Обратный путь прошел в тишине. Я вел «Имперор» по освещенным московским улицам, глядя на отражения фонарей на мокром асфальте. На заднем сиденье было тихо. Алиса, утомленная поездкой и катком, задремала, привалившись к плечу Лидии. Морозова смотрела в окно на проплывающие мимо огни столицы.

— Как на работе все без меня проходило? — тихо спросил я у Лидии.

— В порядке, — отозвалась та так, чтобы не разбудить подругу. — Докучаев всю основную работу повесил на парней, а нам выдавали в основном бумажную работу.

Я покивал.

— Хорошо. Больше приключений не было?

— Ты о чем? — спросила Лидия.

— Ну, не знаю. Призраки, внезапные порывы залезть в чужой дом…

Лидия хмыкнула.

— Нет. Ничего такого.

— Ты знаешь, что тебе нужно пройти регистрацию и получить лицензию мага?

Лидия вздохнула.

— Знаю. Но у меня голова кругом только от одной мысли, что мне нужно всем этим заниматься.

— Там нет ничего страшного. Я прошел буквально за день, — рука сама потянулась во внутренний карман, где лежала карточка с лицензией. Я извлек ее оттуда и протянул, не отрывая взгляда от дороги, девушке. — Вот, смотри.

Лидия приняла карточку свободной рукой и оглядела.

— Ранг «А»? — удивилась она. — Недурно.

— Мгм, — отозвался я. — Если хочешь, то, пока мы здесь, я могу тебя свозить в Министерство Магии.

— Я… — она запнулась. — Даже не знаю… Мы можем?

— Можем, конечно, — я посмотрел на нее в зеркало заднего вида, улыбнувшись. — Никаких проблем.

Лидия закусила губу, размышляя. Видеть ее мечущейся и неуверенной было непривычно. Особенно, когда она начинала взвешивать все на внутренних весах.

— Если будет свободное время, то, думаю, стоит это сделать.

— Можем прямо завтра, если Шая не позвонит, — сказал я.

— Хорошо, — она кивнула. — Договорились.

Когда тяжелые кованые ворота особняка бесшумно разъехались в стороны, пропуская «Имперор» на подъездную аллею, Алиса встрепенулась и сонно потерла глаза. Я плавно остановил машину у главного входа.

Внутри дом встретил нас тишиной и приглушенным светом дежурных ламп. Отец и Григорий Палыч, судя по всему, уже спали. Мы старались не шуметь. Поднявшись на второй этаж, мы остановились в коридоре, где наши пути расходились.

— Спокойной ночи, Виктор, — тихо сказала Лидия, сдерживая зевок. — Спасибо за вечер.

— Спокойной ночи. Завтра будет день посвободнее, выспитесь как следует, — ответил я.

Алиса лишь сонно кивнула, пробормотала что-то неразборчивое в качестве прощания и поплелась вслед за подругой в сторону гостевого крыла. Я проводил их взглядом, пока двери их комнат не закрылись, и только после этого направился в свою спальню.

Закрыв за собой дверь, я ощутил, как на плечи мгновенно навалилась усталость. День выдался долгим. Постоянный контроль ситуации, разговоры с отцом, необходимость держать лицо и следить за безопасностью девушек в чужом для них городе — все это выматывало не меньше, чем хорошая физическая тренировка.

Я стянул через голову свитер, бросил его на кресло, следом отправились джинсы. Оставшись в одном белье, я прошел в ванную, умылся ледяной водой, чтобы немного освежить голову, и, вернувшись в спальню, с облегчением рухнул на широкую кровать. Я уставился в темный потолок, планируя просто закрыть глаза и провалиться в сон.

Телефон, оставленный на прикроватной тумбочке, коротко завибрировал.

Я протянул руку, снял аппарат с зарядки и прищурился от яркого света экрана. На панели висело одно push-уведомление от защищенного мессенджера, который мы использовали для безопасной связи.

Отправитель: Шая.

«Свободен?»

Я быстро набрал ответ:

«Да».

Едва я нажал кнопку отправки, как под моим сообщением тут же появились две синие галочки, подтверждающие прочтение. Спустя буквально секунду экран сменился интерфейсом входящего аудиозвонка. Я провел пальцем по экрану и приложил телефон к уху.

— Привет, — негромко произнес я.

— Привет, — голос эльфийки звучал устало, но в нем чувствовалась концентрация. — В общем, кажется, я все перевела.

Я нахмурился, уловив неуверенность в ее формулировке. Для агента Особого Отдела МВД, привыкшего оперировать точными фактами, это звучало нехарактерно.

— Кажется? — с легким удивлением переспросил я. Усевшись на кровати, я прислонился спиной к прохладному изголовью. — Слушай, я ни в коем случае не хочу подвергать твою компетентность сомнениям, но в делах, которые касаются разрыва магических связей и душ, слово «кажется» меня немного напрягает.

— Громов, — серьезно, без тени привычной иронии ответила Шая. На заднем фоне я услышал шелест плотных бумажных страниц — видимо, она листала свои заметки. — Я сказала так, потому что это исконно эльфийская речь. Древняя эльфийская речь. Это не просто другой язык, это другой способ мышления. Это как читать иероглифы древних времен, понимаешь? Я их хорошо понимаю, это заложено в нашей генетике, в самом нашем сознании. Но иногда можно понимать, что именно значит конкретный символ, но не осознавать до конца всю глубину заложенного в него концепта. Это тяжело передать словами. Я даже не смогу произнести некоторые термины вслух на человеческом языке, потому что в нем просто нет подходящих аналогов.

Я потер переносицу.

— То есть, инструкция есть, но она написана языком метафор и многомерных понятий?

— Грубо говоря, да, — выдохнула она в трубку. — Но я разобрала структуру. Я понимаю механику процесса. В общем, сам ритуал я провести могу, но… есть некоторые нюансы.

Я криво усмехнулся в темноту комнаты.

Куда же без них. Нюансы. Вся моя жизнь с тех пор, как я очнулся в теле Виктора Громова посреди мелового круга, состояла из сплошных смертельно опасных нюансов. Магия не бывает простой и бесплатной. Я это усвоил слишком хорошо.

— Какие? — сухо спросил я, готовясь к худшему.

Шая замолчала. Молчание затягивалось. Я слышал только ее ровное дыхание в динамике.

— Скажи мне прямо, Виктор, — наконец произнесла она, тщательно подбирая слова. — За последнее время… ты не замечал за собой что-нибудь странное?

— Я вижу души мертвых людей и могу убивать касанием мысли. Вся моя жизнь сейчас — сплошная странность, — попытался отшутиться я, но голос Шаи оставался пугающе серьезным.

— Я не об этом. Я имею в виду… внутри себя или рядом с собой. Какие-нибудь живые тени? Искажения пространства? Что-то, что существует само по себе, но связано с тобой?

Я задумался, машинально прокручивая в памяти последние недели.

— Нет, — твердо ответил я. — Никаких шевелящихся сгустков тьмы вокруг меня не было. Никаких полтергейстов, голосов в голове или отделяющихся теней. Я полностью контролирую свое состояние.

Но тут я осекся. В памяти яркой вспышкой всплыла сырая, пропитанная запахом крови подворотня в Феодосии. Ночь, когда я решил стать приманкой для серийного убийцы, высасывающего души людей. Я вспомнил массивного мужчину, у которого вместо души сияла черная, засасывающая пустота.

— Однако… — медленно протянул я, чувствуя, как