Виктор улыбнулся «фирменной» зловещей улыбкой, глаза налились мраком, и вновь над головой раздался оглушительный грохот. Яркая энергетическая волна стремительно понеслась от горизонта в нашу сторону. Я задержала дыхание, зажмурилась, почувствовав, как она проходит сквозь меня. Стало так больно, будто в тело вонзили полсотни ножей. Я закричала и открыла глаза…

* * *

Светало. Облака, подсвеченные бледным солнцем, замерли без движения. Тянуло дымом от костра и по́том.

– Дерзкая! – позвал Веселый, наполняя кружку кипятком. – Айда завтракать.

Завтрак прошел в полном молчании. В обычной жизни я придерживалась того, что с хорошими людьми можно и помолчать. Но только не здесь. Тишина выводила из себя, в голову лезло ненужное и болезненное. Не думала, что буду скучать по многоголосому гулу возле барной стойки! Наставления Никиты, нотации Волка, байки Чека, препирательства бродяг со скупщиком и дурацкие вопросы Гарика-Жорика – сейчас сгодилась бы любая болтовня, даже ничего не значащая! Но общая усталость, ситуация, в которой мы втроем оказались, текущее настроение – все это будто навесило замки на наши рты. Даже на привалах мы говорили коротко и исключительно по делу.

Шли тоже молча, и сегодняшнее утро не было исключением. Несколько раз притормаживали: то срабатывал детектор аномалий, то детектор биологических форм. Проверять, что за тварь скрывается в кустах прямо по курсу, мягко говоря, не хотелось, и потому мы закладывали очередную дугу. Согласованный маршрут уводил нас все дальше от базы ученых, но прямым и легким не был.

Ближе к полудню слух поймал совершенно нетипичный для здешних мест звук. Сначала я подумала, что мне это только мерещится. Однако тут же Волк остановил нас и сам стал прислушиваться.

– «Вертушка»? – приставив ладонь козырьком ко лбу, вгляделся в небо Веселый.

– Она самая. Не наша.

– Да неужели? Ты у нас типа умеешь отличать по звуку российские вертолеты от американских или европейских? – засомневался напарник.

– Так и есть. Только в нашем случае все равно, кто производитель.

Судя по реакции сталкеров, подобная встреча ничего хорошего не предвещала.

Рокот тем временем стал усиливаться, и вскоре в небе появилась черная точка.

– Вон в тот ельник! – махнул рукой Волк и, первым перейдя с шага на бег, поспешил в сторону чахлых елочек.

Странный вертолет треугольной формы, с огромными винтами, черным фюзеляжем и одноствольной пушкой, угрожающе свисавшей с подфюзеляжной турели, пролетел над посадкой, накрыв свистящим гулом лопастей.

– Это что, «Апач»?! – дико удивился Никита. – Какого этого самого американцы здесь забыли?

– Если вертолет американский, это еще не значит, что внутри американцы, – продолжая вглядываться в небо, ехидно поддел Волк. – А забыли они вот что.

Сотников воздел указательный палец, заставляя нас притихнуть и насторожиться. Через несколько секунд раздались далекие выстрелы и взрывы.

– Они что, нарушителей каких-то накрыли? – спросила я шепотом.

– Вряд ли. На нарушителей выпустили бы пару «вертушек», так полагается. А раз машина одна – скорее всего, пилоты просто отрабатывают маневр. Тренируются, проще говоря.

– На ком? – скривился Никита.

Ответить Волку не дал звук моего детектора.

– Что там? – Вояка почти навис надо мной, когда я достала гаджет.

С той стороны, откуда доносились взрывы, к нашей посадке прытко двигались пять точек. Сталкер отпрянул от детектора, быстро скинул ФН и взял на изготовку. Никита проделал то же самое с «калашом».

– Разворошили чье-то лежбище, сволочи! – в сердцах проговорил он. – Наверняка хрюшки напуганные мчат.

Я была в наиболее уязвимом положении. ПБ и «Фора» остались на «Искателе» – ни у кого не было запасных обойм и патронов к ним, а просто так таскать по Зоне бесполезное оружие – себе дороже. Так что изначально я вышла с базы с одним АК, а потом тупо утопила его в Смоли, неловко оскользнувшись на берегу. И сейчас отданного мне Волком «макарова» было слишком мало для защиты от кабанов. А уж тонкие сухие стволы елок тварям и вовсе не помеха.

Я сглотнула, напряглась. Пистолет в руке предательски задрожал.

Да, это и впрямь оказались кабаны. Напуганные выстрелами и взрывами, они приближались бодрым аллюром, какому позавидовали бы мустанги-иноходцы.

– Беги! – коротко скомандовал Волк.

Я непонимающе уставилась на него.

– Ты с «макаровым» бесполезна! Беги, прячься, залезь повыше. Разберемся – найдем.

Все еще продолжая сомневаться в правильности своих действий, я рванула сквозь ельник. За спиной послышались выстрелы, потом визг вперемешку с нецензурными фразами сталкеров.

Колючие ветки цеплялась за одежду и волосы, больно хлестали по рукам, которыми я пыталась прикрыть лицо. Дыхание начало сбиваться, и я готова была уже остановиться, когда вдруг закончились не только деревья, но и опора под ногами.

Среагировала я вовремя, а вот обувь, пусть хоть сто раз тактическая, снова скользнула по земле, не успевшей просохнуть. Контролировать тело я уже не могла. Проехав на пятой точке по влажному склону еще пару метров, я окончательно потеряла сцепление с поверхностью, зажмурилась и с диким криком полетела вниз.

* * *

Земля встретила меня довольно жестко, хоть я и успела выставить перед собой руки. Лицо уткнулось во что-то мягкое. Я закашлялась, в нос ударил необычный, но довольно приятный запах. Перевернулась на спину и какое-то время просто лежала, хватая ртом воздух и прислушиваясь. Ни рокота вертолета, ни выстрелов, ни визга. Несколько секунд все вокруг ходило ходуном, будто я зачетно покаталась на карусели. Наконец я решила осмотреться, и первым, что бросилось в глаза, был ярко-красный цветок прямо возле моего лица. Мак. Я привстала и огляделась. Вокруг простиралось бесконечное покрывало цветущих маков. Странная, почти сказочная красота перешептывающихся на ветру алых бутонов никак не вписывалась в реалии опасной, грозящей на каждом шагу чем-то жутким Зоны!

Рядом кто-то отрывисто взрыкнул, и меня бросило в холод.

Дрожа, я медленно обернулась в ту сторону, откуда донеслось рычание. Метрах в десяти, припав на передние лапы, стояла слепошарая тварь.

«Вот тебе и полянка! Вот тебе и сказочная красота…»

Я с трудом повернула голову влево – буквально в метре от меня лежал выроненный при падении ПМ.

Я нырком бросилась за пистолетом, подхватила, развернулась. Палец лег на спуск как раз вовремя – псина уже зависла в прыжке. Пары пуль хватило, чтобы мерзкая тварь отправилась туда, где ей и было место. Однако не успела я опомниться, как возникла еще одна дохлая собака, и на нее ушло целых три патрона. Вот только она все-таки умудрилась цапнуть меня за предплечье – к счастью, челюсти у нее уже едва двигались, и хотя укус и получился болезненным, тварь даже рукав толком не прокусила. Третий мутант тоже не заставил себя ждать. Я выстрелила,