после ужина кухню, впервые серьёзно задумалась, что если отбросить допущение о поехавшей у Тарасова крыше, то остается одна голая и очень неприятная правда: ему от меня что-то нужно.

Вопрос — что?

Ведь очевидно, что не «вернуть семейное счастье».

Выглядит бывший муж по-прежнему неплохо, одевается дорого, на машине ездит хорошей, на бомжа не смахивает. А, значит, деньги есть даже после того, что, по словам следователя, он откупился от правосудия.

Раз деньги есть, и он не нуждается, то таскается за старой женой Тарасов с какой-то целью.

Увы, при следующей встрече придётся поговорить с ним на эту тему, хоть и не хочется.

Перед сном, стоя под горячими струями воды, подумала, что есть же фантастическая версия: Тарасов полагает, будто я обладаю чем-то, очень ему нужным.

Чем?

Что такого эдакого у меня есть?

Выбравшись из душа, осознала: единственное доступное сейчас решение беспокоящего меня вопроса — перетрясти все вещи, которые я сохранила из прошлого.

Очевидно, что интересуют его не украшения и документы из сейфа, потому что они всем известны и не представляют особой ценности. Вазы и старые альбомы с фотографиями — тоже исключительно хранилище памяти.

А потом Танечка вспомнила все детективы, которые прочитала в юности и решила поиграть немножко в Шерлока Холмса и пани Иоанну. Поэтому Танечка взяла нож и, выудив из наволочки и расшитого чехла, бабушкину думочку, принялась внимательно её осматривать.

Итак, мозги Татьяны Ивановны по-прежнему функционируют на достойном уровне, потому что один из углов был зашит криво и явно недавно, да еще и более светлыми нитками.

Вздохнула, пошла на кухню, где, распоров новый шов, начала осторожно вытрясать на стол содержимое подушки.

Нет, золото, бриллианты и доллары с евро оттуда не повалились. Только маленькая чёрная пластинка.

Обыкновенная флешка.

Ай да Татьяна Ивановна.

Гений сыска!

Теперь в живых бы остаться.

Глава 40

Дедукция, бабукция и цыганочка с выходом

'Я в поездах, отставших от расписанья,

Я в городах, которых нету на карте.

Я умер, так и не пришедши в сознанье,

Хотел быть первым, но споткнулся на старте…'

В. Кристовский «Кажется»

Вздохнув, прикрыв глаза и подождав, пока сердце перестанет так колотиться во всей Танечке разом, взяла в коробке на балконе старый ноутбук без доступа к интернету и осторожно открыла находку.

Если что, потом и этого старичка можно разобрать на запчасти и отправить в утиль.

Ну что же, несколько папок, находившихся на флешке, с документами и фото, в принципе, могли бы помочь следствию, но…

Но-но-но.

Внимательно, хоть и быстро, ознакомившись с содержимым, хмыкнула:

— Да, за такое можно получить до десяти. Как миллионов, так и лет. Ну и «девять граммов в сердце» никто не отменял. Равновероятно, да.

На флешке были данные важных тендеров, финансовая отчётность некоторых крупных корпораций и еще всякого по мелочи. А судя по итоговым цифрам в балансах, это были не официальные данные, а самые что ни на есть реальные.

В целом любопытно, но…

Очень опасно.

Вроде следователь — приличный человек, и снова но!

Никому нельзя доверять.

Кто поверит, что я, получив эту флешку, не скопировала и не продала ценную информацию?

Или не придержала у себя?

Или отдала целиком и полностью в качестве жеста доброй воли?

Никто. Никто не поверит.

И начнутся у меня проблемы со всех сторон: следствие станет думать, что я утаиваю информацию, а фигуранты будут уверены: я слишком опасный свидетель. Не говоря уже про Тарасова, который заявит, что всегда знал: я бесконечно ценна и просто обязана жить в его банковском сейфе.

И так плохо, и эдак нехорошо.

Поэтому я осторожно и аккуратно прилепила флешку на двусторонний скотч внутрь крышки флакона любимых духов, а над подушкой всплакнула, да.

Все же память.

Но память о бабушке — это очень хорошо, а здоровая и живая Татьяна Ивановна — ещё лучше.

Так что спустя час от думочки остались рожки да ножки, а конкретно, только вышитый бабушкой узор. Всё остальное было мелко порезано и аккуратно спрятано в рабочую сумочку.

Выбросить компромат я планировала в офисе.

У нас свой мусоросжигатель, и при всём желании по отходам Тарасов никогда не узнает, была ли у меня думочка. Потому что Климовы пребывают в полной уверенности: с дачи мы увезли только те вещи, которые они пожелали забрать на память. А я — бессребреница, не взяла ничего.

Припрятав вышивку в мешок с выкройками и ценными лоскутами, с прицелом смастерить из нее в будущем кошелек, повалилась спать.

На работе же с самого утра меня ожидала вторая часть Мерлезонского балета, а именно: общение с договорным отделом «Главстроя».

После утренней планерки с руководством нашего Управления, в кабинете меня встретил раскалившийся от непринятых вызовов телефон. На другом конце коммуникационного моста обнаружилась умудрённая опытом и летами начальница Отдела сопровождения договоров нашего Генподрядчика.

— Татьяна Ивановна, девочки мои пока «молодо-зелено». В одно ухо влетело, в другое вылетело. Внятно сформулировать замечания не смогли, просто сокрушались, что вы не приняли к рассмотрению «выполнение».

А-ха-ха.

Но мы же культурные люди, да? Пока еще.

— Дарья Григорьевна, при всём уважении, мы же с вами не вчера в отрасль пришли? И понимаем, что, даже принимая во внимание максимальную толерантность и бесконечную любовь, которую наш отдел испытывает к «Главстрою», как Генподрядчику, мы ну никак не можем предъявить бухгалтерии Общества комплект бумаг, в котором нет принципиально важных документов.

Тамошняя мудрая Тортилла поперхнулась возражениями на вдохе.

А я продолжала нудеть:

— Акты по форме КС-2 и КС-3 — унифицированные формы «Росстата», и оформляются именно так, как указано в нашем с вами договоре, а также образцах, переданных вам вчера.

— Татьяна Ивановна, вы же понимаете: конец отчётного периода, нужно срочно. С меня руководство требует денег, — ой, таки меня можно так не уговаривать.

Все понимаю, но ничем помочь не могу.

— Дарья Григорьевна, и вы поймите: я не могу пойти и потребовать у своего руководства, чтобы оно заплатило вашему. Потому что оснований для этого у меня нет. Но, будьте уверены, как только вы предоставите нам полный комплект правильно оформленной документации, мы его рассмотрим в максимально сжатые сроки и будем ходатайствовать на всех этапах согласования о скорейшем его подписании и запуске в оплату.

Со старой ведьмой мы, конечно, распрощались, широко улыбаясь друг другу ментально, но я не сильно надеялась, что документы будут оформлены правильно и быстро.

Ну что же, в этот день «Главстрой» меня порядком удивил. И не раз.

Ирина