ещё начнут агентов из испытаний высылать?! Совсем оборзели! До вечера оно прям не терпело?!

— Говорят, может взорваться котёл основного генератора и обесточить город, — пояснил Игорь. — Ну как-то странно было отморозиться и продолжить расспрашивать о челе, пропавшем два десятка лет назад, ради галочки в табели перевода, — съязвил он.

— Как-то странно на голову садиться, — проворчал инструктор и начал куда-то звонить. — Юра! — крикнул он водителю. — Юра! Тормози и запаркуйся, сейчас, скорее всего, назад поедем.

— У меня смена через полтора часа кончается, — ожидаемо развонялся Юра.

— У меня вообще сегодня днюха, — огрызнулся инструктор. — К доброму самаритянину вопросы.

— С днём рождения, — проворчал Игорь и взялся опускать окно, чтобы покурить.

Через сорок минут звонков и уточнений оказалось, что нужен ультразвуковой дефектоскоп стоимостью в пару лямов. Инструктор плевался ядом, нагнув админов подотдела по связям с тизонами экстренно договориться о суточной аренде, чтобы провести устройство через точку входа и получить аватар.

— Вот будешь там сидеть, пока они всё не починят, — ядовито объявил он. — Второй раз мы этой хераборой страдать не будем, так и передай! Всажу тебе катетер, калоприёмник, питательную капельницу и уё по барам, раз такой ты отзывчивый. И объясни популярно, что мы сотрудничаем по оговорённому алгоритму, мы не стол заказов русского радио. Вообще охренели фиолетовомордые, бля.

Игорь злился. Сообразуясь с давней мудростью, инициатива вознамерилась вовсю сношать инициатора. И что? Надо было, чтобы там всё рвануло? Офигенское сотрудничество. День рождения у него, ну прикиньте, какое великое дело. Отгул надо было брать, а не мозги править. Катетерами он тут будет угрожать, садист хренов, пидор латентный, а может, и активный…

Внезапно позвонила Арина, сбивая зашкал агрессии.

— Тут просто изумительно красиво, Игорь! — восторженно затараторила она. — Холодно — писец, но просто как в сказке! Староверы — вообще не дикие, у них даже пылесосы есть и электричество! Меня поселили у такой замечательной семьи! Мне очень, очень тут нравится! Мобильная связь берёт только на территории местной школы. Мы сюда добирались вертолётами, в три партии. Здешние думают, что мы из какого-то исследовательского подотдела МВД. Завтра первый поход в леса, в направлении множественных исчезновений, я в группе! Ты как там? Строчишь выводы? Ну не молчи, я не сержусь уже. Почти. Я, может, тут такие открытия сделаю, что и меня все в Бюро будут знать по имени. Милкина маман — просто бешеная оторва! Она — мой куратор, начальник экспедиции первого звена. Надеюсь, я буду такая же в старости. Ну что ты отмалчиваешься как всегда?

— Я еду на точку входа к тизонам, не могу много тут говорить, — приглушённо сообщил Игорь и приметил в зеркале заднего вида, какую рожу состроил водила.

— Ну я не смогу тебе часто звонить, — проворчала Арина. — Ладно, я понимаю. Мы вернёмся через неделю, не теряй меня. Тут восемнадцать человек пропало, из одного этого поселения, представляешь? Если найдём аномальную точку входа…

— Ты там осторожнее, пожалуйста. И если найдёте и засосёт — сразу на выход, без самодеятельности, — напомнил Игорь недовольно.

— Да-да, куда мне. Не волнуйся, у нас всё по уставу и продумано. Перемещаемся только с системой карабинов. Лариса Леонидовна суперпрофи. Ты знаешь, что она была в экспедиции, обнаружившей точку входа в Мурманской области в 2017 году? Та, что за Полярным кругом, где был сквозной портал в Блаёварз? Его закрыли только в 2022-м, столько тел вывезли…

— Сильно не хотелось бы, чтобы тебя тоже откуда-то вывезли в виде тела.

— У нас всё на высшем уровне! — заверила Арина. — Лучше пожелай мне найти прорыв. Блин, Игорь! Я так хочу, чтобы тут реально был прорыв…

Из офиса, под которым припарковался микроавтобус, показались сварливый мудень-инструктор и какой-то мужик. Пришлось обрывать связь и старательно слушать вводный курс об эксплуатации дорогого профессионального прибора.

Инструктор, которому теперь предстояло ещё и завезти устройство обратно арендодателю, гундел всю дорогу хором с водителем. И к тизонам Игорь вернулся с трещащей головой. Учитывая, что на разъезды и волокиту ушло почти четыре с половиной часа, навряд ли стоит сильно рассчитывать на визиты к тизонским историкам. Похоже, будет быстрее самому помочь с обнаружением неполадки, чем объяснять тамошним, как работает современная техника.

— Какой маленький, — поразился Ликург, оценив похожее на чемоданчик устройство у Игоря в руках. — А я подогнайт тележка для транспортировка. Мы сейчас идти главная электростанция, обучайт инженер. Потом — Тотемное управлений. Давай скоро идти! — поторопил он.

На окраине Кирбурга, в противоположном направлении от вонючего храма божеств, среди холмов высился комплекс из четырёх приземистых корпусов красного кирпича. Над крышей возвышались дымовые трубы, но валил оттуда влажный и горячий пар. От здания по засыпанной гравием территории бежали в сторону жилых кварталов и производственных зданий паропроводы. Все постройки были окутаны белёсой пеленой.

Ликург совершенно утратил свою привычную болтливость и страсть славить Кир-Кира на каждом шагу, вдаваясь в пространные лекции о модернизации. Он только постоянно поторапливал и без того почти бегущего Игоря.

В нужном огромном зале было пять здоровенных, подпирающих потолок цилиндрических ёмкостей из толстого кованого железа, соединённых сетью труб. На боках выпирали приборчики с чёрными стрелками, термометры в латунных оправах, предохранительные клапаны, из которых вырывался сердитый горячий пар. Он же шипел из некоторых стыков труб и вентиляционных решёток. Горели газовые фонари.

Пахло накалённым металлом, горячей сыростью, как в подвалах старых многоэтажек зимой, какими-то смазочными составами, а ещё — сероводородом геотермального источника, дававшего пар для не особо понятного Игорю термодинамического цикла, о который часто восхвалял Ликург.

Слова почти заглушали равномерный гул турбин, шипение пара, стук клапанов, лязг металлических лестниц и окрики рабочих. Тут все были очень взволнованы. Но даже в такой ситуации не преминули почти по команде замахать кулаками, завидев бедолагу-Ликурга.

Центральный котёл — или что там это такое? — выглядел внешне целым, но выдавал тревожные признаки: низкий, вибрирующий гул, периодически переходящий в дребезжащий металлический звон — как будто внутри что‑то билось о стенки. Корпус мелко дрожал. Стрелки непонятных приборов скакали на красных отметках, то и дело резко падая, но потом возвращались рывком в опасную зону. И откуда-то сочился тонкий шипящий пар. На металле блестели влажные следы конденсата с ржавыми разводами.

Игорь поставил дефектоскоп на прикаченную каким-то тизоном тумбу и старательно подключил по памяти и русскоязычной инструкции, которая прилагалась