И самое удивительное для нынешних времён заключалось в том, что ни люди, ни Этараксийцы не смотрели друг на друга с ненавистью или презрением. Они сидели плечом к плечу. Спинами к спинам. Готовые разделить этот страх вместе.

* * *

В другом отсеке, у палуб малых стартующих шаттлов, шёл бой насмерть.

С одной стороны сражались люди и Этараксийцы. С другой — ворвавшиеся на борт противники.

Десять Этараксийцев в чёрных бронях рвались в ближний бой, пока союзники с дальних позиций прикрывали их техниками. Но врагов было слишком много. Защитников постепенно вытеснили к дальним помещениям, за тяжёлые огромные двойные створки ангара.

Бойцы прижимались к воротам, выглядывали наружу, пока с той стороны по ним непрерывно били стихиями. Щиты ещё держались, но каждый следующий удар делал их слабее.

Высокий Этараксиц, тяжело дыша, перевёл взгляд на немолодого мужчину в светло-серой броне, с исщреплённым мелкими шрамами лицом, чёрными короткими волосами и проступившей сединой на висках.

— Простите… — произнёс он. — Если бы не мы…

Мужчина нахмурился и сразу оборвал его:

— Не говори глупостей, Каган. Я не жалею, что приютил ваш народ. Этараксийцы немало добра сделали для нас. Я не собираюсь отказываться от вас.

Эти слова услышали все.

Этараксийцы стояли с опущенными лицами и взглядами в пол.

Изгои. Потерявшие родной мир. Потерявшие свою королеву. Ненужные никому в этом космосе, гонимые империей. И только здесь, на этой планете, им дали укрытие…

Да, тайное. Да, скрытое. Но всё же настоящее.

Люди не сдали их. Не попытались использовать. Не шарахались от них с презрением. Просто дали кров, позаботились о каждом… И теперь война пришла сюда именно из-за них. Из-за их присутствия.

Этараксийцы молча переглянулись. Потом, будто одновременно придя к одному и тому же решению, кивнули друг другу.

— Ларлон! — произнёс всё тот же Этараксиец, Каган, обращаясь к седому мужчине. — Прикройте нас!

И в ту же секунду все они рванули из-за укрытия.

Молниеносные тени. Воины петляли, уворачивались, рвались сквозь техники. Ларлон не успел даже остановить их словами. Только резко отдал приказ своим людям прикрывать атаку.

Бой вспыхнул с новой силой. Но длилось это недолго.

Защитников было слишком мало. Враги ждали именно такого рывка и встретили их готовой, плотной стеной техник. Кагана, командира отряда Этараксийцы, удар застал так резко, что он даже не понял, в какой момент его вместе с остальными просто смело назад.

Он рухнул на пол. Перед глазами у мужчины всё плыло.

Шум в ушах стоял такой, будто череп сейчас треснет изнутри. Каган мотнул головой, кое-как поднялся на одно колено и заставил зрение сфокусироваться. Вражеский строй медленно, уверенно двигался к ним, пока их прикрывали щитами.

Каган понимал, что не всем удастся выжить. А значит, нужно сделать всё, чтобы хотя бы остальные Этараксийцы и приютившие их люди ушли.

Мужчина, сжав челюсть, уже собирался выкрикнуть слова, которые поведут его воинов на смерть, когда вдруг почувствовал на плече чужую ладонь.

Он замер с ошарашенным лицом, потому не почувствовал приближения и не услышал шагов. Хотя с этим проблем у него обычно не было.

Потом до него донёсся голос. На древнем языке Этараксийцев.

— Не время стоять на коленях, дитя своего Рода. Враг перед тобой. Так покажи же ему силу гордой крови.

Следом прозвучала ещё одна фраза. Та самая, когда-то знакомая Кагану, но так и не ставшая ему по-настоящему близкой. Древний язык никогда не был его сильной стороной.

Тот, кто положил ладонь ему на плечо, уже шагнул вперёд. Высокий парень в белой одежде с тёмными волосами.

В одной руке у незнакомца возник чёрный клинок. В другой — белый.

А затем он исчез.

Не буквально — просто превратился во вспышку. Уже через миг оказавшись прямо перед строем врагов. Клинки сверкнули так быстро, что Каган едва успел уловить сам момент удара. Всего одна вспышка — и вражеский строй отбросило невероятно мощной воздушной волной.

Незнакомец врубился в их ряды один.

И в этот момент Каган вдруг понял, откуда знает ту фразу. Она пришла к нему лёгким шёпотом, всплывая в памяти.

Его глаза широко раскрылись от изумления.

— Святой… — с благоговением прошептал он.

А уже в следующую секунду с громким криком рванул в бой. Следом за ним сорвались и остальные.

Если сражается ОН, они не имеют права стоять в стороне.

* * *

Я стоял среди множества тел с двумя клинками в руках, пока вокруг меня полукругом держались восемь Этараксийцев.

План сработал.

Чтобы не привлекать к себе внимание ни врагов, ни тех, кого мы собирались спасти, мне пришлось сделать вид, что мы действительно уходим из системы. Иначе нападающие тут же переключились бы на нас и отправили бы сюда гораздо больше кораблей.

Я слишком долго сражался за людские жизни, чтобы однажды просто переступить через себя и через тех, кто сейчас нуждается в помощи, поэтому с самого начала не собирался бросать корабли, на которых были те, кому нужна моя помощь.

Через несколько секунд из дальних коридоров донёсся шум.

Ещё миг — и мощным воздушным потоком прямо к нам вынесло нескольких врагов. Этараксийцы сразу же сгруппировались, приняли их на себя и отбросили тела прочь.

Из коридора показались Яна Ольга и троица моих учеников.

Яна спокойно стряхивала что-то с одежды, Ольга коротким движением отряхнула копьё от крови. Троица же осматривалась.

— Сектор Б зачищен, — ровно произнесла Яна.

Я кивнул, поднял руку и активировал коммуникатор. Капитан ответил сразу.

— Один корабль уничтожен, господин, — быстро произнёс он. — Второй взят в кольцо. Начинаем добивание.

— Прекрасно, — произнёс я. — Заканчивайте и с остальными. После этого сразу группируемся вокруг транспортников.

* * *

Земля. События после сражений и возвращения Ани:

— Ты вообще отдаёшь себе отчёт в своих действиях⁈ — прокричала Эйр, глядя на Аню.

Голос девушки звенел на весь зал. Она быстро ходила из стороны в сторону, с трудом сдерживая себя, и с каждым новым шагом в ней будто только сильнее нарастало раздражение. Эйр была не просто зла, а в бешенстве.

Аня стояла у окна, скрестив руки на груди, и хмуро, не отводя взгляда, смотрела на неё.

В зале, кроме них, находились Славка, Гриша, Катя, Аяна, Максим и Эйкхирия. Никто не вмешивался. Все и так понимали, что этот разговор не мог не назреть.

Малышки здесь не было. Её оставили наверху, в комнате, со старушкой Марфой и стариком Александром.

— Ты хоть понимаешь, что могло бы с вами обеими случиться, если бы на тебе не было защиты рода⁇! —