про наш план и займусь остальным. Если Тени вернутся, возвращайтесь в Печь и ведите себя так, будто ничего и не было. Хорошо?

– Хорошо, – соглашается Бэйби. – Ты тоже будь осторожна.

Я киваю и направляюсь в туннель, ведущий к Печи. До неё добираюсь бегом. Большинство детей уже приступили к работе. Они носят мешки, рубят дрова, подбрасывают их в огонь и сортируют вещи на конвейере, а под потолком тем временем яростно мечутся Тени. Я давно заметила: когда Её нет, существа кажутся агрессивнее, опаснее. Но на самом деле это не так.

– Бланш! – радостно кричит Шоколадка. – Какую историю расскажешь сегодня?

– Там будут принцессы? – спрашивает Ваниль, мягко улыбаясь.

– А драки? – интересуется мальчик, стоящий чуть поодаль.

– Сегодня не будет сказки.

Зал заполняют возмущенные возгласы. Я знаю, что в этом аду истории – их единственная возможность погрузиться в фантазии, хотя бы на несколько минут. Но, возможно, они простят меня, если я расскажу им про свой план. Я поднимаю руки, призывая их успокоиться и замолчать.

– Но у меня есть кое-что получше.

– Хотелось бы, – язвит Вредина.

Я бросаю на неё сердитый взгляд. Она таскает дрова из одного угла в другой. Проходя мимо, Вредина демонстративно показывает мне язык, а затем направляется к Котлу.

– Последние дни… нет, недели я работала над секретным планом, – продолжаю я, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Мой план не совершенен. Как и любой другой.

Нам много что может помешать. Она может вернуться и перехватить нас у красной двери. Свет может вредить Теням не так сильно, как я думаю. Дети могут запаниковать в последний момент. Или я.

«Надо решать проблемы по мере их поступления», – приказываю я себе.

– Что за план? – спрашивает Шоколадка заинтересовавшись. – Это связано с твоими историями?

– Нет, совсем не связано. Я…

Прохожусь взглядом по залу. Некоторые дети даже не смотрят в мою сторону. С опущенными головами они выполняют свои обязанности. Они боятся Теней. Первым делом я должна заставить их меня услышать.

– Внимание, пожалуйста! – произношу я чётко и громко. – То, что я скажу, крайне важно! Мне важно, чтобы все внимательно слушали.

Мой голос эхом разносится по всему залу. К сожалению, некоторые всё так же погружены в работу.

– Повторять не буду! – с шумом выдыхаю я. – Мой план – вывести вас отсюда. Всех! Мы сбежим с Фабрики. Сейчас.

В Печи воцаряется гробовая тишина. Слышно только потрескивание пламени. Даже те, кто делал вид, что не слушает меня, замерли, отложив работу. Мало-помалу они переводят на меня взгляды. В их глазах читается непонимание. Надежда, но вместе с тем и страх.

– Я, наверное, ослышалась, – усмехается Вредина, возвращаясь за дровами. – Что ты сказала?

– Я выведу всех отсюда, – повторяю я. – У меня есть план. Грог и Бэйби мне уже помогают. Мы можем сбежать с Фабрики, пока Её тут нет. Когда Она вернется, будет уже поздно. Нам нужно идти. Сейчас же.

Бросаю Шоколадке с Ванилью ободряющий взгляд. Но девочки застыли в оцепенении. Как и остальные дети, сидящие передо мной.

– Кажется, вы не понимаете, но это важно – уйти как можно скорее, – говорю я всё так же громко. – Тени не тронут нас. Вы ведь этого боитесь? Когда Её нет, эти существа ничего не видят. И я знаю, где выход.

– Да ну? – насмехается Крикун, чей нос местами посинел. – Разве он существует? Выход? И где же этот твой выход? Почему до тебя его никто не видел?

Я вздыхаю, зная, что мой ответ им не понравится.

– В Её кабинете.

В зале раздаются удивленные крики и вздохи. Дети съеживаются, опускаясь на корточки на пол, или же вжимаются от страха в стулья.

Я должна что-то сделать.

– Бэйби и Грог ждут нас! Если мы пойдем сейчас, у нас есть шанс…

– То есть, чтобы сбежать из этого кошмарного места, ты предлагаешь нам залезть прямиком в пасть к волку? – перебивает Вредина, недовольно кривя губы. – Ты вообще понимаешь, что говоришь? Нам нужно войти в Её кабинет? Её? Самое страшное место на Фабрике? То самое, откуда никто еще не возвращался… Никогда.

Я делаю несколько шагов в сторону Вредины и смотрю ей прямо в глаза.

– Я не заставляю тебя идти, – отвечаю я. – Никого не заставляю. Но я бы хотела вывести всех. Если не рискнуть, мы останемся здесь навсегда. Ты этого хочешь? Жить на Фабрике, пока однажды Она не выберет тебя? Сколько ещё детей должно погибнуть из-за Неё? Я больше так не могу. Я ухожу.

– Но, Бланш, – её голос звучит едко, – наша жизнь – здесь.

– Ты называешь это жизнью? – спрашиваю я потрясенно, обводя рукой Печь с гигантским Котлом.

Тут к нам робкими шажками подходит девочка, которую я знаю лишь внешне. Её кожа покрыта чешуей, а из приоткрытого рта торчат клыки.

– Это не жизнь, – соглашается она совсем тихо. – Но пока мы хотя бы дышим… Если Она поймает нас, вряд ли кто-то выживет.

Девочка нервно заламывает руки.

– Ты говоришь, что дышишь, – опускаюсь на колени, чтобы быть с ней одного роста, – но все вы заслуживаете большего. Я не могу гарантировать, что Она нас не настигнет, когда мы попытаемся сбежать. Но обещаю одно: я сделаю всё, чтобы защитить вас, чтобы ни случилось. Всё.

Оранжевые глаза изучают меня пристальным взглядом.

– Не у вех сказок счастливый конец, – добавляю я. – Но наша может завершиться словами «и жили они долго и счастливо», если мы решимся действовать сейчас.

Услышав эти слова, девочка наконец кивает. Я беру её за руку и улыбаюсь. Постепенно к нам присоединяется ещё несколько детей, остальные послушно продолжают сидеть на своих местах.

Одних возможность побега приободрила, другие отнеслись к ней скептически. Или же они просто были слишком напуганы, чтобы даже поднять глаза, оторвавшись от работы.

Я должна смириться: у меня не получится их спасти. Не всех.

Эта мысль разрывает моё сердце, но мне стоит думать о себе и о тех, кого ещё можно вывести.

Делаю глубокий вдох, а затем произношу слова, которые решат судьбу этих детей:

– Кто со мной?

Глава 20

Мне не удалось убедить всех детей.

Думаю, даже если бы дверь была прямо у них перед их носом, они всё равно бы не сдвинулись с места.

Моя главная задача сейчас – вывести как можно больше заключённых. И если представится такая возможность, я вернусь за остальными.

Если они к тому времени будут живы.

Потому что Она заметит, что мы сбежали. Никто не может предугадать, как Она отреагирует.

Пару секунд назад я пыталась уговорить упрямцев, предупреждала, что