Я оглянулся на таверну. Интересно, слышала ли это Мария? В дверном проёме мелькнула тень. Похоже, всё она прекрасно слышала.

Из глубины таверны раздался горький и очень недовольный хмык.

Интерлюдия 1

Варвара помешала ложкой похлёбку в котелке и с тоской оглядела пустой зал. Который день её маленькая столовая пустует. Работяги, которые забегали к ней в обед, все как один переметнулись к этому сопляку. И даже обгоревшая таверна их не смущает.

Она швырнула ложку на стол, обхватила себя за плечи и нервно застучала пяткой по полу. Вот так и отбирают дело, в которое вкладываешься годами. И что теперь? Варвара смахнула непрошенную слезу.

— Хозяйка, водички дашь? — раздался от дверей знакомый голос. В помещение, где у Варвары теснилось несколько столов и лавок для гостей, вошёл Фабий, мастер кузнецов.

Варвара оглянулась на него, по-совиному моргая круглыми глазами. Шмыгнула носом и буркнула:

— А, это ты. Вон, ведро с водой на лавке. Ковш сбоку висит, будто сам не знаешь.

Кузнец набрал воды и, шумно глотая, напился. Вытер усы и спросил:

— Может, и накормишь?

Варвара с грустью посмотрела на котелок и пожала плечами:

— Садись уж, братец.

Она налила Фабию тарелку, уселась напротив и подпёрла щёку рукой.

— А ты чего к этому ведьмачьему сыну не идёшь обедать? — фыркнула она.

— Ну, а как я тебя не поддержу, — ответил он. О том, что уже успел пообедать в таверне Виктора, кузнец предусмотрительно умолчал. — Мы ведь семья и должны поддерживать друг друга.

Фабий прожевал недоваренную картошку, раздумывая, выплюнуть или проглотить, затем сказал, переводя разговор на другую тему:

— Слышь, Варвара. Я тут вчера кое-что слышал. Разговор ихний, Макса с дедом Антонием. Они ведь прямо при мне обсуждали свои поварские секреты, думали, я не слушаю.

Варвара подняла взгляд, глаза её сузились.

— И что обсуждали? — заинтересованно спросила она.

— Да про травы. — Увидев, что Варвара снова сникла потеряв интерес, Фабий заторопился: — Макс в еду зелень всякую добавляет. Вот была похлёбка у Марии, честно скажу, как помои. А он туда пару листочков бросил, и совсем другое дело стало.

— Какие листочки? — Взгляд Варвары снова стал хищным.

Фабий поднял глаза к потолку, пошевелил губами, вспоминая, и начал перечислять:

— Бодрянка, телокреп, редкоцвет… ещё что-то… Я всё не запомнил, их там много было, да и названия мудрёные. Ещё ягоды, яблоки дикие.

Кузнец сбился и посмотрел на Варвару. Ту словно подменили. Она выпрямила спину и стала напоминать гончую, почуявшую добычу. Глаза её загорелись, а губы сжались в тонкую линию. Варвара постучала пальцами по столу и переспросила:

— А ты уверен? Точно растения помогают? Не зелья какие-нибудь? Не заклинания ведьминские?

— Да точно! Обычные цветы, с поляны. Я их в лесу сто раз видел, только не знал, что в еду можно. Антоний ему ещё какие-то названия говорил, усилитель вроде бы, и ката… ката… в общем, слово длинное. Не запомнил.

— Чего ж ты не запомнил, дурья башка! — Варвара хлопнула ладонью по столу.

— Так я ж нарочно не подслушивал! — обиделся Фабий. — Просто рядом сидел, ел. Оно само в уши лезло. Но никакого колдовства там точно не было.

— И что, просто добавить травы, и это работает?

— Да ты сама сходи попробуй! — сказал Фабий. — Пальчики оближешь, клянусь. Я готов эту кашу хоть три раза в день есть… — начал было он, но осёкся, поймав на себе взгляд сестры. — И что удивительно, после неё работается, как по-маслу. Молот как пёрышко.

Варвара поднялась и упёрлась кулаками в стол. Лицо её приобрело решительное выражение.

— Значит, никаких зелий и никакого колдовства, — произнесла она задумчиво. — Бодрянка, телокреп, редкоцвет. И ещё какие-то травы, которые ты, олух, не запомнил.

— Я же говорю…

— Ладно. — Варвара выпрямилась и скрестила руки на груди. — Если этот сопляк может, то и я смогу. Нарезать в похлёбку траву, ничего сложного тут нет.

Фабий хотел было возразить, что, может, дело в том, что сопляк ещё и готовить умеет. Но не стал. Доел похлёбку, расплатился и ушёл.

Варвара снова осталась одна.

— Я так просто не сдамся, — произнесла она в тишине. — Подумаешь, травки. Я тридцать лет готовлю. Посмотрим ещё, кто кого.

Она повязала платок, подхватила на плечо полотняную сумку и вышла на улицу. Огляделась и двинулась по дороге в лес, высматривая по обочинам знакомые стебли бодрянки.

— Как там выглядели эти сорняки…

Глава 14

Друг отца

Завтрак подошёл к концу, люди уже расходились, хотя я не исключал появления опоздунов.

Я выдал порцию каши Сычу и посмотрел в котёл. Остатков хватит на пару человек. Коготь до сих пор не вернулся. Задумался, что лучше: предложить поесть Марии или покормить Сёму? Хозяйка нездорова, ей бы как раз на пользу пошла моя каша со специями. С другой стороны, Сёма пластался с раннего утра, выкладывался на полную и наверняка голоден, как крысоволк. Но вот вопрос: кто из них обрадуется моему предложению перекусить? Ответ был очевиден.

Но я не успел принять никакого решения. В воротах показались двое всадников.

Проехали к коновязи, спешились и не торопясь направились к столам.

Одного я сразу узнал. Вчера он останавливался у нас и рассказывал про новости из столицы. Не только я вспомнил этого гостя. Ника, предательница, побежала ему навстречу, как к родному. Бросилась путнику под ноги и принялась ластиться, умильно заглядывая в глаза. Он на секунду задержался, чтобы потрепать её между ушей, и пошёл к столу. Я ощутил укол ревности. Что же она нашла в этом человеке? С виду совершенно обычный, немолодой, крепкий, пучков вкусных трав из карманов не торчит.

Второго мужчину я не знал. Он был повыше ростом, поуже в плечах, на висках его серебрилась седина, но серые глаза смотрели молодо.

— Вот, Николай, — уже знакомый мне путник широким жестом обвёл двор, — про это место я тебе и рассказывал.

Николай оглядел покрытое копотью здание, груду обгоревших досок у забора. Потом перевёл взгляд на меня, на Сёму, который мыл посуду у корыта с водой. Ника подбежала ко мне и встала на задние лапки, это она просилась на ручки. Я подхватил панду и усадил на плечо. Николай внимательно