Желтый череп оскалил редкие зубы в улыбке.

- И так все и стало, хотя глупая девка пыталась сбежать от судьбы. Непраздной ушла от своего возлюбленного к другому, чтобы старший сын называл отцом его. Вложила плод в лоно смертной, чтобы второго сына родила ни в чем не повинная жрица и претерпела от него муку и гибель. Хитрая змея, вот кем была моя сестра, но суд Аннунаков не знает пощады и колебаний, и жребий все равно нашел вас – и тебя, Принц Ворон, и твоего брата, и его никчемного отца…

Неизвестно, что еще успела бы наговорить старуха, но тут ее голова разлетелась вдребезги, а в стене там, где только что желтел редкозубый оскал, задрожал меч Анафема. А сам Арес уже рвался к скорчившейся у стены тени, крича:

- Да что ты натворила, лживая шлюха! Я тебя сейчас прикончу…

- Опомнись, она уже мертва, - заорал Андрас и вцепился в бога войны, волочась за ним по полу.

Афина, как кошка, подскочила к брату и влепила ему звонкую пощечину.

Это или что иное отрезвило Ареса, но он остановился. Тень, съёжившаяся в углу, смотрела на него огромными пустыми глазами, в которых кружились звездные огоньки.

Глава 12. Nevermore

Они вновь шагали по пустынной местности за Костяным Дворцом, направляясь к реке Лета. По мнению песнопевцев, сложней всего в спасении души из царства мертвых – это не оглядываться до самых врат, хотя Аресу оглядываться не особо и хотелось. А вот слушать заунывную балладу, которую исполнял Андрас, было действительно сложновато. Афина сказала, что мертвые следуют лишь за звуками музыки – видимо, завели такую привычку после странствия Орфея за Эвридикой. Арес петь или играть на музыкальных инструментах наотрез отказался, добавив, что охотно сыграл бы разве что на флейте из костей треклятой старухи Эреш. Полудемон пожал плечами, извлек из воздуха что-то непонятное, в отдаленном приближении напоминавшее кифару со струнами, натянутыми на пузатое основание, и сейчас исполнял на нем тоскливую мелодию. Звуки недокифары он сопровождал песней на языке, похожем на наречие бриттов. Насколько Арес понял, в песне шла речь о некой похотливой смертной девке, запавшей на рыцаря альвов и пожелавшей отнять его у королевы Фэйри, для чего ей пришлось потащиться ночью на перекресток семи дорог и претерпеть преображение возлюбленного в змею, ящерицу, скорпиона, кусок расплавленного металла и прочие неприятные предметы. Единственным достоинством этой истории была ее длина, потому что, когда Андрас завершил свою сагу описанием красочных ругательств обездоленной королевы (Эреш и не снились такие выражения), они уже почти подошли к реке.

Прощаясь с сестрой, бог войны вновь предложил остаться в Иркалле вместо нее, но Афина только фыркнула:

- Арес, из тебя правитель, как из говна пуля, ты уж прости. Ты понятия не имеешь о справедливости, мудрости и сдержанности. Он, с другой стороны…

Тут Совоокая направила взор на Андраса. Однако полудемон ни малейшего желания воссесть на престо царства Кур вместо Паллады не выразил.

- А ведь тебе предсказано, - злорадно заметил Арес.

- Так и тебе кое-что было предсказано, но убийство отца Абигор бездарно запорол, - парировал полудемон. – Мне же восхождение на престол Царства Мертвых не предсказывал только ленивый, и в том и в этом мире, но я пока не тороплюсь.

- Ну, если передумаешь… - сухо улыбнулась Афина. – И кстати, насчет убийства. Я вас отпускаю. Однако есть законы, которые старше меня и даже старше Эреш. Я не властна отпустить вас просто так. До рассвета – а до него совсем мало времени – вам надо найти по одной живой душе, которая согласится занять ваше место. Подумайте, кто бы это мог быть. У врат, ведущих в мир живых, вы сможете обратиться к этой душе, но у вас будет всего одна попытка, так что выбор делайте тщательно. А ее…

Тут богиня кивнула на тень Инанны.

- Ее надо будет провести сквозь воды Леты, чтобы она утратила память о мучениях этого мира. Боюсь только, что она утратит память вообще обо всем, и не вспомнит ни тебя, ни тебя.

Она повела головой в сторону брата, а затем и Андраса.

Полудемон пожал плечами.

- Похоже, она и так мало что помнит.

Арес ничего не сказал.

Завершив балладу, полудемон наконец-то заткнулся и только продолжил задумчиво перебирать струны. Инструмент висел у него на ремне, перекинутом через плечо. Впереди, всего в паре стадий, уже поблескивали светлые воды реки, так не похожей на темные хляби Ахерона, и белели выстроившиеся на берегу скалы.

- Ты уже знаешь, кому предложишь спуститься в Иркаллу вместо себя? – тихо спросил Андрас. – Абигору?

Арес только хмыкнул.

- И все-таки?

Полудемон обернулся к нему.

- Башкой не верти, - зло сказал бог войны. – Упустим тень. Сам-то уже выбрал?

Андрас кивнул. Эниалию оставалось только завидовать, потому что он был твердо уверен – ни одно живое существо не пожелает сойти в преисподнюю вместо него. Нелюбимый сын, брат, муж, изверг и душегуб, кому он вообще сдался? Кто хотел бы пожертвовать ради него жизнью, даже если это короткая жизнь смертного, не говоря о долгих, практически бесконечных летах бога или демона?

- Ни одного?

Андрас остановился и посмотрел на него этим новым, прозрачно-светлым взглядом.

- Я провожу вас до врат и поверну обратно, - хмуро ответил Арес. - Составлю компанию сестрице. Может, даже поволоку ее за косы на ложе, как ты предлагал, если совсем уж нечем будет заняться. И давай, шевели ногами, нам надо спуститься к реке.

Полудемон нахмурился, что-то обдумывая и все еще пощипывая струны своего инструмента.

- Постой. Оззи… Паук тебя отпустил. Значит, ты проявил к кому-то милосердие, верно?

- Был такой случай, да, - ухмыльнулся бог войны. – Сам не знаю, зачем.

- Не хочешь обратиться к нему?

Арес расхохотался. Да уж, мысль, с какой стороны ни глянь, блестящая – бог войны, олимпиец уговаривает смертного отправиться в Аид вместо него, лишь на том основании, что он не разделал этого смертного, как свинью.

- Андрас, ты вроде смышленый парень, но все же дурак. Не слышал поговорку – лучше быть последним нищим на земле, чем правителем в царстве Аида?

- А ты попробуй, - все так же негромко ответил Андрас. – Результат может тебя удивить.

Он тронулся с места, продолжая наигрывать мелодию, что-то новое, более резкое и рваное. Арес,