– Привыкаешь, – небрежно отмахнулся он.

Но я чувствовала фальшь в его словах. Вся его поза кричала о том, что ему некомфортно говорить об этом.

– Зато в моём положении есть свои плюсы, – вдруг дерзко усмехнулся он, умело меняя тему разговора и возвращаясь к своему привычному образу заносчивого наглеца. – Я не вижу, насколько грязное у тебя сейчас лицо после нашей беготни по лесу. Держу пари, ты похожа на болотную ряску.

– Ах ты бессовестный! – искренне возмутилась я. Сочувствие как рукой сняло.

Я схватила сухую шишку, валявшуюся на полу возле очага, и со злостью швырнула в него.

Вейн, снова забывшись, ловко поймал её рукой. Его пальцы сомкнулись на шишке за долю секунды до удара. А потом, резко спохватившись, он сделал вид, что это чистый рефлекс на шум. Парень неуклюже разжал пальцы, выронил шишку на пол и выдал совершенно нелепое:

– Что это было? – с явной издёвкой произнёс парень.

Я громко рассмеялась. Впервые за эти безумные, полные животного страха дни мне было по-настоящему весело. Мой смех звонко разнёсся по тесной комнатке.

– Знаешь, – сказала я, с улыбкой глядя на огонь. – В моём мире слепые люди не бегали по лесам с такой нечеловеческой скоростью и уж точно не ловят летящие предметы. Ты ужасный актёр, Вейн, тебе бы поучиться искусству обмана у базарных шарлатанов.

Парень напрягся. Его рука медленно, почти незаметно опустилась на лежащий рядом посох.

– Что ты имеешь в виду? – очень осторожно спросил он. Его голос стал холодным.

– Я имею в виду, что ты точно видишь гораздо больше, чем пытаешься показать, – хмыкнула я, потирая замёрзший нос. – Но мне плевать на это. Главное, что ты вытащил меня из той башни и спрятал подальше от некроманта. А с твоими личными секретами, рунами и зрением мы разберёмся позже.

– Почему ты иногда говоришь «в моём мире»? – с любопытством спросил Вейн. В его голосе читалась неуверенность, будто он не хочет обижать меня своим вопросом, но и ежу понятно, что он уводит разговор в сторону.

Я на мгновение осеклась и задумалась, что ему ответить. И нужно ли вообще говорить, что я не «местная».

– Не хочешь, не говори, в любом случае, я не ощущаю в тебе зла, – заметив мою заминку и долгое молчание, парень отмахнулся, давая понять, что жалеет о своём вопросе.

– Я попала в этот мир случайно, – выдохнула я, глядя прямо на чёрную повязку с синими рунами на его лице. – Случилась трагедия, ну, или комедия, тут как посмотреть. В общем, меня сюда занесло из другого мира. Я ещё не привыкла к вашим порядкам, поэтому ты иногда будешь слышать от меня странные словечки. Дебет, кредит, ипотека, антибиотики, налоги… Я сомневалась, говорить тебе или нет, а потом решила, что хуже уже не будет! Призналась, во благо нас обоих, чтобы ты понимал, что за ненормальная женщина сидит рядом с тобой.

Вейн сидел тихо, его рука, крепко сжимавшая деревянный боевой посох, чуть расслабилась. Парень наклонил голову вбок, слушая мой рассказ, а потом тихо, с явным облегчением рассмеялся.

– Ты невыносима, принцесса, – хмыкнул он, откидываясь спиной на бревенчатую стену лачуги. – И слишком умна для своего блага. Нормальные барышни падают в обморок от одного вида лесной чащи. А ты сидишь тут и рассказываешь мне небылицы про какие-то непонятные «налоги».

– О, налоги – это самое страшное зло в любом из миров, поверь мне, – серьёзно кивнула