Когда старшая купеческая дочь пришла к Александру с приглашением, то тот предложил ей в виде угощения скушать яблоко. Девушка долго отказывалась от этого, но наконец взяла и съела. И как только она съела яблоко, тотчас же превратилась в вороную кобылицу. Александр взял на узду и отвел ее в конюшню.

Долго ждал купец возвращения своей дочери, но, не дождавшись, послал к Александру среднюю. Но и среднюю постигла та же участь, что и старшую сестру.

Тогда купец послал свою младшую дочь. Но и с этой Александр поступил так же, как и с двумя ее старшими сестрами.

Он заметил маленький островок (рис. А. Третьякова)

Не дождавшись обратно ни одной из дочерей, купец решил отправиться самолично к Александру. Но, придя к нему, он не нашел их здесь. Что было ему делать? Пропали все три дочери без вести. И стал купец жить один.

Спустя недолгое после этого время Александр вздумал тоже устроить пир, и на этот пир созвал он всех своих знакомых, а в том числе пригласил он также и купца.

После пирушки Александр приказал заложить тройку вороных кобылиц, и все гости поехали кататься по городу, а также и купец вместе с прочими. А когда прогулка была окончена, Александр сказал своим гостям:

— Вы знаете, что я могу сделать из кобылиц коз.

Все гости крайне удивились этому.

Александр вывел кобылиц на двор и дал им по яблоку, и в один миг кобылицы превратились в коз.

После этого Александр подошел к купцу и говорит ему:

— Если ты желаешь возвратить своих дочерей и сделать их счастливыми, то я могу из этих коз сделать твоих дочерей, и они будут лицом красивее прежнего.

Александр приказал заложить тройку вороных жеребцов (рис. А. Третьякова)

Александр вывел коз во двор (рис. А. Третьякова)

Как только они съели плоды, тотчас же превратились в девушек замечательной красоты (рис. А. Третьякова)

Александр вывел коз во двор и в присутствии купца подал каждой из них по яблоку. Как только они съели плоды, тотчас же превратились в девушек замечательной красоты. Чудные головки их были покрыты пушистыми волосами, которые волнами сбегали на их нежные плечи. Их хорошенькие личики улыбались приятной улыбкой, а глаза сверкали демоническим блеском и были полны очарования. Щечки были покрыты алым румянцем.

Купец, взглянув на своих дочерей, был поражен их красотой. Сестры ни слова не сказали своему отцу.

Александр приказал нарядить сестер в лучшие платья и привести их в зал, куда он с купцом отправился теперь.

Когда сестры, одетые в нарядные платья, были и посажены за общий стол с отцом, то последний, увидев их в нарядах, еще более удивился красоте своих дочерей. А Александр сказал тут купцу:

— Теперь я хочу жениться на твоей младшей дочери, и ты ни ей, ни мне не прекословь.

Купец согласился на это.

И вскоре же была отпразднована свадьба, на которую было созвано множество гостей. Все были очень довольны новобрачными.

Когда сестры, одетые в нарядные платья, были приведены и посажены за общий стол с отцом, то последний удивился красоте своих дочерей (рис. А. Третьякова)

После свадьбы молодые стали ходить по гостям вместе с сестрами новобрачной.

Между тем до царя дошел слух, что в городе есть такой человек, который делает из лошади козу, а из козы человека. Царь немедленно же послал своих слуг с приказом во что бы то ни стало привести этого человека к нему во дворец.

В один прекрасный день Александр со своей супругой сели обедать, и в это время вдруг приносят ему приказ от самого царя, чтобы он немедленно же явился во дворец.

Александр, недолго думавши, живо собрался и отправился к царю. Придя во дворец, он обратился к часовым, и те провели в большое зало и велели тут ждать царя. Скоро пришел царь и стал расспрашивать у Александра о его роде и племени и чем он занимается. Александр рассказал ему обо всем подробно. И когда царь узнал, что он родной брат, то чрезвычайно обрадовался и начал его целовать.

После этого Александр со своей супругой переехали на жительство <…>

Глупые люди

Жили-были старик и старуха; у них был сын Иванушка. Вот пришло время, когда надо отдавать Иванушку в солдаты, а идти ему в солдатчину — смерть неохота. Он постоянно прятался то в хлев, то на гумно, то на полати, то куда попало, чтобы только его не схватили и не отправили на военную службу. Стала однажды старуха топить печку и уронила с шестка[38] ощепок[39], а ощепок был большой. Глядела, глядела старуха — да как заревет. Услышал старик, что ревет его старуха, пришел в избу и спрашивает: «О чем ты, старуха, плачешь?» — «Ох, старик, не знаешь ты моего горя. Как мне не реветь. Пособи ты моему горю. Слушай, что я тебе скажу. Стала я топить печку, уронила ощепок на шесток, а с шестка на пол. Тут мне пало в голову: как бы наш Иванушка да был женатый, да кабы у него был ребеночек и сидел бы он тут на залавочке, ощепок пал бы на него; так бы тут его и прихлопнуло. Что бы я тогда стала делать-то?» — «А ведь ты, старуха, права. Давай-ка я пособлю тебе реветь». Оба и забазанили[40]. Услыхал их рев Иванушка и подумал: «Вот беда, видно, за мной пришли, пойду, отворю немножко дверь, погляжу; ведь не вдруг же схватят». Подошел к дверям, маленько приотворил, видит: никого нет, кроме старика и старухи. Зашел в избу и расспросил, о чем они ревут. Они рассказали ему. Посмотрел на них Иванушка, плюнул наземь и сказал: «Тьфу, вы, шальные, испужали меня до смерти; пойду я куда глаза глядят; если найду дичее да дурнее вас, ворочусь тогда к вам, а не найду — не видать вам меня более». Ушел. Только его и видели старик со старухой.

Подошел к дверям, маленько приотворил (рис. Л. Альбрехта)

Долго ли, коротко ли шел Иван, да дошел до избы. Заходит в избу, а в ней тоже живет старик со