открыл. На мягкой ткани красовалось помолвочное кольцо с внушительным бриллиантом.

Все это время я не шевелилась, даже не дышала, не в силах оторвать глаз от напряженного лица мужа.

Крышка хлопнула, заставляя меня отмереть, и коробочка отправилась обратно в сумку.

– Это не то, что ты подумал, – залепетала я осипшим голосом.

Виктор меня не слушал и даже больше не смотрел. Положил сумку на тумбочку и ушел наверх.

Я растерянно осталась сидеть на кухне, не понимая, что предпринять. Наконец, когда в мыслях немного прояснилось, вскочила и побежала за ним.

В детской мужа не оказалось. Дети мирно играли с няней и, заметив меня, сразу потянули к себе. Я поцеловала их в раскрасневшиеся щечки и отправилась в комнату мужа.

Дважды постучалась, но он не ответил. Тогда я просто открыла дверь и вошла. Виктор складывал одежду в объемный чемодан.

– Что ты делаешь? – спросила я подрагивающим голосом.

– Собираю вещи, – ответил он, не поворачивая головы.

– Это недоразумение, – попробовала объяснить я.

– Не надо, Настя. Не унижай себя враньем. Я сам виноват. Совершил ошибку, не смог вернуть твою любовь. Не буду скрывать, я бы с удовольствием убил Ларина. И пожеланий счастья от меня не ждите. Все, что я могу сделать – уехать и дать тебе развод. Мой адвокат подготовит бумаги. Этот дом и половина нажитого останутся тебе. Я хочу видеться с Танюшей не реже трех раз в неделю, в остальном у меня требований нет, – сказал он жестко.

– Виктор, пожалуйста, не надо торопиться с выводами. Давай поговорим, – пролепетала я, подходя к нему вплотную.

Он обернулся и вперил в меня горящий взгляд. Было в нем что-то болезненное, почти безумное. Я испуганно попятилась, увеличивая между нами дистанцию.

Воздух в комнате накалился. Мне стало тяжело дышать.

– Я не …, – начала я, не понимая, что хочу сказать.

Виктор не позволил мне закончить.

Одним стремительным движением оказался рядом, прижал к груди и впился голодным поцелуем, удерживая голову за затылок.

Меня накрыло горячей волной. Воздух в легких закончился. Я сама не понимала, как все еще умудряюсь держаться на ногах.

Все прекратилось так же стремительно, как и началось.

Виктор убрал от меня руки, оставляя в душе и на теле холод.

– Тебе лучше уйти, пока я не сделал того, о чем после пожалею, – произнес он хрипло.

Я выскочила из комнаты, с трудом сдерживая подступающие к горлу рыдания.

Глава 67

С момента отъезда Виктора прошло три дня, а я все не могла успокоиться. Бесцельно бродила по внезапно опустевшему дому, дергалась при каждом звонке, надеясь услышать голос мужа.

Танюша постоянно капризничала и просилась на ручки. Ей не хватало компании брата, с которым они стали не разлей вода.

Виктор не захотел выслушать мои объяснения, и это злило больше всего.

Я не собиралась замуж за Бориса. Он был прекрасным человеком и сделал бы все, чтобы мы с Танюшей чувствовали себя счастливыми. Но мое сердце билось рядом с ним ровно, не срываясь на бег и не пропуская ударов.

И потом смогла бы я уехать в Дубай без детей? Однозначно нет. Смирился бы Виктор с тем, что дочь живет в другой стране? Я не уверена.

Все это время я использовала мужчину, чтобы повысить самооценку и позлить мужа. Жаль, что правда о себе мне открылась так поздно.

Отрывая от навязчивых мыслей, из детской тихонько вышла няня.

– Еле уложила. Весь день плачет и капризничает, – посетовала женщина на Танюшу.

– Спасибо. Завтра у вас выходной. Дочку на целый день заберет муж, – поблагодарила я.

Виктор прислал сообщение, что заедет за Танюшей утром. Они с Вадимом пока жили у отчима, и мама держала меня в курсе последних новостей.

– Счастье, что Виктор привезет завтра Таню. И мне радость, и Вадим не будет так капризничать, – улыбнулась она.

– Как малыш перенес переезд на новое место? – поинтересовалась я.

– Для него сейчас важнее разлука с сестрой и той, кого он считает мамой, – печально заметила она. – Егор уже распорядился оборудовать детскую всем необходимым. Так что будет лучше ваших.

Я скучала по Вадиму, но не могла требовать свиданий с ребенком. Официально это был не мой сын, хоть я и успела привязаться к нему как к родному. Только изредка глядя на его темную с рыжими проблесками головку, в памяти всплывали воспоминания о его матери. Но они тут же исчезали, стоило ему посмотреть на меня своими чистыми, невинными глазами.

– Мам, можно, я заеду к вам в выходные. Заодно и с Катей повидаюсь, – попросила я робко.

– О чем ты спрашиваешь?! Раньше сама не стремилась нас навещать, а мы с Егором всегда были тебе рады. Соберемся всей семьей за большим столом. Скажу повару, чтобы приготовил твой любимый пирог с рыбой, – загорелась мама идеей.

Весь вечер я обдумывала, что скажу Виктору, когда он приедет, какие подберу слова и выражения, и проспала. Не услышала, когда он приехал после бессонной ночи. Увидела в окно, только как его машина выезжает со двора, оставляя меня в доме одну.

Накинула халат и спустилась на кухню. После завтрака там остался легкий беспорядок. Таня опять не хотела есть кашу. Заметив темные пятна на ее стульчике, подумала я и улыбнулась, представляя, как Виктор мучается с кормлением дочки.

Последнее время я почти никогда не оставалась одна, и теперь немного растерялась. Чем занять себя, чтобы не переживать все время?! Набрала Ксению. Мы так давно не виделись с подругой, что я успела соскучиться.

– Даже не вздумай оставаться дома. Собирай вещи и дуй ко мне. Тебе жизненно необходимо проветриться. Сейчас же организую нам массаж и баньку, а после уйдем в отрыв. Поедем танцевать до утра, – мечтательно заявила подруга.

Я только посмеялась в ответ. У нее, как у золушки, в двенадцать карета превращалась в тыкву, а вернее, злой, как рассерженный демон, за ней приезжал муж. И про отрыв приходилось забыть до следующего раза, чему мы обе были только рады.

– Уже еду, –