— Но почему? — выкрикнул кто-то из толпы. Я узнал голос — один из молодых бойцов, недавно присоединившихся к нам. — Ведь эта база почти что неприступна! У нас тут налажен быт, производство, оборона. Мы отбили атаку зомби, справились с «Воронами». Почему мы не можем справиться с Полковником?

Из задних рядов раздался спокойный, методичный голос Филимонова.

— На это могу вам ответить вместо Жени я.

Ученый поднялся, поправил очки, и я увидел в его глазах усталость. Он явно не спал последние сутки.

— В общем, дорогие мои, эта база в любом случае доживает последние деньки. У нас заканчивается топливо. Остаточная автономность по моим расчетам — полтора месяца. Плюс-минус две недели, в зависимости от режима потребления.

Тут уже удивленное лицо сделал Пряник, который отвечал за снабжение.

— Да каким образом! Ты же говорил про два десятка лет автономности комплекса. Про то, что топливных резервов хватит на долгие годы!

— Да, говорил, — кивнул Филимонов. — Но не при условии постоянного использования системы для поддержания гигантской оранжереи. Для освещения, обогрева, вентиляции теплиц нужна энергия. Много энергии. А еще не надо было откачивать топливо на снабжение техники Смита… который, как выяснилось, перепродавал его дальше, наживаясь на нашей доверчивости. Короче, что сделано, то сделано. Факт остается фактом — запасов топлива осталось критически мало.

— Но можно же залить заново, — возразил Пряник. — Там же обычная солярка, дизельное топливо. Мы можем собрать его с заброшенных заправок, из баков грузовиков.

— Ага, — Филимонов усмехнулся без капли веселья. — Интересно, как? Будем сливать канистрами? Ха-ха-ха… Нет, ребят, боюсь, что этот план обречен на провал. Тут просто нет столько солярки, чтобы нам хватило заново заполнить топливное хранилище. Нужны сотни тонн. Сотни! А у нас в лучшем случае несколько тонн можно наскрести по всему району.

— Да почему? — не унимался кто-то. — Тут жили миллионы людей! И половина из них ездила на машинах, на грузовиках. Должно же где-то быть топливо!

— Если что, запасов топлива на острове в принципе всегда было мало, — терпеливо объяснил Филимонов. — Вспомните любой кризис, любой скачок цен. Сразу начинался дефицит, очереди на заправках. Те же хранилища заправок пополняли топливом, которое везли с большой земли. А Ахтияр и корабельные топливохранилища заполняли и вовсе с танкеров, морским путем. После начала эпидемии краник прикрылся — что с моря, что по суше. Поставки прекратились. То, что осталось на острове, было быстро разобрано. «Вороны» тащили топливо из Чернопокупска. Торговцы — с восточных территорий. А тут, в центре… его тащили у нас. Смит и его люди. И вытащили почти все.

Поднялся гомон. Люди заговорили все разом — кто-то возмущенно, кто-то испуганно. Ситуация становилась все более безнадежной с каждой новой деталью.

Этот хаос прервал голос одного из бывших замов Вовы. Я так и не запомнил его имени — приземистый мужик с залысинами, тот самый, кто помог Вове с оранжереями. Он перекричал всю толпу со своим вопросом:

— Джей! А если посмотреть другие варианты? Вот ты говоришь о союзниках. О ком конкретно речь? Кто может нам помочь в такой ситуации?

— Шендеровский из Чернопокупска, — ответил я. — Он мне должен. Серьезно должен. У него есть армия, техника, ресурсы. Целый город под контролем, налаженное производство. Если убедить его помочь — у нас появится реальный шанс противостоять Полковнику. Технически, можно просто купить у него и топливо, если найдем, чем его заинтересовать. А у нас есть чем — технологии МПЛ, медикаменты, вакцины.

— А если не получится убедить и заинтересовать? — спросил тот же человек.

— Тогда все, — я пожал плечами. — Больше нам тут некого звать на помощь. Организованных сил на острове всего три — мы, Полковник с его вояками, да «Вороны». Вояки против нас. «Воронов» мы разогнали, их база разрушена, лидер мертв. Других просто нет. Мелкие группы выживших не в счет — у них нет ни сил, ни ресурсов помочь нам.

— А что, если все же принять бой? — выкрикнул кто-то. — Мы же не трусы! Мы можем постоять за себя!

Я посмотрел туда, откуда раздался вопрос. Молодой парень, лет двадцати с небольшим. Испуганный, но храбрый. В глазах горел огонь — желание защищать, драться, не сдаваться.

— Принять бой — это храбро, — сказал я спокойно, стараясь не обидеть парня. — Я уважаю твою смелость. Правда. Вот только… шансов у нас нет. С «Воронами» и зомби нам просто повезло — противник был тупой, действовал предсказуемо. Зомби шли напролом, без тактики. «Вороны» были плохо организованы, не имели серьезного вооружения и весь их военный опыт — это драки в горах. Полковник — не тупой. Это опытный военный, который прошел войны, знает тактику, стратегию. Так что не стоит рассчитывать, что он тоже выставит свои силы в одно место, подставившись под удар нашей единственной пусковой установки. Он будет действовать умно, методично. Артиллерия, авиация если найдет, обходные маневры, диверсии. Мы будем раздавлены. А потом он придет, и сожжет нас всех.

Люди переглянулись. Несколько человек нервно зашевелились, но никто больше не предлагал принять бой. Реальность была слишком очевидной, чтобы спорить.

— Тогда давай по твоему варианту действовать, — резюмировал за всех Медведь, подойдя ближе. — Есть конкретные идеи? План действий?

Я развернул на столе карту региона, придавив углы камнями, чтобы не сворачивалась.

— Нам нужно выиграть время, — начал я, проводя пальцем по линиям дорог. — Полковник не нападет сразу — ему нужно укрепить позиции на новой базе, навести порядок, разобраться с гражданскими, которых он захватил вместе с Ривендейлом. Установить контроль, организовать снабжение. Это даст нам неделю, максимум две. За это время нам нужно понять, куда именно есть резон уходить. Одновременно мы укрепляем базу — готовим ловушки, минируем подходы, чтобы если что, задержать противника. Нам нужно найти транспорт, достаточно машин для всех. Нужно выкачать все топливо, которое сумеем. Нужно постараться вывезти отсюда все, что только возможно — оборудование, запасы, оружие. На новом месте нам вряд ли просто так дадут пограбить какие-нибудь склады. Все давно уже поделено, и за каждый ящик патронов придется торговаться или драться.

— А если Полковник ударит раньше? — скептично спросил какой-то дед с седой бородой, бывший военный, судя по выправке. — Ему тоже ждать