что поражение Америки достижимо — с Божьей помощью — и это окажется для нас легче — с Божьей помощью — чем поражение Советской империи ранее.

*Усама Бен Ладен, 21 октября 2001 г.*

Утром 8-го декабря 2001 года нас разбудила радиосвязь Берни с Баграмом. Мы засиделись допоздна, оценивая наше положение, и сумели поспать всего час или два на протяжении ночи, которая была холодной и беспокойной. Мы порылись в своих рюкзаках в поисках рационов MRE, которые могли бы стать холодным завтраком, и прихватили бутылки с водой из коробки за хлипкой деревянной дверью.

Когда мы медленно приходили в себя, я не мог не думать о том, как нам повезло с тем, что эту миссию поручили нам, и как мы гордились этим. Мы находились здесь, за тысячи миль от нулевого уровня в Нью-Йорке, на самом кончике острого копья в охоте на Усаму Бен Ладена. Мы были безмерно благодарны за предоставленную возможность.

Это должна была быть война в стиле «полета сидя в своих штанах»,[78] в которой невозможно будет заранее предсказать, что может произойти в течение следующего часа, не говоря уже о дне. Мое традиционное военное образование закончилось в Форт-Беннинге в 1995 году, где я был молодым пехотным капитаном и проходил утвержденную учебную программу курса, содержавшую очень мало информации об искусстве ведения неоднозначного и нетрадиционного боя, находясь в связке с каким-то полевым командиром страны третьего мира.

Однако подобный вид боевой работы практиковался в Центре специальных методов ведения войны в Форт-Брэгге, и лишь немногие офицеры понимали его лучше, чем командир оперативной группы «Кинжал» полковник Малхолланд, которому это совсем не нравилось. Он высказал решительные возражения против преследования «Аль-Каиды» в горной местности с неизвестной армией местных боевиков и без надежной инфраструктуры поддержки. Если с этого момента все пойдет наперекосяк, никто не сможет винить в этом Малхолланда, — красные флаги предупреждения он уже поднял.

Своих собственных оговорок хватало и у нашего собственного командира оперативной группы. Генерала Дейли, конечно, нельзя было назвать импульсивным или легкомысленным, когда на кону стояли жизни его людей.[79] На самом деле генерал лишь слегка склонялся в сторону осторожности, как это зачастую делают большинство благоразумных командиров. Но Дейли также знал, что возможностей прижать Бен Ладена будет немного, хотя без сомнения его уничтожение было главной задачей войны на тот момент. Для этого требовался командир, готовый сделать глубокий вдох, ухватить момент, принять рискованный характер миссии и спустить своих «псов войны». Был ли Дейли лично доволен всей этой сделкой или нет, не имело значения. Он спустил курок, и мы уважали его за это.

*

За день до этого ребята из ЦРУ предупредили нас, что генерал Али был мастером двурушничества и часто пустословил. Он мог давать обещания целому миру, но редко выполнял их, если не считал их полезными или выгодными для своих собственных интересов. Чем больше времени мы проводили в Афганистане, работая с местными боевиками и полевыми командирами, тем больше мы понимали, что поведение Али было далеко не уникальным. Это было просто общей чертой местной культуры. Вы не не могли заработать статус полевого командира, не имея возможности играть в обе стороны, и в середине, и по краям тоже.

Внешне Али был небольшого роста, тихим и скромным. Его формальное образование закончилось в шестом классе, что мало что значило в той суровой обстановке. Что действительно имело значение, так это суровая школа жизни, пройденная на улице, а также опыт и репутация, которую он заработал, сражаясь с Советами и соперничающими племенами, будучи молодым моджахедом. Эти особенности породили опасную смесь политика, менеджера и полевого командира, который, если его достаточно расшевелить, становился таким же самоуверенным, как загнанный в угол петух в курятнике.

В то утро генерал Али находился в хорошем расположении духа и поспешил похвалить собственные усилия. Его люди «в целом» окружили Бен Ладена и отрезали его от любой поддержки со стороны местных жителей, и Али решительно намекал, что побег из Тора-Бора для лидера «Аль-Каиды» не являлся подходящим вариантом. Это была приятная новость для нас, поскольку у нас не было ни людей, ни разрешения, чтобы окружить огромное поле боя, и вливания значительных подкреплений в ближайшее время мы не ожидали.

Мы скрестили пальцы и приняли заявление генерала за чистую монету, поскольку оно совпадало с тем фактом, что мало кто верил, будто лидер «Аль-Каиды» уйдет или сбежит. Действительно, более ранние радиоперехваты показывали нам, что Бен Ладен хотел дать бой в горах, который был хорошо подготовлен заранее. «Аль-Каида» была уверена, что сможет сдержать боевой дух своих противников-мусульман, чтобы сосредоточить свое внимание на американских войсках, которые, как предполагалось, должны были вот-вот прибыть.

Поэтому у нас не было причин сомневаться в том, что Бен Ладен откажется сражаться насмерть.

Пророк Мухаммед столкнулся с худшими трудностями в битве при Бадре в седьмом веке, — событие, хорошо известное в исламском мире.[80] Армия Мухаммеда верила, что их победа над подавляющими силами неверующих была возможна только в том случае, если они отдадут свою судьбу в руки Аллаха.

Конечно, Бен Ладен, который неоднократно ссылался на жизнь, времена и высказывания Мухаммеда в его войне против крестоносцев и евреев, знал, что отступление перед лицом наступающих кафиров[81] выявит в нем поверхностного последователя воли Аллаха и самого вероотступника.

*

После неудачной попытки взглянуть на линию боевого соприкосновения, вызванной побегом от прессы, генерал Али предложил сегодня утром вновь отвезти нас на передовую. Генерал сообщил, что решил проблемы со СМИ, поэтому Брайан, Адам Хан и я согласились поехать. Мы должны были поехать.

Джордж тоже согласился с этим, считая это хорошим шагом, так как казалось, что Али уважал его. Генерал не был глуп, — он знал, что у Джорджа водились большие суммы денег, которые он так страстно желал, и, казалось, он понимал, что недавно прибывшие коммандос представляли собой его лучший шанс устранить Бен Ладена. Тело Усамы Бен Ладена, живого или мертвого, соответствовало крутому бонусу в 25 миллионов долларов.

На этот раз мы запрыгнули в лимонно-зеленый внедорожник Али и покинули здание школы, направляясь к южным предгорьям вдоль западного фланга поля боя. Через несколько минут после пересечения высохшего русла ручья рация Али ожила. Один из его передовых командиров умолял его прекратить бомбардировки их позиций. Над головой висел самолет ВВС США В-52, и его бомбы предположительно свалились на дружественных моджахедов, которых приняли за «Аль-Каиду». Это легко сделать с высоты 30