Я закатываю глаза.

— А когда ты в последний раз платил налоги?

У него нет возможности ответить. Взъерошенный мужчина, у которого в уголках рта всё ещё осталось несколько крошек от сэндвича, который он ел, выходит и поправляет галстук.

— Мисс Блэкмен, — он сияет. — Я Джонатан Тэмворт. Что мы можем для вас сделать?

Я подозрительно смотрю на него. Формально этот парень — государственный служащий. Наверняка его первым побуждением должно было быть сообщить своему начальству, что я здесь, а затем вырубить меня, чтобы он мог оттащить меня обратно к чёртову Винсу Хейлу.

Он замечает мой взгляд и начинает хорохориться, пытаясь успокоить меня.

— Вы были моим героем с тех пор, как не дали той школе превратиться в кровавую бойню, — я киваю, внезапно всё поняв. Он имеет в виду инцидент, когда я предотвратила расстрел Rogu3. — Мы не ожидаем, что на школьных танцах появятся снайперы и попытаются расправиться с нашими учениками. Я думаю, вы обнаружите, что многие из нас, работников образования, сочувствуют вашему делу. То, что случилось с Семьями — это ужасное событие.

Я думаю, что он говорит искренне, несмотря на свой льстивый тон. Я проверяю, права ли я.

— Я здесь, потому что ещё один ваш ученик в опасности, мистер Тэмворт.

— Боже мой, — он взволнованно сплетает пальцы. — Кто? Мы можем сообщить в полицию и…

— Нам нужно сохранить её личность в тайне, — говорю я ему, придумывая что-то на ходу. — Для её же безопасности.

— Конечно, конечно! Чем я могу вам помочь?

— Я очень беспокоюсь, что могут пострадать невинные дети, — хотя я не лгу, я всё же преувеличиваю. — Мы направляем небольшие группы для наблюдения за каждой школой в этом районе, чтобы убедиться, что они в безопасности. Если бы вы могли позвонить заранее и предупредить школы, чтобы нашим людям не… давали отпор, было бы очень здорово.

Давайте посмотрим правде в глаза: последнее, что нам нужно — это всеобщая паника, потому что последние кровохлёбы в стране слоняются по школам, как будто только и ждут возможности отомстить тем, кто этого меньше всего заслуживает.

— Да! — он чуть не спотыкается, так ему хочется помочь. — Я могу это сделать.

— И ещё, — продолжаю я, — мне бы хотелось получить список всех детей в Вестминстере, которые учатся на дому.

Он энергично кивает.

— Само собой. Проходите прямо сюда.

Я обмениваюсь взглядами с Хоуп и О'Ши. Всё проходит гораздо более гладко, чем я ожидала, и это автоматически заставляет меня нервничать. Жаль, что я вынуждена искать тень на каждом шагу, даже когда люди искренне помогают мне.

Тэмворт усаживается в кресло, которое жалобно скрипит, когда он приземляется на него задницей. Он морщится.

— Извините, — он похлопывает себя по животу. — Жена всё время советует мне немного похудеть.

— Я думаю, это из-за дешёвой мебели, а не из-за вашей физической формы, мистер Тэмворт, — он не единственный, кто умеет подхалимничать.

Это работает. Он улыбается мне и поворачивается к своему компьютеру, чтобы нажать несколько клавиш.

— А теперь, — говорит он, — хотите, чтобы к этому списку были приложены фотографии?

Я стараюсь держать рот на замке. Помимо того, что он, вероятно, нарушает миллион законов, передавая мне список, наличие фотографий значительно улучшит наше расследование.

— Это было бы замечательно, — выдавливаю я из себя.

Он поднимает подбородок и смотрит на меня.

— Вы же знаете, я потеряю работу, если кто-нибудь узнает, что я это сделал, — он переводит дыхание. — Меня могут даже посадить в тюрьму.

Я встречаюсь с ним взглядом и молча признаю правоту его слов. Очевидно, он помогает нам не из-за того, что я подлизываюсь. Не думаю, что мне достаточно сказать ему, что он не толстый, чтобы он рисковал попасть за решётку.

— Но, — продолжает Тэмворт, — я доверяю вам. Вы коварный кровохлёб, который, вероятно, уже должен был умереть несколько раз, но вы делаете для этой страны больше, чем кто-либо другой, кого я могу себе представить.

— Почему вы так считаете?

— Вы всё ещё здесь, — просто отвечает он. — Вы не опустили руки и не забили на нас.

Не задумываясь, я протягиваю руку, беру его ладонь и сжимаю её. Это странный момент, когда я прикасаюсь к кому-то незнакомому и испытываю искреннюю благодарность и понимание. Я напоминаю себе, что большинство людей не ублюдки. Большинство из них просто стараются жить как можно лучше.

О'Ши прочищает горло.

— Как бы мне ни было неприятно прерывать этот маленький тет-а-тет…

Я киваю и отстраняюсь.

— Он прав. Нам нужно переходить к сути.

Выражение лица Тэмворта меняется на деловое, и он возвращается к экрану.

— В этом районе менее двухсот детей обучаются на дому, — говорит он. — Вам нужны распечатки с их именами?

— Адреса были бы очень кстати, — говорю я, испытывая удачу.

— Я могу это сделать, — соглашается он. — Но нам нужно поторопиться, пока все остальные не вернулись с обеда, — его нос подёргивается. — Теперь о фотографиях. Конечно, некоторые из них немного устарели…

Меня охватывает нетерпение.

— Могу я их увидеть?

Тэмворт пожимает плечами и поворачивает экран так, чтобы мне было видно.

— Я только проверю на стойке регистрации, — говорит он, — не оставляли ли мне каких-нибудь сообщений, — он встаёт и засовывает руки в карманы. — Ничего не трогайте, пока меня не будет, — он стучит по верху монитора и уходит.

Хоуп, О'Ши и я переглядываемся, затем дружно бросаемся вперёд.

Просмотр фотографий не занимает много времени. Мы можем не учитывать всех мальчиков и знаем возраст ребёнка, которого ищем. Я просматриваю фотографии девочек примерно того же возраста, что и Элис. Её там нет. Я хмурюсь про себя. Вот чёрт.

— Тогда, наверное, она не учится на дому, — раздражённо говорю я. — Она, должно быть, учится в одной из школ, если вообще получает образование. Нам нужно получить ответ от других.

Хоуп задумчиво постукивает пальцем по губам.

— Я новичок во всех этих расследованиях.

— Тогда, возможно, тебе лучше помолчать, — бодро предлагает О'Ши.

Она игнорирует его.

— Но если бы я хотела увернуться от всех, кто ищет ребёнка, я бы изменила её возраст.

Я покусываю нижнюю губу и пожимаю плечами.

— Проще заставить кого-то выглядеть старше, чем моложе, — я начинаю просматривать детей постарше. — Нет. Нет. Вот эта? — я прищуриваюсь. — Нет, — я продолжаю, пока не нахожу последнюю фотографию. — Тут нет никого, кто хотя бы отдалённо походил бы на Элис Голдман.

— Поднимись ещё раз, — говорит О'Ши. — Медленно.

Я делаю, как он просит. Перед глазами мелькают изображения детей с редкими зубами, веснушчатых, пухленьких, хорошеньких, в очках. Ни одна