Мне нужно уехать из квартиры до того, как Рома приедет "на завтрак". Я просто не выдержу этого. Эта мысль приносит одновременно облегчение и тревогу. Начинаю мысленно составлять план действий, чувствуя, как адреналин прогоняет усталость бессонной ночи.

Примерно в пять утра он пришёл. Я почувствовала, как дверь тихо отворилась, и поспешила закрыть глаза, делая вид, что сплю, затаив дыхание. Прислушиваюсь. Сквозь полумрак я слышу, как он сначала заглянул к сыну, потом мягко прошел к нашей спальне, осторожно ступая, чтобы не разбудить нас. Наконец, шорох его пальто, звук того, как он снимает часы, и лёгкий, едва заметный запах улицы, которым он пахнет — дождь, холодный воздух.

Когда он уходит в душ, слышу, как потекла вода, звонко отражаясь от плитки. Я медленно поднимаюсь с кровати, чувствуя, как сердце начинает ускоренно биться. Беру его рубашку с кресла у стены и, не сдержавшись, подношу её к лицу. Мягкая ткань на ощупь, тёплая после его тела. Вдыхаю — его запах окутывает меня полностью, теплый и насыщенный, с горьковатыми нотами древесного аромата, с каким-то особым оттенком, который можно найти только на нём. Пахнет как дом, как безопасность, как всё, чего я так отчаянно боюсь потерять.

Прищурившись, я внимательно осматриваю воротник, вглядываясь в мельчайшие детали, и ничего подозрительного не нахожу. Легкое облегчение накрывает меня, но за ним тут же приходит укол вины: разве я так ему не доверяю? Боже, как же я его люблю... В груди отзывается тёплая волна, когда вспоминаю, как он держал меня, как нежно прижимался ко мне. Я любила засыпать, чувствуя его руку на себе, и тянуться к его волосам, теребить их, уткнувшись носом в его шею, пропитываясь его запахом. Он — то единственное, что всё ещё мне нужно.

Слышу, как вода перестала литься. Словно застигнутая врасплох, быстро возвращаю рубашку на место, мягко складываю её так, будто и не прикасалась. Скользнув обратно в постель, натягиваю одеяло и, снова затаив дыхание, закрываю глаза, делая вид, что сплю. Но спокойствия во мне нет.

Я знаю его... по крайней мере, думала, что знаю. Он, конечно, не стал бы делать это в одежде, да и не тот он человек, чтобы изменять так вот, наспех, чтобы оставлять следы. Или я ошибаюсь? Или же я лишь выстроила образ в голове — образ, который сейчас рушится под тяжестью моих собственных страхов? Никогда бы не подумала, что окажусь в таком состоянии, когда моё доверие начнёт рассыпаться, как песок сквозь пальцы. Но теперь сомнения нарастают, наплывают, как волны на берег, затапливая меня, отнимая равновесие и уводя куда-то в темноту.

Эта паранойя — словно моя постоянная тень. В голове эхом звучат слова Светы, снова и снова, будто набатом, заставляя меня анализировать, перекручивать, искать скрытый смысл. Света… Теперь я уже не знаю, что в её словах правда, а что ложь. Но отчего-то внутри нарастает ощущение, что за её словами скрывалось что-то большее… Возможно, тревога, возможно, зависть… или желание занять моё место рядом с ним?

Так и не долго себя загнать… Пытаюсь отмахнуться от этих мыслей, заставить себя не верить слухам. Но они слишком реальны, слишком живы, и это ощущение реальности заполняет всё внутри меня. И от этих мыслей хочется сбежать, словно от надвигающейся угрозы. Но куда? Ведь всё это — только в моей голове.

Зарывшись под одеяло, я скрутилась калачиком, сжалась, как будто это укрытие способно защитить меня от собственных мыслей. Тонкий, почти прозрачный барьер ткани кажется нелепым щитом, хрупким, но всё же дающим иллюзию безопасности. Я ощущаю себя героиней дешёвой мелодрамы, где эмоции нарочито гипертрофированы, где каждый шаг кажется абсурдным, а действия — беспомощными. Что я делаю? Что за жалкая картина...

Это не я. Внутри пульсирует это чувство — едкое, как привкус железа. Я ведь сильнее этого. Ведь я умею быть уверенной, стойкой. Этот порыв слабости — лишь временная тень, иллюзия, от которой вскоре останется лишь лёгкий привкус, как после дурного сна. Я могу просто проснуться и развеять этот страх, если только позволю себе...

Нужно поговорить с ним. Без упрёков, без подозрений, просто как с человеком, которого я люблю. С ним, с моим любимым, с тем, кто всегда был рядом.

Он приходит и ложится рядом, притягивая меня к себе, как