не демону, а мне. Низкий, хриплый рёв, вырвавшийся из самой глотки, полный всей накопленной за этот день ярости, боли и отчаяния.

Причиной ему послужило не только это убийство, а то, что я увидел, обернувшись: ещё пятеро моих бойцов лежали бездыханными или умирающими рядом с телами демонов. Последний, отчаянный бросок охраны унёс ещё пять жизней. Всё же уровни и навыки у оставшихся, чтобы нас задержать демонов, были высокими…

Мерзость. Глубокая, всепоглощающая мерзость ко всему этому. Война — это худшее, самое бессмысленное и уродливое, до чего додумалось так называемое «разумное» существо. И неважно, люди это, демоны или те самые Первые, Древние, или как их там звали — те, кто правит этой Системой. Это всё — одно большое уродство. Уродство, порождающее только больше уродства, боль и смерть.

Я отвернулся от трупов и подошёл к самому краю разлома. От него веяло холодом, не физическим, а каким-то метафизическим, высасывающим тепло из души. Энергия, исходившая от чёрной щели, была густой, тяжёлой и отталкивающей, видимой лишь как искажение пространства на краях зрения, особенно в Древней Форме.

Описание, всплывшее перед глазами, было знакомым — тот же «Теппе», тот же тип — «Межмировой. Нестабильный». Но таймер был другим. Шесть часов сорок две минуты до автоматического закрытия.

— Эвакуировать всех, кто остался на острове, на верхний уровень, к основным силам, — приказал я, принимая единственно верное в данной ситуации решение. — Затем — минирование. Сосредоточить вокруг портала, установить дистанционные взрыватели. Сделаем так, чтобы через него нельзя было пройти, не подорвав половину этого острова.

Пока бойцы организовывали отход, вынос раненых и сбор взрывчатки, я в одиночку остался у чёрной щели, изучая её, как хирург изучает неудачную операцию.

Пиррова победа.

Я уже собирался отойти, чтобы проверить, как идёт минирование, когда в новый командирский чат на расовом уровне пришло сообщение:

[Филька]: Они уже здесь. Замечены порталы. Много.

Сообщение было коротким, без подробностей, но от этого ещё более леденящим. Филька, мой вассал, человек с железной волей и холодным умом, который взял на себя управление миром терраксов после убийства их императора…

Если демоны прорвались туда, в Эш-Терракс, то ситуация была хуже, чем мы думали. Значит, это не единичный удар по Зоркинал и Эйвису. Это скоординированная атака по нескольким фронтам. И если они сметут краснокожих — а сомнений в этом не было, учитывая уровень терраксов, — то у нас на руках будет ещё один потерянный мир и прямая угроза одному из ключевых плацдармов человечества, соседнему Лавру. Рано или поздно волна докатится и до Земли.

И тут же, как будто дожидаясь этой мрачной ноты, пришло ещё одно сообщение. От Круглова. Оно вспыхнуло в командном чате кроваво-красным цветом, который Система присваивала критически важным или аварийным сообщениям. Надо бы закопаться в настройки интерфейса и отключить эту дурацкую функцию — каждый такой всплеск цвета заставлял морщиться, ожидая худшего.

[Круглов]: Ной. Срочно возвращайся. Порох и его команда только что выбили данные с захваченного в Эш-Терракс демона-офицера. У них не семь порталов, как мы думали после Зоркинал. У них их сотни. Раскиданы по нескольким десяткам миров Системы. Целая сеть. Это не набег или карательная экспедиция. Это полномасштабное, планомерное наступление на целый сектор. Предполагаемое время выхода ОСНОВНЫХ сил в наш сектор — от двух недель до месяца. Повторяю: ОТ ДВУХ НЕДЕЛЬ ДО МЕСЯЦА!

Текст повис в воздухе перед моим взором, холодный, чёткий и неумолимый, как приговор. Месяц. Максимум. А возможно, и меньше. Две недели — это четырнадцать дней. Триста тридцать шесть часов.

Пустота и усталость, копившиеся во мне все эти часы, дни, недели, не растаяли, а, наоборот, кристаллизовались. Превратились во что-то твёрдое, холодное, невероятно тяжёлое и при этом… невероятно чёткое. Это не было страхом. Не было отчаянием. Это было Принятие. Полное, безоговорочное, почти что облегчающее.

Война, которую мы так старались предотвратить, которую хотели оттянуть любой ценой, чтобы подготовиться, накопить силы, выстроить оборону, — она уже идёт полным ходом. И мы, по всем объективным параметрам, проигрываем. Это был не пессимизм, а констатация факта, с которым теперь предстояло жить и действовать.

Я — самый высокий уровень среди людей. Самый сильный — если судить по цифрам характеристик и по тому, что я только что вытворил на этом острове. И я не имею права просто стоять и смотреть, как всё рушится. Я должен что-то изменить. Должен стать тем самым «оружием», тем самым «клином», который пробьёт брешь в этой надвигающейся туче. Но для этого… для этого нужна сила. Сила, превосходящая всё, что у меня есть сейчас. Сила, которая пугает даже меня. Сила, ради обретения которой, возможно, придётся заплатить последним, что во мне осталось от простого человека по имени Лёха, от мужа Киры, от того, кто любит горячий борщ и тихие вечера дома.

Я разжал пальцы, которые сам не заметил, как вцепились в выступ скалы рядом с порталом. На ладонях остались глубокие белые вмятины от камня, которые медленно начали заполняться кровью.

— Хорошо, — тихо, но очень чётко сказал я пустоте портала, облакам Эйвиса и самому небу. — Раз так — пошли вы все.

Я развернулся и пошёл назад, к своим бойцам, твёрдым, размеренным шагом, каким ходят на эшафот или, наоборот, сходят с него, приняв решение.

Йон требовал, почти приказывал: «Закрой серебряный разлом. Дождись в нём конца таймера. Это твой следующий шаг». Я всё откладывал, боялся. Боялся ловушки, боялся потерять время на что-то, что могло оказаться пустой тратой сил, боялся того, что могу увидеть или стать по ту сторону. Боялся, что не вернусь к Кире.

Теперь страх отступил. Его место заняла холодная необходимость. Времени не было. Роскоши выбирать «позже» или «когда будет готов» — не осталось.

Мне нужно стать сильнее. Сильнее, чем я есть сейчас. Перейти на новый Порядок.

Глава 18

Вернувшись с измотанным отрядом в Борисоглебск, я даже не стал заходить в дом. С Кирой я и так мог списаться в любое время через чат, и слава Богу, что она не была одной из тех девушек, которым постоянно нужно знать, где находится их суженый. Хотя… времена нынче иные, да и на карте меня всё равно видно по группе, когда я на Земле…

Три часа я провёл в командном центре. Отчёты, сводки потерь, переброска резервов, экстренное совещание с командирским составом. Цифры сливались в серую, безликую массу.

Семнадцать процентов личного состава Легиона выведено из