по всему, именно он вытащил воителя из моря и проводил реанимацию – явно не одну и не две минуты. Форма его была насквозь мокрой, из ботинок текло.

Кругом раскинулся пустынный скалистый берег. Было холодно, дул ветер, к осколкам вулканической породы, усыпавшим пляж, липли клочья сероватой пены. У Ареса сильно болели ребра и саднила спина. И он не понимал, почему его в очередной раз спасли.

Кроме нелюбви к воде, у бога войны была еще одна неприятная слабость, или, точней, недостаток. Он умел испытывать благодарность, но совершенно не умел ее выражать – а поблагодарить вытащившего его из воды полудемона следовало.

- Я… - хрипло начал он.

- Да заткнись! – рявкнул Андрас. – Дайте мне уже умереть! Оставьте меня все в покое!

Глаза полудемона уже не казались белесыми, как рыбьи потроха, а сердито блестели, словно крапинки слюды или хрусталя в горной породе. Он вскочил на ноги и пошатываясь, устремился к скалам, явно не собираясь выслушивать ни благодарности, ни увещевания Ареса. Бог войны треснул себя кулаком по лбу.

- Проклятая семейка, - произнес он вслух. – За какие свои грехи в прошлой и этой жизни я должен с вами возиться?

Собравшись с силами, встал, и пошел по острым и скользким камням следом за Андрасом.

Миновав полоску прибрежных скал, о которые билось с тяжелым гулом штормовое море, они вышли на плоскую серую равнину. Над равниной ветер гнал рваные облака. Солнца не было. Землю покрывала сухая серебристая трава, ни деревьев, ни кустарников, не считая одного дерева: согбенного под ветрами, с отслаивающейся от старости корой и кривыми безлистыми сучьями. В нем Арес с трудом опознал ясень. Равнину опоясывала то ли цепочка низких гор, то ли, напротив, высоких кучевых облаков. До ясеня от скал было примерно пять стадий. Туда и направился Андрас, и Арес, поминая всех обитателей Тартара, следом. Дойдя до дерева, полудемон тяжело опустился, почти упал, на землю у его корней. Похоже, сил у него совсем не осталось. Ветер высушил серую форму, но по плечам Андраса бежала заметная дрожь, а взгляд опять помутился.

Арес подошел и опустился рядом на корточки, ни говоря ни слова. Первым нарушил молчание полудемон.

- Зачем ты ходишь за мной? Отстань, тебе на том свете места, что ли, мало? Иди спасай свою Иштар, или кого ты там собрался спасать, только ко мне не лезь.

- Я бы с радостью, - мрачно ответил Арес, пытаясь одновременно сообразить, как расшевелить этого полудохлого парня, и откуда он узнал про Инанну.

Слышал запись Абигора? Это вряд ли, море ревело так, что хоть нечестивых выноси. Или ему рассказал Азрубел? Или сам Абигор, и все это было их совместным замыслом? Нет, уже слишком сложно и попахивает полнейшим безумием.

- Я мысли твои читаю, придурок, - прошипел Андрас. – Есть у меня такой талант.

- Вот как. Ну тогда прочти следующее, чтец: «Я бы с радостью, но, видишь ли, шанс вытащить твою мать из Иркаллы намного выше, если мы отправимся за ней вдвоем».

- Какую еще мать?! – выкрикнул полудемон.

- Ну мать, отца, я не в курсе, кем ты там Астарота/Астарту считаешь. Приемную, если интересуют подробности – ведь твоей родной матерью, вроде бы, была смертная по имени Яфит…

Полудемон откинул голову, чуть не стукнувшись затылком о выступающий из земли корень ясеня, и расхохотался.

- Мою мать звали Мартой Варгас, и она преподавала литературу и испанский язык в муниципальной школе в Дуране. Моего отца звали Антонио Варгасом, и он был учителем истории. Так что засунь себе в жопу своих сраных богинь и демонов и сгинь, оставь меня в покое.

- Варгас?

Это имя он, по крайней мере, помнил. О чем там просила жена? Что-то насчет того, что надо убить сумасшедшую царицу йер-су, которая склоняет свой народ к вере в шан-гри Варгаса.

- Андрей Варгас. Меня зовут. Андрей Гарсия Варгас, - повторил человек, пытаясь поудобней устроиться в корнях ясеня. – Не маркграф Бездны Андрас. Не истинный князь Андрас. Так что иди к черту.

Он прикорнул и, кажется, собирался там и уснуть. Арес ощутил почти непреодолимое желание снова тряхнуть щенка за шиворот. Почему его судьба в этой жизни выслушивать истерики несовершеннолетних демонов? И кстати…

- Кем был этот Андрей Варгас?

Лежащий поднял голову, с трудом разлепляя мутные глаза. Улыбнулся.

- Наверное, нормальным парнем. Одаренным правда. Сильным психиком. Полковником СБ.

Арес торжествующе улыбнулся.

- А сколько ему, скажи, было лет?

Человек под деревом нахмурился, словно ему задали бог весть какой сложный вопрос.

- Ну, тридцать семь… - неуверенно выдал он наконец. – Наверное. Считая с того момента, когда он перестал стареть.

- Тридцать семь, - продолжил Арес, - в Мирах Смерти для мужчины, это взрослый возраст? Ты говоришь, что этот Варгас был полковником, значит, командовал людьми, сотнями, тысячами?

Полудемон подозрительно сощурился. В его глазах снова вспыхнули огоньки.

- Ну да. Взрослый. Более чем.

- Тогда почему ты валяешься под этим сраным деревом и истеришь, как мальчишка или баба?

Кое-какого эффекта Эниалий достиг. Полудемон сел и зло уставился на него.

- Ты давно по морде, как я погляжу, не получал, Арес? Не знаю, кем ты меня считаешь, но я не слабак, как мой братец.

Арес осклабился ему в лицо.

- Какой братец? Или в Мирах Смерти у тебя тоже есть братец-слабак, с которым я должен быть знаком?

Парень замолчал. Моргнул. Потер ладонью лоб. И, спустя какое-то время, проговорил:

- Да. Да, Арес, ты прав. Я уже не знаю, кто я.

- Вряд ли ты это узнаешь, валяясь тут под деревом и причитая.

Андрей-Андрас криво улыбнулся.

- У тебя есть более заманчивые предложения?

- Да. Пройди со мной Иркаллу. Помоги разыскать Иштар. И я вытащу тебя отсюда.

Парень смотрел на него глазами цвета хрусталя и все так же неприятно улыбался.

- Вытащишь меня? А ты хоть знаешь, что собрался вытаскивать?

- В смысле?

- А ты посмотри на меня.

«ПОСМОТРИ НА МЕНЯ, АРЕС», - прогремело у него в голове.

И он посмотрел – ведь у второго зрения, каким видят боги, тоже есть разная глубина.

Погрузившись под внешнюю оболочку, под неверную иллюзию человеческой плоти, Арес, кажется, понял, почему сидящий перед ним назвался «Горизонтом». Там, где только что был человек, гнула пространство черная дыра с ярким аккреционным диском, медленно отщеплявшая от равнины вокруг куски и детали,