и, в принципе, не должна мёрзнуть, так как сама могу продуцировать тепло, но это надо помнить об этом, а я и заклинания творю, напрягаясь, пять раз успею замёрзнуть, пока согреюсь, так что лучше не рисковать. Да и что такого сложного в том, чтобы набросить на голову капюшон или шапку надеть? Энергию я могу использовать с большей пользой.

С этими мыслями дошла до ворот, где никого не смогла рассмотреть, сколько ни вглядывалась в окружающую темноту.

— М-м-м, что-то следователя не видно, — высказала я свои мысли, — вы его всё же напугали? — Я повернула голову в сторону призрака.

— Не пугал я его. Слабонервный, что ли, попался? — Лорд тоже осматривал окрестности, будто в надежде, что искомый специалист покажется из-за какого-нибудь близлежащего дерева.

— Зря пришли, получается. — Я выдохнула в морозный воздух облачко пара.

— Нет, не зря! Мне же нужно вас опросить, — раздался неожиданно низкий мужской голос, что совершенно не вязался с хрупкой наружностью следователя, который выходил из портала. — Я подозреваемых в камеру переправил, чтобы не замёрзли до смерти или не сбежали, что будет одинаково печально.

Я с любопытством рассматривала молодого мужчину очень высокого роста, худого, можно даже сказать, тощего, лопоухого и вдобавок рыжего, как морковка с веснушками на носу.

Его довольно потёртый пиджак и брюки говорили о довольно скромном достатке, но вот взгляд карих глаз был цепким. Думаю, не сто́ит обманываться его несколько нелепой внешностью, мозги у парня есть.

Он тоже с интересом рассмотрел меня и призрака.

— Впустите или через ворота будем разговаривать? — осведомился тот своим пробирающим до мурашек голосом.

Вот где в этом худом теле рождался такой бас?

— Да, конечно, заходите! — Я опомнилась. — Идёмте в дом, там теплее, да и чаю можно попить.

— От чая не откажусь, — с энтузиазмом объявил он. — Погодка нынче — птицы в небе мёрзнут!

Мы очень торопливыми шагами направились к дому, снег скрипел просто оглушительно под подошвами сапог, так что я несколько раз оглядывалась, чтобы посмотреть, не отстал ли гость.

Призрак молчаливой тенью следовал за нами. От него, конечно, не исходило ни звука, только неодобрение, что чувствовалось и на расстоянии.

Наконец мы вошли в тёплое нутро дома, и я закрыла дверь на засов, даже вздохнула с облегчением, что опять нахожусь в помещении, где при дыхании не замерзают волосинки в носу.

— Разделись? — обратилась я к следователю. — Тогда пройдёмте на кухню. Если вы не против, мы там побеседуем, а заодно и угостимся чаем.

— Спасибо, совсем не возражаю, — улыбнулся следователь. — Меня зовут Тайрон Лавствуд. Не успел представиться у ворот, уж больно занят был, да и морозец нынче знатный.

— Вы правы. — Я посадила мужчину на табурет у стола, а сама принялась ставить чайник. — Холод собачий. Воры, видимо, думали обернуться очень быстро, раз выбрали такое время, чтобы пойти на дело.

— Должен отметить, что чудесно держитесь в столь непростой ситуации. — Господин Лавствуд прямо посмотрел на меня. — Когда меня к вам направили, уже был морально готов к слезам, истерике и крикам. Даже успокаивающим настоем запасся. — С этими словами он выставил на стол пару пузырёчков, демонстрируя степень своей подготовки.

— А толку-то слёзы лить? — пожала я плечами. — Ведь не случилось ничего. Лорд Кайрат остановил преступников на подходе, так сказать.

— Ах да. — Следователь осторожно покосился на призрака, что тихо стоял в углу, отсвечивая неодобрительно зелёным светом, прямо-таки неоновым оттенком. — Вы, возможно, спасли девушку от незавидной участи.

Но герцог не соизволил даже посмотреть на гостя, не то что ответить ему, поэтому мужчине ничего не оставалось, как повернуться обратно ко мне.

— Удивительно, как вы смогли найти с призраком общий язык. Ведь столько лет никто и войти сюда не мог. Даже я знаю эту историю, хоть и живу всю жизнь в столице.

— Нам не повезло быть вдвоём изгоями, — вздохнула я, — вот и находим точки соприкосновения.

— Простите, я о вас не успел ничего узнать, так как меня отправили просто с рекордной скоростью. Будет ли возможным узнать, почему вы считаете себя изгоем?

— Ибо я проклята с момента нахождения в утробе матери и никогда не общалась с людьми, не вращалась в обществе, и всё в таком духе, а как только стало возможным, мать меня выселила сюда, чтобы я не мешала жить остальным членам семьи.

— О! Однако тогда я и о вас слышал. Леди Таисия, я полагаю?

— Да, это я, печально известная несовершенством собственного бытия, — улыбнулась я мужчине.

— Но разве возле вас можно долго находиться, чтобы не стало плохо? А то я вроде уже достаточно долго нахожусь в вашем обществе и пока ничего особенного не ощущаю. — Следователь даже приложил ладонь к груди, будто проверяя наличие сердцебиения.

— Так всё и было, но недавно мне удалось снять проклятие просто по чистой случайности, и, возможно, это тоже имеет отношение к сегодняшнему делу. — Я поставила перед мужчиной чашку с ароматным чаем и тарелку с печеньем.

— Даже так? Расскажите поподробнее, чтобы и я мог судить об этом деле в полной мере.

— Всё началось с того, что мне нужны были деньги, чтобы содержать себя и дом, — начала я своё повествование.

— Простите, но сразу уточню. А мать вам денег не выдала? — Гость несколько удивился.

— Нет, только доставку продуктов, но и то в очень ограниченных количествах, как и дров. Спасло меня то, что наконец открылся мой магический дар.

— Но ведь одарённые обучаются в магической академии!

— Я бы тоже не отказалась, но меня с проклятием никто бы не взял, а сейчас я ещё думаю, как поступить, ведь я старше большинства студентов, — вздохнула я грустно. — Возможно, для меня лучше нанять преподавателя на дому, но и для этого нужны деньги.

Про уроки с герцогом я сознательно умолчала, так как вообще не уверена, как юридически рассматривать такую помощь. Да и хочет ли он, чтобы все знали о его педагогических талантах.

— Возможно, так тоже можно учиться. Высшая аристократия иной раз не посылает своих отпрысков на обучение в общие аудитории, но вы правы: денег это стоит немалых. Продолжайте.

Вот так я и изложила своё решение использовать сырую энергию для заполнения кристаллов, рассказала о подозрительном торговце из городка и о первом нападении. Пришлось позвать Вирту, чтобы и она дала свои показания. Девочка жутко стеснялась, иногда еле шептала от волнения, но всё же изложила всё, что помнила про нападение.

— И вот опять какие-то бандиты у моих ворот, что замыслили не только меня обокрасть, но и похитить. Это уже услышал герцог Форствудс. Так что надо