для эмвипи, most valuable player. Лёнька ее заслужил, уперся, как он умеет, и нашел, как решить задачу со звездочкой, а мы все считали, что она нерешаемая.

Рустем сделал звук на планшете погромче.

На экране к ребятам подбежала хрупкая девушка – журналистка с микрофоном.

– Говорят, у вашей команды было какое-то секретное средство, это так? – спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь.

Все трое участников команды одновременно потянулись поправить лацканы пиджаков.

Журналистке ответил Лёня:

– Вообще-то секретов особых нет, мы бы не справились поодиночке, все получилось благодаря командной работе.

– А что за булавка у вас у каждого на лацкане пиджака? – хитро улыбнулась журналистка. – Это, случайно, не шпионские штучки какие-нибудь?

– Вряд ли какие-то штучки помогли бы разобраться в задаче со звездочкой, – ответила Вероника.

– Значит, это что-то вроде бренда? Необычно, – не унималась журналистка.

– Типа того, – кивнул Лёня. – Помогает вспомнить, где ты и ради чего здесь.

Вероника взяла Лёнину левую руку в свою и незаметно для остальных провела пальцем по тонким линиям царапин на запястье.

Ирина Жук

По тонкому льду

Илья Калинин вышел на лед канала Грибоедова, когда вокруг уже сгущались сумерки. Холодные и безрадостные, как вся его школьная жизнь.

Слегка припорошенная снегом мерзлая корка под тяжестью шагов предательски хрустела. Глубина три с половиной метра, любезно подсказала память, но останавливаться на полпути он не привык.

Поглазеть на него собралась большая толпа любопытных. Как о мероприятии стало известно не только классу, но и всей школе, герой представления не знал.

– Калинин! – Илья вздрогнул. – Немедленно возвращайся!

Этот выкрик, похожий на полуденный выстрел со стен Петропавловской крепости, мог принадлежать только одному человеку. Под испепеляющим взглядом завуча Анны Аароновны его мокрая от пота спина в момент высохла.

Илья притворился глухим и продолжил путь.

Удивительно, но, если переходить, как нормальный человек, по мосту, канал кажется вдвое уже. Время застряло на месте.

До противоположного берега оставалось всего несколько шагов, когда под ногами раздался громкий хруст. Предсказуемо и страшно. Между Ильей и целью пролегла кривая трещина.

Все посторонние звуки стихли.

Без паники. В такой ситуации всегда лучше ползком, вот только если он сейчас распластается на животе, то как завтра появится в школе?

Скользящими шагами приблизился к разлому. В следах появилась вода.

– Калина! Мы здесь! – встречать его на другой берег бежали Никита и Дэн.

Каменной лестницы там не было, и первоначально по плану он собирался вернуться, но лед оказался слишком тонким, два раза по нему не пройти.

Человек способен продержаться в ледяной воде не больше пятнадцати минут. Или не больше пяти?..

Илья Калинин не стал долго оценивать свои шансы на выживание. Он расстегнул куртку, чтобы было удобнее, рассчитал шаги, оттолкнулся и перемахнул раскол. Лед под ногами начал крошиться. Прекрасно понимая, что вот именно так делать нельзя, он широкими прыжками устремился к берегу.

Набережная была высокой. Даже дотянувшись до края, выбрался бы только спортсмен. Илья спортсменом не был. К счастью, Никита в это время перелез через решетку, присел и, схватившись одной рукой за ограждение, другую протянул ему. Дэн тут же последовал его примеру:

– Ловим!

Всего один шаг, а там друзья вытащат. На этой позитивной мысли его правый ботинок и наполнился водой – нога все-таки провалилась. Илья почувствовал ледяной холод и тяжесть. Он потерял равновесие, но успел перенести вес на левую ногу, а затем схватиться за верхний выступ каменной набережной. Повис. Денис с Никитой подхватили и начали тянуть. Наконец, они совместными усилиями с большим трудом подняли его.

Там, где он только что пробежал, снег тихо таял в черной воде.

Оправдания бессмысленны. Извинения бесполезны. Мама по телефону кратко сообщила Илье, что едет в школу. А еще, что для этого ее вырвали с важного совещания. Совещания у мамы Ильи всегда были важные. И у папы тоже. Он видел родителей редко, и вот какая удача, они встретятся лицом к лицу по приглашению директора.

Отвечать за свои поступки – качество взрослого человека, а Илья Калинин считал себя взрослым. Однако, выйдя из класса, он направился не к Леониду Петровичу, куда его вызывали, а прошел через второй этаж и трусливо свернул на боковую лестницу. На уровне первого этажа здесь находились кабинеты труда. Из мастерской доносилось гудение токарного станка. Из класса девочек плыл сладкий запах выпечки. Илья почувствовал легкую зависть.

Он спустился на самую нижнюю площадку с дверью на улицу. Здание школы было построено до революции, поэтому когда-то здесь был еще один черный выход и проезд, а по лестнице носили дрова для печей. Сейчас печей в школе нет. Проезд застроили. Про дверь забыли.

Это было идеальное место, где можно прогуливать уроки или прятаться от наказания.

В кармане завибрировал телефон. Мама. Наверное, все его ждут. Ждет она, ждет директор, классная, завуч Аароновна. Звонок тянулся долго. Потом еще один и еще. Мама умела быть настойчивой. Полетели эсэмэски: «Ты где?», «Быстро сюда». И, наконец, последнее и самое беспощадное: «Поговорим дома».

Чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей и убить время, Илья стал изучать дверь. Одного возраста со зданием, она запиралась на огромный крюк длиной не меньше метра. А для надежности еще и на навесной замок-ровесник.

Калинин достал перочинный нож и принялся ковырять узким лезвием в механизме. Прошлым летом, когда они с друзьями обследовали местные чердаки и крыши, он уже пытался открывать такие. Никогда не получалось. И вдруг дужка отошла. Взломщик удивленно хмыкнул и со скрипом поднял тяжелый крюк. Бинго!

Массивная дверь держалась дольше запоров. Но и она поддалась. Илья вышел на улицу.

В закутке три на три метра между стеной и забором лежал снег. Под одиноким деревом тянулись следы кошек и птиц. Илья в тонком школьном пиджаке поежился, вдохнул холодный воздух и посмотрел на часы. Мама слишком занята, чтобы провести в школе больше получаса, тем более вечером у нее командировка. Можно возвращаться.

Он как раз закрывал дверь, когда почувствовал, что за спиной кто-то стоит. Обернулся.

Вот кого он меньше всего ожидал здесь увидеть, так это Дашу. Даша Семёнова, принцесса-отличница и недосягаемая звезда класса, внимательно наблюдала, как он возится с замком. Изящным движением принцесса поправила волосы, чем лишила Калинина способности двигаться. Во рту пересохло. Язык безнадежно прилип.

– Я видела, как ты чуть не провалился под лед. И слышала про ваши споры. Если что-то такое снова произойдет, то предупреждаю, мне придется обо всем рассказать классной, – длинная речь явно была