— Давно было пора, — устало вздохнул я. — Да и что я сделал? Собрал бумаги? Всего-то.

— Не скромничай, — он покачал головой. — Ты дал горожанам надежду, повод действовать и объединил их.

Он хлопнул меня по плечу и отошёл, присоединяясь к уходящим из зала. Как удачно, что Кублицкий отдал мне документы в начале вечера. Сейчас бы это стало лишь поводом для новых слухов.

— Ладно, пора возвращаться, — сказал я коту. — И ты молодец! Спасибо, что бросился меня спасать.

Бекон потёрся о ногу и тихо замурчал. Я наклонился и погладил его, чувствуя, как постепенно напряжение отпускает плечи. Когда я поднял голову, то увидел Солетту Васильевну. Она не ушла с остальными, а ждала, когда гости выйдут из зала.

— Господин Винтер, — сказала она почти шёпотом. — Я только хотела сказать вам, насчёт разрешений для торговцев. Бургомистр уже дал распоряжение, чтобы их вернули. Документы будут готовы завтра утром. Отдельно замечу, что чиновники нашего города не имеют никакого отношения к тому беззаконию, которое творил этот человек.

— Солетта Васильевна, — задумчиво сказал я, разглядывая её бледное лицо, — я поверю в это, когда сами торговцы сами скажут мне, что получили бумаги. Чиновники могут обещать что угодно, но я видел, как легко забирают свои слова обратно.

— Я понимаю вашу осторожность, господин Винтер, — она виновато склонила голову, словно сама отдавала приказ вместо Свиридова. — Вы имеете полное право сомневаться, — она подняла на меня глаза. Вы понимаете, насколько сегодня очень рисковали? И не только репутацией! Жизнью!

— Я рисковал не только этим, — я позволил себе усмешку, прекрасно помня слова Системы. — У меня тоже есть разрешение на торговлю, и князь мог бы отобрать и его. Но если не я, то кто? Сколько бы это всё продолжалось? Вы побольше меня в курсе этих подковёрных игр, и всё равно остались в стороне. Я не виню вас, это только факт. Никто из сегодняшних гостей ни слова не сказал князю, пока он изволил поливать помоями простых ремесленников и трудяг. Это мне многое объяснило. Надеюсь, ситуация в Бешале изменится в лучшую сторону. Наш город достоин быть честным и безопасным.

Солетта Васильевна посмотрела на меня со смесью уважения и лёгкой зависти, а потом коротко кивнула и отошла к Григорию Златовичу. А я подхватил кота и направился в сторону выхода. По дороге меня поймала служанка с кителем, совсем забыл про него. Принял его со всем уважением и попросил передать поклон Делакуру.

Ночной город встретил нас с Беконом прохладным воздухом и редкими прохожими. До коновязи всего было пять минут пешком, но не успели мы и дойти до неё, как меня окликнул стражник.

— Господин Винтер! — он добежал до меня и протянул запечатанный конверт с сургучной печатью. — Вам письмо. Просили передать лично в руки.

Я принял послание и с любопытством повертел его в руках. Печать была мне незнакома, ни разу не видел герба со скрещёнными мечами. Скорее всего, там было что-то важное.

— Благодарю, — сказал я стражнику и сунул конверт в карман пиджака.

Стражник кивнул и удалился. Я отвязал Буяна, уложил поварской китель к старой одежде, запрыгнул в седло и махнул рукой коту. Тот оказался на коне в один прыжок. Теперь можно было спокойно возвращаться в трактир. По телу одна за одной прокатывалась смертельная усталость, и я с трудом держал глаза открытыми. Благо гнедой сам знал дорогу и не мчался, давая мне возможность переварить все события за день.

Где-то на территории заснувшего города

В небольшом кабинете на втором этаже особняка, который располагался на живописной улице Бешаля, сидел за своим столом Аполлинарий Львович. Его строгий сюртук аккуратно висел в шкафу, рядом стояли ботинки из тонкой кожи. Сам советник, накинув на белоснежную сорочку домашний халат, был занят крайне важным делом. Перед ним лежал плотный лист бумаги, отсвечивающий серебром, перо и чернильница.

Представитель короны уверенно и неторопливо выводил строчку за строчкой годами натренированным стилем, знакомым каждому бюрократу.

'Глубокоуважаемый господин!

Настоящим сообщаю, что ситуация в Бешале, порученная моему контролю, претерпела серьёзные изменения. Князь Свиридов, который был назначен ответственным за проведение операции, не оправдал возложенных на него надежд. Он допустил многочисленные злоупотребления дарованной вами властью, которые выходили далеко за рамки порученной ему задачи. На данный момент известно о систематическом нарушении прав местных торговцев и ремесленников, использовании своего положения для личного обогащения и оказания давления на оппонентов.

Ввиду того что данные действия напрямую угрожали дискредитации короны и могли привлечь нежелательное внимание к основной деятельности, я был вынужден принять экстренные меры. Согласно приказу бургомистра Бешаля, князь Свиридов арестован с сегодняшнего дня. Документы, подтверждающие действия князя, будут направлены в столицу для официального разбирательства.

Что касается поисков на землях Винтеров, то они приостановлены. Наследник, Марк Винтер, оформил свои права на владение в полном объёме и не намерен продавать земли. Более того, именно он стал главным обвинителем князя Свиридова и привлёк к себе всеобщее внимание. Учитывая вышесказанное, я настоятельно рекомендую полностью прекратить любую деятельность в этом районе до тех пор, пока ситуация не будет урегулирована на более высоком уровне. Поспешные действия могут привести к утечке информации и поставить под угрозу другие наши проекты.

Прошу вас рассмотреть данное сообщение как приоритетное. Я остаюсь на связи и буду докладывать о дальнейших событиях.

С глубочайшим уважением,

Аполлинарий Львович, советник императорской канцелярии'

Он внимательно перечитал написанное, аккуратно вложил его в конверт и запечатал сургучом с личной печатью. Затем пододвинул к себе резную шкатулку из чёрного дерева с бронзовыми накладками. Круглая пластина, встроенная в крышку, тускло блеснула в свете магической лампы. Ни в одном доме Бешаля и даже в самой ратуше ничего подобного было не найти. Поистине уникальный артефакт, намекающий на статус её хозяина.

Аполлинарий Львович положил письмо в шкатулку, закрыл её и нажал на центр пластины. На мгновение она засветилась голубоватым светом, затем из-под крышки вырвалась струйка дыма. Когда он рассеялся, советник заглянул в шкатулку, чтобы убедиться, что она была пуста.

А ещё через секунду Аполлинарий Львович откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на две луны, заливающие город своим светом.

— Ну, князь, что же ты творишь… — пробормотал советник. — Сам себе яму вырыл, не думая о последствиях. Типичный пример, как власть портит человека! А мне теперь с этим всем разбираться.

Глава 18

Разбудил меня солнечный луч, нагло пробившийся через неплотно закрытые ставни. Чуть сдвинувшись с линии его