с десяток сложных операций по удалению шипов, торчащих из сгибов суставов. Это пришлось делать по всему телу, но вернуть рукам функционал было наиболее проблематично. И писать шеф отдела Г мог только с помощью клавиатуры. — Кто вы, молодой человек? — вопросительно поднял брови выше он.

— Игорь Безрюмин, сдаю практический экзамен для перевода в буры.

— И вы предполагаете место захоронения Милославского? — с интересом прищурился старик. — Это что-то новенькое.

— Кирилл Милославский жив, — объявил Игорь. — Я говорил с ним только что. Если вы, Николай Денисович, наведывались к тизонам, то вы тоже с ним наверняка разговаривали.

— Позвольте! — хмыкнул шеф гробокопателей. — Через тот мир прошло несколько тысяч агентов. Там работает штат моих лучших сотрудников. Хотите сказать, что все они проглядели живого попаданца, да ещё и в радиусе сдачи практического экзамена?

— Именно так. Этот человек — гений. Вы позволите? — уточнил Игорь, кивая на кресло напротив старика.

— Если вы действительно найдёте Милославского, можете даже прилечь! — рассмеялся тот.

— Понимаю ваш настрой, сам обалдел, когда дошло, — признался Игорь, делая несколько шагов и опускаясь в кресло. — Он действительно парадоксально всё устроил! Думается, так вышло потому, что первый агент, который с ним общался, сказал слишком многое. Объяснил лишние детали. Это ведь было давно, устав Бюро только формировался, систему не отладили. Мне кажется, Милославский никогда не собирался покидать тизонов. И только подыграл агенту Ростиславу, чтобы подготовиться. Каждый из жителей города знает, что он там, а нас попросту водят за нос. Там очень развита роспись кожи, — перешёл к объяснению Игорь. — Обыкновенно тизоны рисуют узоры чёрным пигментом на своих телах. А Милославского забили фиолетовым с ног до головы. И нос ему срезали — это не так сложно, тизоны анатомически очень похожи на людей. Но у него появились проблемы со слизистой. Он постоянно словно бы простужен, дыхательные пути человека подразумевают наличие носа — и у него они воспалены. А ещё мне кажется, что он не чувствует или почти не чувствует запахов после ампутации. Год за годом этот перец встречает под ручку всякого агента!

— Вы что же, всё это удумали потому, что какой-то тизон часто сморкается и не чувствует запахов?

— Нет, Николай Денисович, — серьёзно сказал Игорь. — Он засмеялся. Я пошутил, очень иносказательно пошутил о том, что сотрудник Управления приборостроения похож на почтальона Печкина, а он понял. Понял и засмеялся, потому что тот реально вызывает ассоциацию. Даган выучил на русском… Да это не важно! — сам себя оборвал Игорь. — Просто резануло вдруг, и потому я начал присматриваться повнимательнее. Ввернул ещё пару фраз, которые поймёт только русский человек. И он даже бровью не повёл. Впрочем, брови у него сбриты, как и все волосы.

— Юноша, вы же знаете, как работает искусственный интеллект Толмача? — добродушно рассмеялся глава отдела Г. — Мощнейший софт здорово облегчил всем жизнь именно потому, что искусно адаптирует фразеологизмы, шутки и аналогии под иномирное восприятие. А база языка тизонов — самая полная в картотеке. Понимаю, почему сотрудник с небольшим опытом в отделе А мог запутаться…

— Мы говорили по-русски, — оборвал Игорь. — Я думаю, именно из-за того, что начал использоваться Толмач. Его программное обеспечение действительно развивается с каждым годом, и прибор мог уловить ошибки в употреблении языка тизонов, ведь для Милославского он не родной. Забить тревогу. Потому он разыгрывает заботу об агентах, использует только русский и намеренно коверкает слова. Но, кстати, он это делает странно. Будто парадирует иностранца. Иногда у него пропадают окончания, а иногда — нет. Так можно лажать, если учить язык по учебникам, а не на слух от носителей. Чем больше он волнуется, тем правильнее звучит речь. А когда кривляется — мешает винегрет через слово. И, кстати, по-разному видоизменяет ошибки. Даже представитель градостроительного управления выражается чище. Но главное — он понял культурологические шутки и присказки по-русски, понимаете? Ничего не переспросил. Кирилл Милославский — сопровождающий агентов Бюро, Ликург!

Директор всё ещё выглядел снисходительно.

— Сопровождающий? — улыбнулся он и вдруг процитировал: — Варкалось, хливкие шарьки пырялись по наве… Читала вам мать в детстве Льюиса Кэролла? Если связной станет переспрашивать всякое малопонятное слово, его отправят добывать железную руду с удобной работы. Интуитивно понятные конструкции…

— Это я тоже проверил, — вновь отбросил Игорь субординацию, обрывая главу отдела Г на полуслове. — Сочинил выражение и ввернул его, но тогда Ликург мигом переспросил о значении! Наверное, и раньше что-то проскальзывало, но никто не обращал внимания. Потому что он типа знает язык от агентов и нахватался разного. А нарочно никто не пытался его поймать или проверить, вообще, общаясь с Ликургом, думали совсем о другом. Собственно, как и я. Было бы дело только в одной шутке про Печкина, я бы вас не тревожил. Подумал бы, что ему просто это объяснили раньше. Хотя, опять же, одно дело понять, о чём речь, а другое — смеяться. Смеются — когда смешно, когда шутка цепляет. Но если начать прицельно проверять, он сыпется постоянно. Николай Денисович, всё сходится, теперь я уверен: Кирилл Милославский прячется на самом-самом видном месте, какое только есть в городе тизонов. Он годами сопровождает там каждого из агентов, работающих в пределах Кирбурга. Таким образом, Кир-Кир в курсе и любых направлений в расследовании, и дополнительно — земных инноваций. На самом деле, — прибавил Игорь, — я не думаю, что после пяти лет взаимодействия с земным инженером, который всем рулил, тизоны настолько продвинулись, что сумели по инструкциям Милославского, наскоро подготовленным за неделю, уже шестнадцатый год запрашивать с Земли именно нужное и так грамотно внедрять в свои реалии. Обучать подрастающее поколение и развиваться. Да они бы взорвались там спустя неделю после гибели своего божества, если бы она состоялась! Уверяю вас, этим руководит Милославский. А они просто слушают его, как бога. Не перечат и исполняют всё. Он даже то, что Бюро установило точку входа, сумел вывернуть себе на пользу! Не так давно у них произошла глобализация, несколько крупных окрестных племён присоединились к Кирбургу, и пришлось разыграть фишечку со введением агентов в заблуждение, чтобы минимизировать общение экзаменующихся с настоящими тизонами без надзора. Думаю, он опасается, что новые члены сообщества сольют информацию. Хотя, скорее всего, и раньше вертелся вокруг агентов. Но теперь в пределах Кирбурга никому не разрешается ходить без сопровождения самого