сгорела.

Дарен медленно вытащил меч. Металл тихо звякнул, и этот звук почему-то показался мне самым надёжным в мире.

— Назад, — холодно сказал он. — Она под моей защитой.

Из темноты вышли фигуры в серых плащах. Охотники. Я узнала их сразу — даже не зная, откуда. Страх, древний и чужой, поднялся внутри меня.

— Твоя защита ничего не значит, Морвейн, — усмехнулся один из них. — Приказ уже отдан.

Дарен слегка наклонил голову.

— Тогда вы умрёте, — сказал он спокойно.

И в этот момент всё началось.

Они напали сразу. Быстро. Жестоко.

Дарен двигался так, будто танцевал. Его меч сверкал в утреннем полумраке, удары были точными, смертельными. Он не отступал ни на шаг, заслоняя меня собой, даже когда один из охотников попытался обойти его сбоку.

— Алира! — резко бросил он. — Сейчас!

Я не знала, что он имеет в виду.

Но магия внутри меня — откликнулась.

Она рванулась вверх, как дыхание после долгого погружения. Горячая. Живая. Я подняла руки, не понимая, что делаю, и воздух передо мной вспыхнул мягким, серебристым светом.

Охотник закричал и отшатнулся, будто наткнулся на невидимую стену.

Я задохнулась.

— Я… я не хотела…

— Ты всё сделала правильно! — крикнул Дарен, не оборачиваясь. — Смотри на меня. Только на меня!

Я смотрела.

Он был ранен — на плече темнело пятно крови. От этого внутри меня что-то оборвалось.

— Нет… — прошептала я.

Магия вспыхнула сильнее. Земля под ногами задрожала. Ветки заскрипели, ветер взвыл, словно сам лес встал на мою сторону.

Оставшиеся охотники отступили.

— Проклятая ведьма… — выдохнул один из них, и они исчезли в чаще.

Тишина рухнула резко. Оглушающе.

Я стояла, дрожа, не чувствуя ног. Дарен медленно опустил меч и обернулся ко мне.

— Алира…

Я не дала ему договорить. Подбежала, вцепилась в него, не думая ни о чём. Его кровь была тёплой. Реальной.

— Ты ранен, — прошептала я, почти задыхаясь. — Это из-за меня.

Он обхватил моё лицо ладонями.

— Посмотри на меня.

Я подняла глаза. Его взгляд был живым. Сильным.

— Это из-за тебя я жив, — сказал он. — Ты спасла нас обоих.

Мир вокруг будто исчез. Остались только мы. Его руки. Моё дыхание.

— Ты испугалась? — спросил он тихо.

— Я думала, что потеряю тебя, — вырвалось у меня.

Он замер.

Мгновение — и он прижал меня к себе. Крепко. Без сомнений. Я уткнулась лицом в его грудь, чувствуя, как бешено бьётся его сердце.

— Этого не будет, — сказал он глухо. — Я не позволю.

Я не знала, чего именно он не позволит — моей смерти или своим чувствам.

Но в этот момент мне было всё равно.

Я знала только одно:

Теперь между нами есть связь, которую уже невозможно разорвать.

Глава 5

Мы ушли с поляны почти сразу.

Дарен не позволил мне долго смотреть на следы схватки. Он шёл впереди, слегка прихрамывая, но упрямо делал вид, что всё в порядке. Я видела — ему больно. И от этого внутри меня росло странное, новое чувство. Не страх. Не паника.

Ответственность.

Мы укрылись в старом охотничьем домике, скрытом в склоне холма. Полусгнившие доски, каменный очаг, запах сырости — но сейчас это место казалось самым безопасным в мире.

— Сядь, — приказал он, закрывая дверь. — И не спорь.

Я подчинилась. Он опустился напротив, наконец позволив себе поморщиться.

— Покажи плечо, — сказала я тихо.

— Это лишнее.

— Дарен.

Он посмотрел на меня. И сдался.

Я осторожно отодвинула ткань. Рана была глубокой, но чистой. Кровь уже почти остановилась, словно сама магия не позволяла ей течь дальше.

— Ты чувствуешь? — спросил он вдруг.

— Что?

— Как она откликается тебе.

Я закрыла глаза. И почувствовала.

Магия внутри меня не бушевала, как раньше. Она стала… внимательной. Сосредоточенной. Мягкой. Я положила ладони над раной, не касаясь кожи, и тепло разлилось между нами.

Дарен резко вдохнул.

— Алира… — прошептал он. — Это не обычное колдовство.

Свет был едва заметным, но я видела, как плоть под ним медленно затягивается. Как боль уходит из его взгляда.

Когда я убрала руки, он уже мог дышать свободно.

— Теперь ты понимаешь? — спросил он тихо.

— Нет, — честно ответила я. — Я понимаю только, что они хотели меня убить. Почему?

Он встал, прошёлся по комнате, словно собираясь с мыслями. Потом остановился у окна.

— Потому что твоя магия — запрещённая, — сказал он. — Потому что ты не просто ведьма.

Я затаила дыхание.

— Ты носишь в себе древнюю силу. Ту, о которой больше ста лет запрещено даже говорить.

Он повернулся ко мне.

— Магию Истока.

Слова отозвались внутри странной дрожью.

— Исток… — повторила я. — Что это значит?

— Это сила, которая не берёт энергию извне, — объяснил он. — Она рождается внутри. Она лечит. Разрушает. Подчиняет стихии. И… меняет судьбы.

— Тогда почему её боятся?

Дарен усмехнулся — безрадостно.

— Потому что одна такая ведьма уже однажды почти уничтожила королевство. И охотники дали клятву: больше ни одна носительница Истока не доживёт до пробуждения.

Я побледнела.

— А я… уже пробудилась?

Он подошёл ближе. Очень близко.

— Да, — сказал он тихо. — Сегодня. Когда ты выбрала защитить, а не бежать.

В груди стало тесно.

— Значит, меня будут преследовать всегда?

— Да.

— И ты знал это, когда спас меня?

Он смотрел мне прямо в глаза.

— Я знал.

— Тогда почему? — голос дрогнул. — Зачем ты всё равно меня забрал?

Между нами повисла тишина.

— Потому что если они доберутся до тебя… — он сжал кулаки, — мир снова утонет в крови. А если ты выживешь — у него появится шанс.

— А ты? — прошептала я. — Какой шанс будет у тебя?

Он медленно поднял руку и коснулся моей щеки. Почти невесомо.

— С тобой? — спросил он. — Или без тебя?

Я поняла, что это был вопрос, на который он не хотел знать ответ.

— Ты боишься меня? — спросила я.

— Нет, — ответил он сразу. — Я боюсь за тебя.

Это было… больше, чем признание.

Я сделала шаг вперёд. Наши лбы снова соприкоснулись.

— Тогда не оставляй меня, — прошептала я.

Он закрыл глаза.

— Это самое опасное обещание, которое я могу дать, — сказал он глухо.

— Но ты его дашь.

Он молчал несколько секунд.

Потом обнял меня.

Крепко. Без остатка.

— Я с тобой, Алира, — сказал он. — До конца.

И в этот момент я поняла:

охотники боятся не моей магии.

Они боятся того, кем я могу стать…

Мы покинули домик до рассвета.

Дарен был молчалив. Слишком собранный. Он снова стал тем самым лордом Морвейном — холодным, отстранённым, словно ночного откровения не было вовсе. Это задело сильнее, чем я ожидала.

Я сидела за его спиной,