[Караш]: Наш статус положен нам по мере рождения. Переговоры — это процесс определения иерархии. Сила определяет право. Вы показали примитивную, но эффективную силу. Достаточную, чтобы заслужить индивидуальное рассмотрение. Ваша капитуляция сохранит жизни части вашего вида. Сильнейшие будут интегрированы. Остальные не представляют интереса.

«Интегрированы». Зловещее, стерильное слово, за которым стояло рабство, эксперименты или что-то похуже. Сейчас же у меня создавалось такое впечатление, будто он… боится или чего-то ждёт? Что ж, мне это начинает надоедать.

[Ной]: А если мы не капитулируем? Что скажет твой «Отец», если я отломаю его сыну рога?

Хотел добавить о том, куда я их потом засуну, но не стал этого делать. Я человек культурный.

Караш просто кивнул, будто ожидая этого вопроса. У него на лице не выразилось какой-либо эмоции.

[Караш]: Тогда мы применим тотальное подавление. Ваши миры будут очищены. Процесс займёт больше времени и ресурсов, но результат будет тем же. Выбор — иллюзия. Реальность — в силе. Я предлагаю тебе, как сильнейшему среди ваших, осознать это и подчиниться. Стать проводником нашей воли среди своего вида. В обмен — ты сохранишь свой статус. Часть твоего народа выживет. Возможно, вы сможете заслужить достойный статус в нашем мире, сражаясь. Если сохраните разум, конечно же, ведь всем рабам нужно становиться сильнее, поедая плоть врага.

Он говорил без злобы, без угроз. Констатировал факты, не злился. Я могу назвать его психом, да. Но для него подобное может быть вполне себе в порядке вещей.

Я сделал шаг вперёд. Его стража мгновенно напряглась, копья направились в мою сторону.

[Ной]: В вашем предложении есть один изъян, Караш. Вы считаете силу единственным мерилом. Но есть вещь, которую ваши не фиксируют. Упрямство. Глупость. Нежелание быть «интегрированным». Даже если это иррационально.

В янтарных глазах Караша мелькнула искорка чего-то — не гнева, а скорее разочарования. Лёгкой грусти.

[Караш]: Иррациональность — признак низшего порядка. Жаль. Значит, ты выбрал путь полного уничтожения. Твоё сопротивление было интересным опытом для нас. Ты был интересным собеседником. Ты мог бы стать полезным инструментом. Теперь ты — просто препятствие, которое нужно устранить. Но, в знак уважения к твоей силе, я дам тебе честь умереть в поединке. Один на один. Как это делалось в древних, неэффективных, но эмоционально насыщенных ритуалах.

Он призвал системное оружие — изящный, изогнутый клинок, похожий на усиленный эспадрон. Лезвие было того же цвета, что и моё оружие. Значит, он как минимум бронзового ранга.

[Караш]: К бою, псау.

Вызов был брошен, хотя ставок, фактически, не было. Всё как всегда — жизнь или смерть.

Я вытащил Нож Зверолова. Короткое белое лезвие вспыхнуло в руках.

Мы сошлись в центре поля, усыпанного осколками.

Первый удар Караша был предупреждением — быстрым, точным, направленным не чтобы убить, а чтобы оценить реакцию. Я парировал ножом, и звон металла прозвучал, как удар колокола. Сила, стоящая за ударом, была чудовищной. Моя рука онемела до локтя. Он явно вложил в этот тычок шпагой системные очки.

Он не был похож на демонов, которых я резал до этого. Не было бешеной ярости, хаотичных атак. Каждое его движение было выверено, экономично, смертоносно. Он фехтовал, как мастер, изучавший это искусство десятилетиями. Его стиль был чуждым, угловатым, с неожиданными переходами и акцентами на колющие удары, но отточенным до автоматизма.

Я активировал Древнюю Форму. Золотистый свет залил всё в видимом спектре, обострив восприятие. Мир замедлился. Но Караш сумел удивить, преобразившись сам. Рога удлинились, кожа посерела… да ну…

Ну да. Привет, я.

Я лишь отмахнулся от Йона. Не было времени выяснять, что это значит и почему противник похож точь-в-точь на меня, за исключением рогов.

Мы кружили, обмениваясь ударами. Мой нож против его клинка. Его скорость возросла, удары стали ещё точнее. Искры летели при каждом столкновении. Я использовал всё: навыки, силу, ловкость. Накладывал Метку Бездны — она держалась на нём лишь секунду, прежде чем растворялась под действием какого-то его собственного навыка. Разрушение Пустоты он нивелировал щитом из сгущённой тени, появившимся на его свободной руке. Я так же отразил ментальную атаку Волей Трона и попробовал Приказ — тщетно.

Он учился. С каждым обменом он всё лучше читал мои паттерны, предугадывал атаки. Я бил в полную силу, но его защита казалась несокрушимой. Его уровень должен был быть намного выше моего.

Но я тоже учился. Видел мельчайшие подрагивания его мышц перед ударом, смещения веса. Чувствовал, как его концентрация на полсекунды рассеивается после особенно мощного парирования. Не знаю, где понабрался сил Караш, но он вряд ли убил несколько десятков тысяч демонов в ближнем бою за последний месяц…

Поединок длился уже тридцать секунд, но каждая из них была наполнена смертельной опасностью. Я получил два удара — один скользящий по рёбрам, оставивший глубокий порез в броне, второй — укол в бедро, который я едва успел отвести. Его доспех тоже был иссечён моим ножом в нескольких местах, но, кажется, не пропустил ни одного удара по-настоящему.

Я начал уставать, когда таймер боя превысил минуту. Держать Древнюю Форму так долго в режиме максимальной интенсивности было невыносимо. А Караш, казалось, не тратил сил вообще. Он дышал ровно, движения оставались такими же точными.

Он решил закончить. Его атака ускорилась, превратившись в град ударов, которые я едва успевал отражать. Явно применил какой-то усиливающий навык поверх своей Формы. Он заставлял меня отступать, метр за метром. Я понимал — это ловушка. Он подводит меня к позиции, где манёвренность будет ограничена, жмёт к деревьям.

И в тот момент, когда я отпрыгнул от очередного выпада, приземлившись на неустойчивую груду обломков, он сделал то, чего я не ожидал.

Его клинок вспыхнул тёмно-фиолетовым светом. Он не стал рубить. Он метнул клинок. Но не в меня. Мне под ноги. Оттуда взметнулись щупальца чистой тьмы, обхватывая мои ноги, сковывая движение.

Сковывающий навык. Я почувствовал, как тяжёлая, чуждая магия впивается в плоть, игнорируя часть моей защиты, захватывая всё тело.

Караш, тем временем, материализовал в руке второй клинок — похожий на свой эспадрон. И пошёл в решающую атаку. Древняя Форма с него спала, и он выглядел уставшим.

Я рванулся, пытаясь разорвать путы, тратя единицы силы. Они поддавались, но слишком медленно. Он был уже в двух шагах. Его клинок нацелился мне прямо в горло.

Время замедлилось окончательно. Мысль промелькнула со скоростью молнии: все навыки на перезарядке. Броня повреждена. Сковывание слишком сильное. Остаётся одно.

Я не стал вырываться. Я использовал силу путы