В мрачной тени вековых дубов темнело несколько старинных заросших вьюном и мхом склепов.

— Это прадед генерала с женой, а это его отец и мать, — Пирс указывал по порядку на склепы. — А это первая жена генерала Габриэлла и ребёнок…

— Жена и ребёнок?

— О них почти никто не знал, генерал держал в тайне наличие семьи.

Сердце пронзительно заныло, как будто его сжала тяжёлая мохнатая лапа. Боль, ревность, горечь затопили грудь. Но прежде всего — бесконечная жалость к ней, к Габриэлле, и малышу… Ведь они не просто так лежат здесь, на кладбище.

— Что с ними случилось? — проговорила я сдавленным голосом.

— Генерал был женат недолго, всего пару месяцев, — проговорил полковник. — Они с Габриэллой были истинной парой. Он прятал её от Ульриха, но демон добрался до неё и убил. Габриэлла ждала ребёнка. Дракон Асгарда тогда тоже погиб, не выдержал потери истинной.

Я стояла, словно оглушённая, и глядела на серый холодный камень гробницы. Шайн тревожно прижимался к ногам, я гладила его по голове, стараясь унять дрожь в пальцах. История Данкана поразила меня в самое сердце.

— После смерти дракона от Асгарда осталась только человеческая оболочка. Он жил лишь одержимый местью Ульриху, но от его руки сам и погиб, — горько добавил Пирс.

К горлу подступил тугой болезненный ком. Дышать было тяжело, сердце резало и кололо раскалёнными иглами.

Было невыносимо жаль генерала.

А у меня, получается, не было даже шанса, чтобы он меня полюбил, — у него была истинная до меня. Я такая глупышка, любила его. Очень.

Но что теперь горевать? Асгарда нет. Зато есть сын. Я должна быть сильной и позаботиться о нём.

А ещё есть дракон… — я подняла голову к небу, — дракон, который защищает нас с Дэви.

Я вгляделась в очертания могучего зверя. Строгий профиль, шрамы на теле… Стоп, а откуда у духа могут быть шрамы?

Господи… Это не дух-защитник, которого послал Асгард… Это и есть сам Асгард… Это его зверь! Но если дух зверя жив, то может ли быть жив сам генерал?

Столько вопросов… Нужно рассказать леди Элеоноре — может быть, она сможет помочь в объяснении?

Я почувствовала усиливающуюся вибрацию артефактов на груди и поспешила вернуться к Дэви. Взяла малыша у леди Элеоноры и прижала к груди.

Тревога нарастала.

На дороге показалась белая карета. Внутренним чутьём я поняла, что к нам едет Клаудия.

Чёрный дракон на небе снизился, накрыв поле сумрачной тенью.

Лакей открыл дверцу, и блондинка в длинном плаще изящно вышла из экипажа, направляясь к нам.

Майкл вздрогнул, увидев Клаудию.

Ведьма скользнула по всем присутствующим надменным взглядом и на секунду задержала взгляд на племяннике леди Элеоноры.

Затем повернулась ко мне.

— Значит, с королевским представителем ты договорилась, Лилиана? Сказала, что все обязательства выполнила? — фыркнула Клаудия. — Только забыла засеять поле, да? Ахаха, какая ты глупенькая! Я уже послала за чиновником, пусть посмотрит, как ты тут трудишься, пчёлка ты наша! А вот и мой киркоул! Отдай его сюда!

Глаза Клаудии сверкали, как два чёрных сапфира, она хищно уставилась на пятнистый белый хвост, торчащий из-под моего экипажа. Киркоул забился туда от страха.

Клаудия приказала своим слугам:

— Что стоите⁈ Схватить его!

— Не позволяйте ей, полковник! — выкрикнула я.

Пирс преградил путь слугам Клаудии, а для убедительности разжёг на ладонях голубые магические шары. Ух ты, полковник имел сильный магический дар!

— А ну, не подходите, гадёныши! — выпалил военный. — Я человек суровый и головой ударенный, никого не пожалею! Мне терять нечего!

Люди Клаудии испуганно переглянулись и попятились к своей хозяйке.

Леди Элеонора, увидев магию Пирса, широко раскрыла глаза и прикрыла пальцами рот, бледнея на глазах. Не упала бы в обморок!

— Леди Элеонора, что с вами? — забеспокоилась я.

— Да так, ничего… — чужестранка тряхнула головой, словно смахивая наваждение. — Всё в порядке, дорогая.

— Ладно, Клаудия, повеселилась и хватит! — выпалила я. — Забирай своих людей и поезжай прочь с моей земли!

— Разбежалась! Я дождусь чиновника! — прорычала блондинка, скрестив руки на груди.

— Я без тебя его прекрасно подожду. Уезжай, слышишь? Полковник, проводите леди Асгард!

Пирс не успел сделать и шага, как с неба посыпался град молний, ударяя под ноги Клаудии и её слугам. Одна из вспышек даже шарахнула по их карете, и кони встали на дыбы, но конюх удержал напуганных животных.

В воздухе снова заискрило, и Клаудия, не дожидаясь новой порции драконьей магической атаки, направилась к своему экипажу.

— Всё равно я заберу своего киркоула и изгоню тебя из поместья, Лилиана! — выкрикнула она в окно кареты, отъезжая. — Чем сильнее ты сопротивляешься, тем сильнее будешь жалеть, запомни!

50

Ведьма укатила. Артефакты перестали дрожать на груди, но сердце продолжало неистово колотиться.

Майкл стоял, плотно сжав губы и кулаки, и глядел вслед ведьме. Чем-то она его зацепила.

— Нужно действовать… встретить чиновника и не пускать сюда! — проговорила я. — Пирс, поедемте со мной, постараемся его перехватить. Леди Элеонора… Леди Элеонора! Вы в порядке? — я потрогала женщину за плечо: она была сама не своя, смотрела на Пирса, как будто увидела призрака.

— А? Да, Лили, нужно перехватить и перенаправить… — кивнула чужестранка.

— Вы сможете с Майклом остаться на поле, пожалуйста, и проконтролировать окончание работы?

— Конечно, леди Лилиана, мы останемся, — кивнул Майкл. — Поезжайте навстречу чиновнику.

Солнце окончательно скрылось за лесом, резко похолодало, поднялся ветер. Дэви на руках завертелся и начал капризничать, прося кушать.

Мы с Пирсом сели в экипаж. Шайн, как обычно, устроился рядом со мной на сиденье. В карете было тепло и уютно. Я накрылась плащом и принялась кормить голодного сына.

Когда кормила, всегда успокаивалась, испытывая большое удовлетворение и бесконечное счастье. Но сейчас сердце в груди не унималось: на кону вопрос, останусь ли я хозяйкой поместья, или Клаудия у меня всё отберёт⁈

Мы остановились на развилке: одна дорога вела к особняку, другая в город, две другие — в поля да деревни. Мы стали ждать.

Пирс с Джоном бродили вокруг кареты, пока я переодевала Дэви в сухой костюмчик — хорошо взяла с собой запасной. Сын хорошо покушал и теперь крепко заснул. Сама я очистила своё платье и ботиночки магией созидания — она помогала вернуть первоначальный вид вещам.

Тяжёлый выдался день. Ноги гудят, руки, спина, шея — всё ломит и готово отвалиться. Но если всё получится, то завтра будем с сыном спать в обнимку до обеда очень счастливые!

Да, и с тобой, конечно, Шайн! — я погладила киркоула по голове,