Доставили сюда и Лину. За ней пришлось съездить лично. Силы были на исходе, но оставлять её в городе, где каждый полицейский искал спутницу «террориста-цесаревича», было безумием. По всем информационным каналам уже крутили её ориентировку с подписью «Особо опасна». Сулили щедрую награду за любые сведения о девушке. Вопрос о том когда её найдут был вопросом времени. Поэтому доставив освобождённых заложников в бункер, и немного переведя дух, мы с Мещерским на незаметной машине выдернули Лину из дешёвой гостиницы в которой я её оставил. Девушка втиснулась на заднее сиденье с ноутбуком в охапке, её глаза горели не страхом, а лихорадочной сосредоточенностью.

Теперь, весь наш скромный штаб оппозиционных сил сидел в кабинете управления — просторном зале с дубовым столом, картами на стенах и большим экраном, на который можно было вывести данные с любого терминала в бункере. Места хватило бы на сотню людей, но сейчас за столом сидели лишь мы трое. Воздух был прохладен и тих. Где-то в углу, в складке теней, у самого потолка, висела едва уловимая рябь — незримое присутствие Шута. Он слушал.

Глава 12

План

— Каков план? — спросил я, откинувшись в кресле. Голос звучал ровно, но напряжение проступало в каждом слоге. — Ещё вчера я предложил бы простое решение — проникнуть во дворец и прикончить Императрицу. Но сегодняшняя стычка с особо ретивым младшим Магистром показала — не стоит рисковать.

Мещерский, сидевший напротив, медленно покачал головой. Его лицо, освещённое мягким светом лампы, казалось высеченным из камня.

— Вы правы, не стоит, Ваше Высочество. Как только Её Величество затеяла этот переворот, она в тот же день активировала древние защитные механизмы Зимнего Дворца. Это не резиденция. Это одна из самых мощных магических крепостей на континенте, фундамент которой закладывали ещё при Петре Первом. Система «Часовых» — специальных артефактов предназначенных на поиск и уничтожение врагов, сканирует всё пространство в самом дворце и на несколько миль вокруг него по всех мыслимых и немыслимых диапазонах. Любой незваный гость будет обнаружен. И уничтожен. — Он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза. — Думаю, даже ваш… артефакт вам не поможет пройти незамеченным. Пройти можно только если вас пропустят.

Хм. Очень сомневаюсь, что артефакты простых смертных магов способны распознать мой Морок. С другой стороны… какой ценой? Каких сил будет стоить его поддержание на протяжении нескольких миль под непрерывным сканированием этих… «Часовых»? Цена его поддержания может оказаться попросту неподъёмной. Резерва хватит на минуты.

Но я ничего не сказал об этом, лишь спросил, откинувшись на спинке кресла.

— Любой уничтожен? Даже урождённый по крови Романов Тот, чья кровь несёт ту же метку, что и в фундаменте этой крепости?

— Не знаю, — честно признался князь, пожимая плечами. — Система создавалась для защиты от внешних угроз. Для родни Императора должна быть безопасна. Но я не могу ручаться что её не перенастроили за это время. Рисковать, Ваше Высочество, я бы не стал.

Лина, устроившаяся с ноутбуком в углу стола, оторвалась от экрана.

— А информационно? Если физически нельзя — может, ударить по репутации? У меня уже есть видос…

— Какой-такой ещё «видос»? — брезгливо перебил Мещерский, с холодной неприязнью посмотрев на девушку.

Лина ему сразу не понравилась. Он в штыки воспринял информацию о том, что ему, князю Мещерскому, как простому таксисту, придётся лично ехать за несколько сотен километров, чтобы привезти какую-то «девчонку из народа». Но спорить со мной не стал, лишь понимающе хмыкнул, пробормотав что-то про «молодо-зелено».

Потом, когда я настаивал на присутствии Лины на импровизированном «военном совете», он всё же попытался возразить:

— Александр Николаевич, простите, но разве вашей… присутствие вашей… избранницы обязательно? Я даже своему старшему сыну запретил тут присутствовать. — хмуро спросил он, сделав многозначительную мину.

Избранницы? Он что, решил, что мы любовники? Глупость.

— Обязательно, — отрезал я, даже не утруждая себя объяснением.

— А вот такой. — напомнила о себе Лина развернув ноутбук экраном к Мещерскому.

На экране, под приглушённые, но мощные аккорды эпической музыки, с безупречными переходами и кинематографическими эффектами, разворачивался короткий но насыщенный ролик. Начало — ужасные кадры. Моменты где Лину избивают. Пытки. Долгий, допрос, в ускоренной перемотке с таймером в углу. Как выпрашивают о моём артефакте. О том кто мне помогает. С кем я веду дела. Выпытывают любую информацию обо мне. Как угрожают. Убеждают.

Музыка набирает мощь. Далее — моё появление и путь к её камере, проложенный кровью. Схватка с отрядами СИБ. Короткие отрывки, выхваченные из разных углов камер: молниеносные перемещения, удары, падающие тела. Всё смонтировано так, чтобы подчеркнуть нечеловеческую скорость, точность, безжалостную эффективность.

Вновь камера Лины. Над залитой кровью девушкой склоняется фигура со спущенными штанами. Слышен хриплый голос: «…Неужели ты и правда думаешь, что это Цесаревич за тобой пришёл, оттого и тревога? Серьёзно? Хватит этих глупых игр в шпионов. Ему сейчас не до тебя. Ты лучше о себе подумай…». Кадры передают весь ужас, всю безысходность положения несчастной пленницы. У зрителя такие кадры вызовут ненависть ко всей системе, которую олицетворяют палачи. Затем — резкий переход. Взрыв. Вылетевшие створки двери. В проёме, окутанная дымом и тенями, возникает моя фигура.

Музыка на миг замолчала.

«— Чем мы тут занимаемся» — тихий, хриплый голос пробирал до мурашек.

Кульминация: я вхожу в комнату пыток, срываю с неё ремни, поднимаю на руки. Финальный кадр — мы уходим в темноту коридора, а за нами остаются только тела и тишина. Кадры с капитаном Волковым были разумно вырезаны — Лина не хотела создавать проблем офицеру, сохранившему честь.

Ролик замолкает. В кабинете наступает тишина, нарушаемая лишь тихим гулом системы вентиляции.

Мещерский смотрел на экран, не меняя выражения. Но его пальцы, лежавшие на столе, слегка постукивали по дереву — верный признак работающей мысли.

— Примитивно, — наконец произнёс он. — Но… надо признать, сделано красиво. Качественно. Эффектно. Именно то, что нужно для толпы. Это создаёт образ. Не жертвы. Не беглеца. Мстителя. Силы. Для тех, кто уже сомневается в официальной версии, это будет искрой.

— Это и есть цель, — кивнула Лина, закрывая ноутбук. — Я могу залить его куда-нибудь, должен будет разлететься… Например, создать левый аккаунт в Импертубе… Правда, смогут по IP и метаданным отследить…

— Нет! — Мещерский резко перебил её, подняв руку. — Отследить не отследят, это слишком сложно. Но заливать всё равно никуда не надо. Это слишком мелко.

— Что вы предлагаете, князь? — я уловил в его глазах ту самую искру холодного, расчётливого воодушевления, из которой