие минут десять мы ничего не говорили, выгребая разбросанные повсюду пожитки из костей.

— БТР, — наконец сказала Кира. — У нас есть БТР. Можем попытаться прорваться, найти портал…

— Топлива у нас осталось максимум на двести километров, — ответил я. — А портал может быть в любой точке этого мира. Или вообще закрыться к тому времени, как мы его найдём.

— Тогда что? Сидим и ждём смерти?

Я посмотрел в сторону провала, откуда доносился глухой гул тысяч костей.

— Есть ещё один вариант, — сказал я. — Он тебе не понравится.

— Какой?

— Спуститься вниз.

Кира уставилась на меня, словно я предложил голыми руками разобрать БТР. Задумался, что по идее мог бы сейчас это сделать…

— Ты спятил? Там их слишком много!

— Именно поэтому это может сработать, — сказал я. — Они не ожидают прямой атаки. А если найти и убить их командира или добраться до Источника Зла, то…

Именно этот момент меня напрягал больше всего. Одно дело, когда твой противник — просто толпа неразумной нежити, и совсем другое, когда они начинают организовываться.

— Армия рассыплется, — задумалась Кира. — Как в сказках про нежить.

— Или превратится в кучу бешеных скелетов без контроля, — добавил я. — Но это уже детали.

Кира долго молчала, переваривая мой план.

— Это самоубийство, — сказала она.

— Альтернативы нет, — ответил я. — Рано или поздно они нас достанут. Лучше умереть, пытаясь что-то изменить, чем сдохнуть в этой норе.

— А может, всё же попробуем прорваться на БТР? — Кира озвучила последнюю попытку найти более разумное решение.

— Куда, Кир?

— Я не знаю…

— Смотри сама — я крошу скелетов голыми руками. Если мне удастся добраться до их повелителя и навалять ему как следует, может, получится.

— Если удастся, — подчеркнула Кира. — А если не удастся?

— Тогда хотя бы умрём красиво.

Кира взглянула в сторону провала, потом на меня. Мысленно подобралась, и, к её чести, задала правильный вопрос:

— Когда идём? — спросила она.

— Сейчас, — ответил я. — Пока они не додумались заложить вход камнями или