class="p1">— Не. У нас сейчас хватает тяжелого оружия, а к НСВ все равно патронов почти нет.

–--Бери Макса за пулемет, еще кого-то в усиление бойца и погнали, время дорого.

Пряник кивнул и ушел. Я еще раз попытался достучаться до Лехи.

Мы выехали через полчаса. Я, Пряник, Макс и еще один боец, Ильяс. Машина, оружие, запас боеприсов, медицинская сумка. Аньке ничего говорить не стал, просто перепсихует, да и всё.

До старого научного городка — два часа езды. Каждая минута тянулась как вечность.

— Думаешь, он жив? — спросил Пряник.

— Не знаю. Надеюсь.

— А если нет?

— Тогда найдем того, кто виноват. И убьем.

Пряник кивнул. Больше мы не разговаривали.

Наконец показался забор. Ворота открыты. Тишина.

— Останавливаемся, — скомандовал я. — Пешком.

Мы вышли из машин, пошли к воротам. Оружие наготове. Напряжение такое, что воздух, казалось, трещал.

Вошли во двор. Пусто. Ни людей, ни зомби. Только ветер гонял мусор по земле.

— Леха! — крикнул я. — Ты здесь?

Эхо. Ничего больше.

Мы обошли базу. Проверили все здания. Нашли следы борьбы — разбитая мебель, пулевые отверстия, пятна крови.

Но самого Лехи не было.

— Черт, — выдохнул Пряник. — Его забрали.

— Кто?

— Не знаю. Но похоже на профессиональную работу.

Я осмотрелся. Он был прав — слишком чисто. Никаких трупов, никаких улик. Кто-то пришел, нейтрализовал Леху со всей командойи забрал его.

Но кто? И зачем?

— Джей, смотри, — Медведь указал на стену.

Там, нацарапанное чем-то острым, было одно слово: «Обмен». И частота для связи.

Я застыл.

— Что за…

Достав рацию, я перенастроил ее на частоту, указанную на стене. Как только я нажал кнопку передачи и запросил связь с похитителями — мне тут же ответил голос с деланным «вороньим» акцентом. Почему деланным? Потому что тот, кто с воронами хоть раз общался — никогда не забудет этого глубокого носового «н–н–н» и резких окончаний с неверными падежами, о которые у них спотыкается непривычный к таким звукосочетаниями язык.

— А, ти типа главный, дыа? Ми захватылы тваи людэй!

— Слушай, ты, клоун–пародист, говори нормально. Ты такой же ворон, как я летчик–истребитель.

На том конце радио замолчали. И продолжился диалог секунд через тридцать, уже нормальным голосом.

— Ну, раз ты такой умный, значит будем говорить, как с умным. Итак, у нас твои люди. Мальчишка и еще один. Третий, уж прости, помер. Нам нужен БРДМ, патроны, жратвы от пуза на пять человек и четыре двухсот-литровые бочки топлива. За это — отдадим тебе твоего дроновода и второго тоже. Попытаешься отбить их, даже если найдешь нас — и мы убьем обоих.

Так. А это уже интересно. Этих ребят навел кто–то, хорошо осведомленный о моей команде. И они пытались косить под «Воронов». Кто бы это мог быть, а… военные конечно самый вероятный кандидат, тем более что они попали в цейтнот. Полковник же и правда приволок сюда все население своей базы, так что теперь на Герасимова неожиданно свалилась проблема питания и размещения почти что шести сотен человек.

Капитан попытался свалить это на нас, но тут же дал заднюю, когда понял, что тут просто будет смертоубийство — обе стороны обвиняют друг друга в смерти родных и близких. Так что теперь он маялся с гражданскими, и мог таким вот несложным образом отомстить.

Хотя это и глупо с его стороны было б. Сначала не устроить бойню, пока мы были не готовы, а сейчас напасть? Что–то не вяжется.

— Ладно, — ответил я после паузы. — БРДМ не обещаю, у нас его нет. Но остальное можно обсудить. Мне нужно время.

— У тебя есть даже два. Мы… — тут он сделал микропаузу, явно собравшись сказать что–то глупое, но вовремя перестроившись — видели их. На вашей базе. Так что гони сюда один «Бардак» и пошевеливайся.

— Мне время нужно. Если ты такой глазастый — то должен знать, что у нас от базы одни рожки да ножки остались. Восемь сотен литров горючки нужно тупо сливать, в запасах у меня нет столько.

— Сколько тебе времени надо?

— Часов шесть. Загрузить топливо, патроны. На все нужна уйма времени.

— Четыре. И без фокусов. Частоту знаешь.

Связь оборвалась. Я посмотрел на Пряника. Пряник посмотрел на меня.

— Ты правда собираешься платить? — осторожно спросил он.

— Нет. Я собираюсь найти их раньше, чем истекут четыре часа.

Макс хмыкнул.

— Это как?

— Думаю. Они захватили двоих. Двоих живых — это груз, который надо где-то держать, охранять, кормить. Далеко не уйдут — им нужно было быть на связи, когда я выйду на ту частоту. Значит, они рядом, в радиусе пары километров. На этом расстоянии от этой базы нет ни одного места, где можно спрятаться. Плюс они видели, как мы въехали — иначе откуда такая оперативность с ответом, рация ответила вмиг. Значит, у них есть наблюдатель с прямой видимостью на ворота.

Я медленно повернулся и оглядел периметр. Старая база, полуразрушенные здания вокруг. Слева — пятиэтажный остов административного корпуса с выбитыми окнами. Справа — водонапорная башня. Прямо впереди — корпуса бывшего НИИ, несколько зданий, перекрывающих обзор с дороги.

— Башня или административный, — сказал Пряник, проследив за моим взглядом. — Башня лучше.

— Башня лучше для наблюдателя. Но не подходит для содержания пленников. Ты их там куда, в бочку для воды засунешь? Как в том мультике про Врунгеля? Административный корпус — там подвалы, мы их проверяли когда тут отсиживались. Там и держат.

— Уверен?

— Нет. Поэтому я иду проверить башню, а Макс с тобой — административный. Но не прямо сейчас. Сначала выедем отсюда и скроемся вон за тем леском.

Пряник уже открыл рот, собираясь спорить, но я поднял руку.

— Тихо. Пешком, без шума. Не геройствуя. Наблюдатель на башне — моя задача. Но как только он упадет — у нас будет от силы минут десять. И еще…постарайтесь не убивать всех. Мне нужен «язык».

Следующие сорок минут были самыми длинными за последнее время.

Мы демонстративно уехали, завывая движком «тойоты». Спрятались за лесом, а потом долго и нудно лежали, пока я наконец не вычислил наблюдателя. Эта хитрая гадина умудрилась втиснутся внутрь металлической вентиляционной башенки, и торчал оттуда только приклад его винтовки, и то самым краем. Сам он был по сути невидимкой. Пару раз все же мелькнули руки, и