Девица, всхлипнув, всё же сдержала подкатившие близко слёзы.

- Я и не просила меня искать! – в отместку выдала она. – Лучше бы уж сгинула, как и Дарья, всё равно никому на белом свете я не нужна!

- Дура! – зарычал на неё Ратимир.

- Грубиян! – не осталась в долгу Желана.

Они сцепились взглядами, словно желая друг друга побить, несмотря на весь абсурд ситуации. Кулаки парня заметно сжимались, а девица так и норовила подпалить его глазами, словно не она минуту назад умилялась его вниманию и заботе.

Первой не выдержала Желана. Вскочив на всё ещё ноющие колющей болью ноги, она, как есть, бросилась к двери, но тут же была перехвачена железной хваткой Ратимира.

- Куда собралась?! – взревел он, словно зверь, оттесняя девицу обратно вглубь комнаты.

- Пусти! – нисколько не испугавшись, потребовала она.

- Вот ещё! – взвинтился тот. – Я уже устал за тобой по холоду бегать да от всяких лиходеев спасать!

Ляпнул, да поздно спохватился, надеясь, что девица в пылу ругани не сообразит, о чём он речь завёл. Но Желана глупа не была и тут же настороженно навострила уши.

- Постой-ка… - до боли в глазах вонзив свой взгляд в лицо Ратимира, замерла она. – Откуда ты про разбойников узнал? Тебя там не было…

Смятение охватило её душу, обдав ту скверной и предрекая девушке нелицеприятное открытие, только вот какое, понять она так сразу не могла. Но добрый молодец, почуяв это, решил отвлечь её напором.

- Про каких ещё разбойников? – попытался откреститься он, да только Желану было не так-то просто провести. – Голову ты, видать, совсем застудила, раз слышишь то, чего и не говорил я вовсе!

Желана, в очередной раз смерив его взглядом, вновь попыталась прорваться к двери. И вновь Ратмир преградил ей путь.

- Дай мне уйти! – продолжала упрямо требовать она, и парень только сейчас осознал, насколько сильной может быть эта девица, не физически – тут она ему совсем не ровня. Но норов имела что надо, не девка – огонь! И почему он раньше не замечал в ней ничего такого?! Настырная, живая, непокорная… И едва он отвлёкся на это совершенно невероятное для него открытие, как тут же получил удар коленом в то самое место, что мужчины именовали своим достоинством.

Охнув, на секунду он растерял всю свою хватку, и эта хитрая лисица, воспользовавшись мгновением, выскочила из избы, забыв и шубу, и валенки, и понеслась, как была, босиком по снегу. Вот неугомонная!

Быстро справившись с болью, он кинулся следом, желая как можно скорее вернуть её обратно в дом – ради её же блага. Настиг в два счёта, ухватился за плечи, да развернул к себе лицом! Глаза Желаны, блестящие от злости, сверкали в ночи как те звёзды, что смотрели на них сейчас с неба, таинственно мерцая. В этих светлых омутах сейчас бесы плясали – так она была рассержена, так зла на него! И ведь не сдавалась, продолжая сопротивляться, биться в его руках, словно птица, попавшая в силок…

Наверное, это и сподвигло его на безумство, которое он совершил перед тем, как сначала хорошенько подумать. Губами впившись в невинные губы девушки, Ратимир вдруг почувствовал, как она напряглась, а после вмиг обмякла, перестав сопротивляться, и отдалась тому поцелую со всей неумелой нежностью, на которую была только способна.

Глава 37

Опомнилась Желана, лишь когда почуяла, что Ратимир не на шутку распалился. Сжалась всем телом, ладонями в грудь его могучую уткнулась.

- Пусти! – в который раз за ночь потребовала она. – Не то сейчас как дам по носу, вовек не забудешь!

Её угрозы настолько были смешны, что окончательно развеселили доброго молодца. Засмеявшись, он нарочно прижал её к себе ещё сильнее, чтобы подразнить, но та, словно молодая козочка, начала брыкаться, то ли испугавшись, то ли пытаясь доказать свою правоту.

- Бей! – весело предложил девице он, нарочно лицо подставляя и подначивая её. – Ну? Что же ты?

И Желана ударила. Не как мужики бьют, чтобы в челюсть да кулаком, а так, ладошкой прихлопнула. Правда, со всей силы. Ратимир тот удар и не почувствовал даже, а вот девица, ударив рукой, даже вскрикнула от боли и тут же затрясла ей в воздухе, едва справляясь с очередной волной обиды, накатившей на неё в тот же миг.

- Да что ты за человек такой?! – закричала она ему в лицо, в то время как Ратимир, позабыв обо всём, веселился, словно в детстве, когда дразнил заносчивых девчонок, возомнивших себя, боги знают кем.

- Да самый обычный! – весело отвечал тот. – Ни кривой, ни косой, да дружу с головой!

Эта самая обычная игривая присказка ещё больше вывела девушку из себя, и даже несмотря на то, что она в одном платье на морозе стояла, ей стало очень жарко от бессилия и гнева, что вызвал в ней этот человек.

- Сейчас я тебе задам! – Желана вновь налетела на него с кулаками, пытаясь отстоять свою правоту, а тот, ловко увернувшись и не переставая смеяться, обездвижил её в два счёта, вновь прижав к себе и сорвав с губ ещё один запретный поцелуй.

Конечно, делал он это всё лишь для того, чтобы немного позлить возомнившую себя грозной воительницей деву, но в какой-то момент Ратимир поймал себя на мысли, что касаться почти детских губ Желаны ему очень даже нравится. А потому это нужно было прекращать.

- Ненавижу! – когда он отпустил её, закричала она, залившись слезами. – Да как ты посмел! Ууу, проклятущий!

- Желана… - тихо произнёс тот, поняв, что и в самом деле перегнул палку. – Я не…

Но слова извинения так и повисли в воздухе недосказанной мыслью.

- Вот они, вот! – это визгливый голос Люты разорвал тишину ночи, и она на этот раз была не одна.

И как так тихо подкрасться сумели?

Ратимир напрягся, а Желана, сама того не понимая, в первом порыве прильнула к нему, словно ища защиты от собственной матери.

- Посмотрите, что он с моей дочуркой сделал! – продолжала слезливо визжать