ты нежишься на песчаном берегу у теплого озера. Все твои проблемы остались позади. Дальше – только беззаботное счастье и радость.

Я уцепилась за его слова, как провалившийся в глубокую яму за сброшенную веревку. В голове тут же появился образ того, как я валяюсь вместе с панголионом на песке и ласкаю его нежное брюшко, а он доверчиво подставляется под мои руки и даже не думает отстраняться. Слезы потекли по щекам, и я всеми силами вцепилась в эту картину, представляя все до мельчайших деталей, и даже почувствовала аромат водяных лилий у воображаемого берега.

Пламя недовольно заворчало и начало утихать. Девонир все еще слюнявил мои губы, но я уже вернула себе контроль над безумной силой и заставила поутихнуть клокочущую внутри ярость.

«Остальное предоставь нам, – сказала Яра в моей голове. – Как только окажешься на свободе – беги к беседке. Нареченные ушли в ту сторону».

Я окончательно успокоилась и затаила дыхание в ожидании действий духов.

На мгновение меня ослепила вспышка света, а потом я увидела, как колдун отлетел назад. Он ударился головой о ствол дерева, сполз на землю и больше не шевелился. Я бросилась бежать вдоль берега и вскоре уже догнала остальных. Но ответить на вопросы Кайли о том, где я запропастилась, была не в состоянии. Кажется, я еще долго не смогу говорить так, чтобы голос не дрожал.

Глава 27

В корпус нареченных мы вернулись только ближе к вечеру. Все то время, что наша компания провела на поляне в Запретном лесу, я не отходила от принца Рикмана ни на шаг. Я боялась снова очутиться наедине с Девониром и перейти черту, а в толпе девушек мне ничего не угрожало. Его высочество уделял всем внимание и старался, чтобы никто не скучал. Он позволил обращаться к себе по имени и перешел с нареченными на неформальное общение. Но у меня плохо получалось участвовать в беседе, я все еще чувствовала на себе руки колдуна и с трудом держалась. Девонир появился на поляне только перед самым отлетом и выглядел так, будто ничего не произошло, зато его черные глаза, обращенные в мою сторону, ясно говорили, что его терпение лопнуло.

На обратной дороге Рикман позволил Кайли управлять упряжкой вингов, и она с диким восторгом осваивала это новое умение. Мне показалось, что она сильно смутилась, когда принц держал свои ладони поверх ее и показывал, что нужно делать. Впервые с нашего знакомства австралийка напоминала обычную миловидную девушку, а не парня-сорвиголову в женском обличье.

– Катрин, как ты? – с тревогой спросил Рикман, помогая мне выбраться из колесницы у крыльца корпуса нареченных. – Ты весь пикник грустила. Ты чем-то расстроена? Тебе не понравилось мероприятие?

Мне стало стыдно, что я поглощена своими проблемами в то время как должна познакомиться с принцем поближе и хоть постараться понять, чем он живет и интересуется. Вдруг у нас много общего, и мы сможем проникнуться друг к другу симпатией?

– Пикник прошел чудесно, – слукавила я, не желая его разочаровывать.

Почему-то мне хотелось увидеть радость в его подернутых печалью синих глазах.

Принцесса Карейн преподнесла девушкам небольшие подарки перед расставанием. Претендентки показывали друг другу браслеты из цветов, растущих на берегу лесного озера. Рядом с ее высочеством стоял Девонир и время от времени косился на нас с принцем.

– Но тебя явно что-то беспокоит, – настаивал Рикман. – Ты можешь мне все рассказать. Если тебя кто-то обидел, я непременно во всем разберусь.

Ольга смотрела на принцессу и на сорванные цветы с выражением священного ужаса, и как только Карейн отвлеклась, убежала в вестибюль. Кайли встретилась со мной взглядом, но почему-то тут же отвернулась и тоже ушла в корпус, даже не забрав подарок.

Я уже готова была поделиться одолевавшими меня сомнениями, но тут лиида Ферда позвала нареченных в корпус, и мне пришлось со вздохом сказать:

– Большое спасибо за заботу. Не думаю, что моя проблема такая уж важная.

Рикман хотел ответить, но я поспешила к крыльцу. Не стоит злить статс-даму и дразнить остальных девушек перешептываниями с его высочеством.

Принцесса успела вернуться в колесницу, а Девонир все еще стоял на подъездной дорожке. Я прошла мимо, высоко вздернув подбородок. Между лопатками снова возникло ощущение прожигающего взгляда. Колдун явно пребывал в бешенстве. Ну и пусть. Меня уже тошнит от его притязаний.

За ужином претендентки делились впечатлениями о пикнике и не умолкали ни на минуту. Только я, Ольга и Кайли не участвовали в разговоре. Австралийка выглядела подавленной, хотя я не могла понять причину ее состояния, ведь всего полчаса назад она вся светилась рядом с принцем, управляя вингами. Ольга же мечтательно улыбалась и, видимо, пребывала мыслями далеко от столовой.

В покоях Нора помогла мне привести себя в порядок и подготовиться ко сну. Она указала на чайный столик в гостиной, где лежала небольшая коробочка, и сказала, что лакей принес подарок от принцессы Карейн. Я вспомнила, с каким лицом Девонир косился на меня с Рикманом, и решила, что безопаснее будет вообще не прикасаться к подарку. Вдруг колдун успел наложить на него какие-нибудь чары? Это вполне в его духе. Нора пообещала, что избавится от коробки, если уж я так настаиваю.

Пока горничная находилась поблизости, ни духи, ни Трикс не показывались, но стоило Норе уйти, как они втроем зашли ко мне в спальню.

– Ты как? – с беспокойством уточнила пума. – Выглядишь не очень.

– Чувствую себя еще хуже, – призналась я и рухнула на постель. – Как вы догадались, что мне нужна помощь?

Баг перелетел с подоконника на изголовье кровати и сказал:

– Трикс обратил внимание на то, каким взглядом пожирал тебя Девонир перед отъездом на пикник, жжж. Он настоял, чтобы мы проследили за тобой.

– Спасибо! – выдохнула я, с бесконечной признательностью глядя на ящера. – Ты меня спас. Твои слова помогли обуздать огонь. Иначе я… я убила бы колдуна.

Признание далось мне с трудом, и Трикс это понял. Он запрыгнул на постель и уселся рядом со мной.

– Не стоит благодарности. Мы все волновались за тебя.

– Чтобы я без вас делала, – пробормотала я, чувствуя, что вот-вот засну