настолько быстро, что я даже побледнеть успела и опуститься на крепкий дубовый стул, что стоял здесь же, рядом с кроватью. – Так это её Арсений у разбойников отбил?!

Нехотя, но всё же Ратимир кивнул, соглашаясь.

- Долгая история, - наконец, соизволил пояснить он. – Из дома она убежала, тебя искать пошла, с Лютой разругалась в пух и прах…

Одно упоминание имени моей мачехи вызвало во мне бурю негативных эмоций и неприятный воспоминаний. Но все они быстро померкли на фоне моего представления о том, что могло случиться с сестрицей, не появись там Арсений. А ведь я ещё, глупая, ревновала! Сама бы могла догадаться, кто мог ночью в лес отправиться, кроме как Желана! Ну и отчаянной девкой она оказалась!

- Сейчас с ней всё хорошо? – спросила я шёпотом, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

Но, к моему удивлению, Ратимир лишь пожал плечами.

- Самому интересно, - пояснил он позже. – Мне пришлось спешно из деревни уходить, мачеха твоя с дедом Никодимом да колдуном Серафимом спелась. Сделали они так, что виноват я во всём один остался. Но, думаю, Желану они не тронут. Всё же Люте она не чужая…

Но я так отчего-то не думала.

- Я должна в этом убедиться! – твёрдо заявила я, поднимаясь со стула. – Ежели они посмели ей боль причинить…

- Но тебе туда точно нельзя! – возразил Ратимир. – Как и мне…

Умом-то я это отлично понимала, но вот сердцем…

- Мне зато можно, - в дверях вновь появился Арсений, и у меня сложилось стойкое впечатление, что он всё это время нас подсушивал. – Меня в вашей деревне не знаю. А, значит, и труда не составит всё разузнать…

Глава 44

 Ратимир нахмурился, а я уцепилась за предложение его брата, как за соломинку. Не знаю уж, по каким причинам моему бывшему жениху нельзя было в дом родной возвращаться, но Арсения там и впрямь не знали. А потому он легко мог помочь. Притвориться путником, странником да на двор попроситься. А там выяснить, что к чему.

Переживала я за Желану больше, чем за себя саму. И как сообщил мне Ратимир дурные вести, душа моя теперь была неспокойна. Чуяло моё сердце, что беда пришла, да всё уговаривала себя, что выдумываю, накручиваю. Но чтобы выяснить это, Желанушку нужно было проведать.

- Без тебя обойдёмся! – уже по-обычному, Ратимир вскинул гордый подбородок, словно бросая Арсению вызов.

- Говори за себя! – одёрнула я его, пока тот после резких слов брата не передумал нам помогать. И тут же обратилась к Арсению. – Если сможешь, пожалуйста, разузнай, как она там!

Мужчина мне улыбнулся – добро, искренне, и я поняла, что он на самом деле хочет помочь, а не покрасоваться передо мной или Ратимиром.

- Я быстро, - ответил он, на прощанье лишь коснувшись моей щеки, что не осталось не подмеченным для его брата.

И тот, хоть и был мрачнее тучи, сделался ещё более угрюмым, даже злым.

- А я вижу, Дарья, ты тут времени зря не теряла, - произнёс он с обидой в голосе, едва шаги Арсения смолкли. – А как же наши клятвы? Помолвка? Любовь, в конце концов?..

Я, конечно, тоже была зла на Ратимира. И за то, что в первый раз Дарью не уберёг. И во второй на обряд выбора невесты не явился, но… Наверное, стоило рассказать ему правду, поведать всю историю, чтобы недомолвок между нами не осталось. В конце концов, не Арсений был виной тому, что к нему я не испытывала ровным счётом никак нежных чувств. Я изначально не воспринимала Ратимира как возлюбленного, и он должен был об этом знать.

- Прости меня, Ратимир, но я тебе никаких клятв не давала, - начала я робко, однако, глядя тому прямо в глазу – пусть знает, что я не вру. – Это была Дарья и, возможно, она тебя и впрямь любила. Но я – нет…

Он вытаращил на меня глаза, словно сомневаясь в моём душевном здоровье, но я была к этому готова.

- Что ты такое говоришь, Дарья? – пришпиленным голосом произнёс он.

- Правду, - настаивала на своём я. – Ты прав, тело это когда-то принадлежало твоей возлюбленной, да после той перовой ночи, когда Дарью в первый раз в лес отвезли, в нём очнулась я, и имя моё Дарина. Может не верить мне, потому как я и сама не знаю, что вдруг произошло. Вот только моё собственное тело осталось где-то там, в далёком для вас, здесь живущих, будущем, а, может, и вообще в другом мире. Колдун Серафим сразу прознал про это, когда я пришла к нему за помощью. Да и Люта о чём-то догадывалась, потому как укоряла меня этим. И только ты ничего не заметил… Наверное, так сильно Дарью любил, что просто не желал видеть в ней перемены, или же тебе было на это всё равно.

Ратимир выслушав меня внимательно, какое-то время сидел молча, обдумывая мои слова. А после вдруг рассмеялся – нехорошо, с искоркой безумия в каждом звуке, и мне сделалось от этого его смеха не по себе.

- Значит, не веришь? – решилась уточнить я, но его ответ меня удивил.

- Отчего же не верю?! – твёрдо заявил он. – Ещё как охотно верю! Моя Дарьюшка ни на кого бы меня не променяла! Ни за что бы не предала!

Я выдержала его полный горькой желчи взгляд, и ответила как можно более спокойно.

- Я тебя тоже не предавала, Ратимир. Но сам знаешь: сердцу не прикажешь, а моё о тебе молчит.

- Зачем ты мне всё это говоришь? – вдруг спросил он.

- Чтобы между нами недопониманий не осталось, - честно ответила я. – Хороший ты парень, Ратимир, но я не люблю тебя. Не так, как ты того желаешь или заслуживаешь… Хотя мне тут уже птичка на хвосте принесла, что невеста у тебя появилась. Уж не к Желане ли посватался, решив, что я и в самом деле сгинула?

- А что, если и так? – усмехнулся он, вероятно намекая на то, что я его ревную.