А теперь от всего этого остались лишь горькие воспоминания и сожаление о том, что Желана не «прозрела» раньше.

В хлеву было зябко для неё, а потому девица подобралась поближе к Ярке, чтобы почувствовать тепло живого тела. Здесь пахло навозом и прелой травой, но Желану сейчас это заботило меньше всего. Она устала, измучилась и очень хотела спать. Сегодня за один день произошло столько событий, сколько с ней и за всю жизнь до этого не случалось. Было бы хорошо сейчас с кем-нибудь этим всем поделиться, спросить совета, однако никого, кроме Дарьи, ей на ум не приходило. И очередная волна грусти накрыла её с головой.

Сестра её была мертва, а Ратимир убежал скорее всего далеко в лес, подальше от тех, кто звался когда-то его односельчанами. И ещё неизвестно, кто из них был большим хищником.

Усталость взяла своё, и девица провалилась в глубокий сон, в котором раз за разом переживала все те события, что стали накануне роковыми в её жизни. Разбойники, серебряный волк, убегающий от свирепой толпы медведь – всё соединилось в её голове воедино, смешавшись в кашу.

Разбудил Желану скрип открывающейся двери, а быть может, ей только это показалось, но вскоре девушка почувствовала чьё-то присутствие, повеяло леденящем тело и душу холодом, и она распахнула глаза. Посреди хлева, брезгливо озираясь, стоял высокий статный мужчина в добротном овчинном тулупе, разукрашенном мехами различных животных. Волосы его были длинны и седы, словно припорошены снегом, а глаза белы и прозрачны, и кроме смертельного холода, способного пожрать всё живое на земле, Желана ничего в них больше не разглядела. В руках этот могучий старец держал огромный посох, сделанный словно изо льда, хотя, наверное, так оно и было.

«Налюбовавшись» внутренним убранством хлева, пришедший устремил свой взор прямиком на девицу. Желана вся сжалась в комок, пронизанная холодом этого взгляда, но ничто, ни хлипкая одежда, ни близость Ярки не могли сейчас защитить её от пробиравшего до костей мороза.

Внимательно рассмотрев девушку, старец медленно произнёс:

- Где она?! Где моя невеста?!

И Желана почувствовала, как кровь замерзает в её жилах, а сердце почти перестало стучать.

Глава 40

- О чём это вы тут шепчитесь?

Арсений, встав в дверях и сложив руки на груди, окинул нас с Ерохой подозрительным взором. Домовой тут же стушевался, а мне ничего не осталось, как придумывать оправдания за нас двоих.

- Да вот, обсуждаем, какие блины лучше – на воде или молоке, с мёдом али с маслом. А ежели с вареньем, так вообще пальчики облизать можно…

Котяра, медленно переведя взгляд с меня на своего хозяина и обратно, выглядел сейчас как вор, которого за руку схватили. Уж чего-чего, а врать он точно не умел, зато мне в крайних случаях, таких, как этот, ложь неплохо удавалась. Конечно, гордиться тут было нечем, и всё же не всякая правда была хороша.

- Кстати, о блинчиках, - чувствуя, что обстановка накаляется, выдал Ероха. - Пойду-ка я тесто на пирожки замешу, будет вам к обеду пир горой…

И он ретировался так быстро, что только розовые пятки сверкнули, а я осталась наедине с тем, кто явно был сейчас мной недоволен, хоть я и не была ни в чём виновата. Однако чёрт дёрнул меня оправдываться, ведь чувство вины я всё равно за собой ощущала.

- Арсений, я… - начала я дрожащим голосом, но мужчина меня тут же остановил.

- Ничего не нужно говорить, Дарья. Я только знать хочу: добровольно ли ты покинула наш дом или обманом кто тебя выманил?

Я покачала головой, пытаясь поточнее сформулировать свой ответ.

- С тех пор, как я здесь оказалась, сон меня один одолевает, словно иду я по снегу босыми ногами, по лесной дороге, усеянной красными ягодами, которые под моими ступнями превращаются в кровь. Мне и страшно, и холодно, и остановиться я не могу, будто себе не принадлежу, а тот голос всё зовёт меня и зовёт, и я противиться ему не могу… Что с тобой?!

Я заметила, как Арсений на моих глазах побледнел и даже пошатнулся. Я побоялась, что ему дурно стало после недавних побоев, но он быстро смог взять себя в руки и даже сделать вид, что ничего особенно с ним не произошло.

- И в этот раз было так же? – голос его охрип, и в нём послышались нотки настоящего страха.

Я кивнула, и он принял мой ответ как должное. Мужчина этот, как я уже поняла, был полон загадками под завязку, но мне тоже было любопытно узнать, кому моя жизнь на этот раз понадобилась, ведь он явно об этом что-то знал. 

- Ты знаешь, кто это со мной делает? – осторожно спросила я.

- Да, - многословным его сейчас сложно было назвать, тем более что объясняться со мной он, кажется, не собирался. – Но переживать тебе не о чем. Я установлю заклятием дополнительную защиту, так что теперь ты будешь в безопасности…

- А позволишь узнать, от кого? – конечно, я, может, и требовала много, но всё же меня немного заела слепая опека почти незнакомого мне мужчины от неведомой опасности. – Просто если мне нужно быть к чему-то готовой, то…

- Поверь, я об этом позабочусь сам! – сказал Арсений, как отрезал. – Не стоит тебе лезть в это дело…

Я хотела было возразить, но мудро промолчала. Во-первых, здесь я была никто, так, приживалка на птичьих правах. Во-вторых, я, возможно, и впрямь многого не понимала, а Арсений лишь хотел оградить меня от того, и потому так нервничал. А в-третьих, я всё равно была намерена докопаться до истины, потому как не привыкла плыть по течению и ждать, когда меня подстережёт очередной удар судьбы. Пусть Арсений думает, что я смирилась и отступила, ведь он не знал меня настоящую, и сейчас это было мне даже на руку. Я же поживу, понаблюдаю, авось всё само как-то и разрешиться. И тайное станет явным.

- А тот, кто на меня на обрыве напал?.. – тихо спросила я, и Арсений тут же болезненно поморщился, покосившись на свои разбитые в кровь костяшки пальцев. Видать, ему было неприятно