Правитель с доставкой на дом - Виктория Виноградова

Виктория Виноградова

Правитель с доставкой на дом

Глава 1

Никогда! Слышите? Никогда не берите в руки незнакомый предмет. Даже если нашли его в квартире вашей бабушки. Особенно, если это круглая железная блямба с незнакомыми закорючками и подвижными кольцами, которые можно крутить. По крайней мере, если не хотите, чтобы у вас посреди комнаты появился злобный мужик и начал орать на незнакомом языке.

И ведь собиралась уже спать идти. С утра на работе важная презентация, думала: лягу пораньше, высплюсь. Ага! Выспалась! Да так, что меня теперь надо валерианкой отпаивать. Или вином. А лучше и тем и другим, не смешивая.

В общем, спать я уже шла. Заглянула в гостиную убрать ноут, и в очередной раз ударилась о нераспакованные коробки с вещами. Уже третий месяц стоят, глаза мозолят. Я как в квартиру бабушкину переехала — все никак не найду времени их разобрать. Да и, если честно, как-то рука не поднимается трогать ее вещи. Бабушки уже в живых нет, но все равно я себя чувствую так, словно ненадолго приехала в гости, и хозяйка вот-вот вернется. При том, что по документам квартира теперь полностью моя.

Вот и хожу, о коробки свои запинаюсь, не решаясь обосноваться полностью. Еще и ударилась так больно, прям мизинчиком. Вместо того, чтобы убрать ноут и пойти спать, я решила разобрать хотя бы парочку коробок. Особенно ту, что так коварно напала на мой палец. В ней все мои книги. Думала: сейчас быстренько разберу бабушкин шкаф, поставлю свою коллекцию и баиньки. Разобрала на свою голову!

Начала вытаскивать бабулины книги с полок, а из одной блямба металлическая выпала. Знала бы я, что из-за нее случится — выкинула бы куда подальше. Но тогда я еще не понимала последствий. Взяла в руки, начала разглядывать. Решила, что это какой-то сувенир из Африки или Южной Америки. У меня бабуля та еще путешественница была. Смотрю — у блямбы кольца подвижные, крутятся. Думаю: «Надо же, какая вещица интересная. Может это какая-нибудь шкатулочка с секретиком?» Начала крутить ее. Даже успела помечтать, как открою, а внутри колечко красивое лежит. Или цепочка.

Цепочка. Как же!

Кручу. Вдруг раздается щелчок. Блямба начинает искрить током. Я перепугалась. Откидываю ее в сторону. Она падает на пол. В этом месте начинает валить густой черный дым. Нос щиплет, глаза слезятся.

Первая мысль: пожар!

Вторая: что за на хрен?!!

Потому что из дыма выходит мужик! Прям живой, настоящий мужик. В очень странной одежде. Как будто он темный властелин из фэнтези-фильмов. Смотрит на меня, на квартиру и принимается орать на непонятном языке. Да так страшно, что я сама кричу.

На ум сразу приходят фильмы про вызов дьявола. Вдруг я какую-то пентаграмму активировала и ко мне явились с самого ада?

Я на кухню. Дьявол за мной. Кричит на меня. Что кричит — фиг его разберет. Руками машет, пасы делает. У самого пальцы все в перстнях, одежда черная, кожаная, на запястьях наручи, плащ с меховым воротником. Сам красивый, высокий. Волосы темные, брови густые, глаза злющие. Ну точно дьявол. Их всегда такими вот красавцами-искусителями изображают.

Хватаю сковородку и с криками: «Сгинь, нечистая сила!» — замахиваюсь. Мужик снова пасы рукой делает. Порчу, что ли, наводит? Со стороны выглядит один в один, как в «Битве экстрасенсов». Вот только, судя по его недовольному лицу, с проклятием что-то не ладится. Взгляд мужика становится озадаченным, он с удивлением смотрит на свои пальцы, на меня, снова что-то там шурудит ручонками в воздухе, опять на меня поглядывает. Я все это время стою со сковородкой наперевес, готовая пустить ее в ход, если незнакомец приблизится.

Демонюга что-то у меня спрашивает. Грозно так, недовольно.

— Ударю! — предупреждаю, поднимая сковороду для замаха. — Ты только попробуй подойти! Так приложу, что мать родная не узнает!

Но, судя по всему, у демонюги склонности к мазохизму. Или же не ладятся отношения с матерью, и моя мысль сделать его неузнаваемым для родительницы вызывает в нем интерес. Потому как эта зараза делает в мою сторону шаг, другой, и смотрит так пристально, с такой уверенностью, что я невольно отступаю. Пячусь назад, еще и еще, пока не упираюсь копчиком в кухонный подоконник.

Мужчина продолжает напирать. Подходит ко мне вплотную. Опускает руки на окно по обеим сторонам от меня. Понимаю, что зажата. Сковорода все еще у меня в руках, но теперь при всем желании даже замахнуться нормально не смогу.

— Не трогай! — стараюсь придать себе угрожающий вид, хотя сердце так и колотится от страха.

Его лицо в опасной близости. Я чувствую, как его дыхание касается моей кожи. Накаченная грудь прижимается к моей. Кожаные штаны трутся о мои голые бедра. Домашние шортики задрались вверх. Он ставит ногу между моих, прижимаясь еще плотнее. Вновь что-то спрашивает, но уже не кричит. Интонации как будто бы игривые. Смотрит на меня так, словно я ему принадлежу. Наклоняется к уху, что-то мурчит. Задевает щетиной мой подбородок. От демона пахнет сандалом, дорогой кожей и терпкими пряностями.

Пытаюсь вывернуться, но он прижимает еще крепче. Так, будто он уверен, что у него есть на это право.

Честно говоря, ситуация какая-то неоднозначная. Вроде нечисть поганая, в квартиру мою ворвался, рычит че-то там на своем тарабарском. Но как он обнимает, а! Меня так ни один парень не зажимал, как этот демонюга. А ему будто мало. Подхватывает меня за талию и усаживает на подоконник. Сам прям между ног моих встает и плотно так к низу живота прижимается. Трется. У меня аж дыхание схватывает. Паршивец явно знает, как завести девушку по щелчку пальцев. Его и оттолкнуть хочется, и попросить не останавливаться. У меня парня нормального уже второй год не было, а тут этот красавец такие вещи вытворяет.

Глава 2

Демон падает на пол. Шипит, хватается за голову. Успеваю перепрыгнуть через него и с воплями сбежать в гостиную. Хватаю со стола телефон. С телефоном мчусь к двери. Подпираю ее плечом, а сама пытаюсь дозвониться до полиции.

Демон орет и дергает ручку. Толкает дверь. Силища у него такая, что я едва не падаю. Держусь как могу. В трубке гудок. Еще один. Время позднее, но в полиции должен сидеть дежурный. Почему так долго не отвечают? Третий гудок. На том конце снимают