Он мне должен. И если я попрошу — он придет.

— Блеф.

— Проверьте.

Мы стояли, глядя друг другу в глаза. Герасимов первым отвел взгляд.

— Хорошо. Допустим, я верю. Но у меня есть условие.

— Какое?

— Половина техники включает в себя все установки пусковые. Не половину, не треть, а все. Это справедливо — вы ее не можете использовать, вы ее не отбивали у Полковника.

Я задумался. Половина — это разумный компромисс. И нам все равно столько техники не нужно. Но отдать всю тяжелую артиллерию воякам? Пожалуй, перетопчатся.

— Нет. Так не пойдет. Половина техники вам, половина — нам. Плюс ваши гарантии мира. Я отдам два «Солнечных удара», и оставлю один себе. На всякий случай. Назовем это стратегическим ресурсом.

Он подумал еще с минуту, явно оценивая вариант. И наконец выдал свой вердикт:

— Согласен.

Мы снова пожали руки.

— Когда передача?

— Завтра. В полдень. Здесь же.

— Хорошо.

Герасимов развернулся, пошел к БТРу. Но на полпути остановился, обернулся.

— Еще один вопрос. Этот Шеин. Он действительно такой сильный? Насколько велика угроза для всех нас от него?

— Сильнее, чем вы думаете. Но его интересы еще долго будут прикованы к территориям за мостом, и вряд ли он беспричинно полезет сюда. Ну, разве что его призовет кто-то.

Намек был очевидным и очень детским, но для Герасимова, кажется, хватило.

— Понятно. Тогда до завтра.

Он сел в БТР, и машина уехала.

Пряник выдохнул.

— Получилось.

— Да. Получилось.

— Ты действительно позвонил бы Шеину?

— Конечно. Но хорошо, что не пришлось.

Мы вернулись на базу. Вова по-прежнему лежал в комнате, не реагируя ни на что. Вика сидела рядом, рассказывала ему какие-то истории. Он слушал, не отвечая.

Я зашел, присел на край кровати.

— Вов. Нам нужно поговорить.

Он повернул голову, посмотрел на меня пустыми глазами.

— О чем?

— О базе. О людях. О том, что дальше.

— Какая разница?

— Разница есть. Потому что эти люди рассчитывают на тебя.

— Пусть рассчитывают на кого-то другого. Я больше не командир.

— Вова…

— Нет, Джей! — он резко сел. — Я не хочу! Понимаешь? Я устал принимать решения! Устал смотреть, как люди умирают! Устал нести эту ответственность!

— И что ты предлагаешь? Бросить все? Уйти?

— Мне плевать, можно и так. Возьму тачку, Вику и мы уедем…

— И куда ты пойдешь?

Он открыл рот, но ничего не сказал. Потому что ответа не было.

— Вова, — тихо сказал я. — Я понимаю, что тебе тяжело. Но ты не можешь просто бросить этих людей. Они нуждаются в тебе.

— А мне нужно, чтобы меня оставили в покое, — глухо ответил он.

Я вздохнул, встал.

— Хорошо. Отдыхай. Я пока возьму командование на себя.

— Делай что хочешь. Я с самого начала говорил, что командиром должен быть ты.

Я вышел из комнаты. За дверью меня ждал Пряник.

— Ну как?

— Плохо. Он совсем опустил руки.

— И что делать?

— Не знаю. Дадим ему время. Может, придет в себя.

— А если нет?

— Тогда придется командовать нам.

Пряник кивнул.

— Ладно. Я готов.

Прошла неделя. Вова так и не вышел из своей комнаты. Ел мало, почти не разговаривал. Только Вика могла хоть как-то достучаться до него.

Я взял на себя командование базой. Кое–кто был откровенно возмущен и бурчал, но меня слишком побаивались, чтобы рискнуть связаться. Пряник продолжил числится замом, что его полностью устраивало.

Технику передали Герасимову, как договаривались. Половину — им, половину — себе. Не обошлось и без конфликта, когда Герасимов понял, что к «Солнечным Ударам» нет БК. Но тут уж ему пришлось признать, что сам дурак.

Но Вова… Вова продолжал лежать и смотреть в потолок.

— Дядя Джей, — как-то вечером позвала меня Вика. — Дядя Вова совсем грустный. Он не хочет играть.

— Я знаю, солнышко.

— А что с ним?

— Он просто устал. Ему нужно отдохнуть.

— А он поправится?

— Обязательно. Просто нужно время.

Девочка кивнула и убежала. А я остался стоять, глядя на закрытую дверь комнаты Вовы.

Надеюсь, я не соврал этой девочке. Надеюсь, он действительно поправится.

Потому что если нет… то не знаю, что будет дальше.

Глава 19

Революция

Прошло несколько дней. Я уже конкретно начал бесится от роли няньки для полусотни взрослых дядь и тёть. У меня сидел Филлимонов, и в очередной раз сношал мне мозги на тему того, как было бы здорово, если бы я предоставил ему полный доступ к лаборатории. Утомил уже он меня этим, честное слово. Вроде как грубо не пошлешь, без него у нас будут сложности. Но и объяснить ему внятно и не обижая не выходит, что я не доверяю ему и считаю необходимым контролировать МПЛ лично.

Я изобретал любой способ сбежать из кабинета и от Фили, и тут мне представилась отличная возможность это провернуть. Ну, вернее она такой показалась в первые пять секунд.

Примерно в полдень у меня на столе заверещала рация.

— Джей, Джей, ответь Прянику!

— Слушаю.

— Жень, тут такое дело. Леха и еще пара наших ребят не выходят на связь по рации. Они утром уехали в патруль, и все, тишина.

— И ни разу не вышли на связь?

Меня пробрал холодок.

— Вышли. Дважды, из каждой контрольной точки. Должны были доехать до научного городка, и вернутся. Но вместо этого машина пропала со связи. Мы подождали пару часов, и собственно…вот.

— Черт…какой у него канал?

Пряник назвал.

Я схватил рацию, переключился на частоту Лехи.

— Леха, это Джей. Прием.

Тишина.

— Леха, ответь! Прием!

Тишина.

— Леха!

Ничего.

Я выключил рацию, посмотрел на Филимонова.

— Фил, я поехал искать Леху. Пряника забираю с собой, так что вы с Медведем за главных. Не передеритесь тут случайно.

— Джей! А что с моим вопросом то?.

— Потом. Всё потом. Все, я убежал.

— Твою мать… — Филлимонов сжал кулаки, когда за Женей хлопнула дверь. — И вот как мне с тобой работать, когда ты мне даже в мелочи такой не доверяешь…

Спустившись на ангарный уровень, я принялся раздавать указания.

— Пряник, собирай группу. Едем проверять, что случилось. Берем тойоту ту, что готовили на Ахтияр. Там «Утес» еще не сняли?