вдребезги разбившееся зеркало. Она по-прежнему не поднимала головы, восстанавливая дыхание и силы.

– Льюис! – в ужасе заорала Ная.

– Больше ты им не воспользуешься, – выплюнул он.

Лиз все еще пыталась осознать произошедшее. Ее тело не слушалось, будто энергия, которую из нее вырвали, оставила пустоту. Голова шумела, как после тяжелого удара, а сердце рвано колотилось в груди, грозясь не то вырваться наружу, не то вовсе остановиться.

– Ты в порядке? – Льюис опустился на колени рядом с ней, касаясь ее спины. Его голос был мягким, но в нем звучало напряжение, как струна, готовая оборваться.

Лиз подняла голову и встретилась с его обеспокоенным взглядом. В горле пересохло, и ей потребовалось несколько секунд, чтобы хоть что-то выдавить.

– Это… было… ужасно, – прошептала она. Ее голос звучал хрипло, словно она весь день кричала.

Льюис поднялся и сжал ее руку, будто пытался передать ей часть своей силы.

– Я больше не позволю тебе участвовать в этом, – твердо заявил он, его взгляд скользнул к Нае. – А ты, Ная, молись, чтобы у твоей выходки не было последствий.

Ная, казалось, собиралась возразить, но, встретив его яростный взгляд, сдалась. Она опустила голову, руки дрожали – она и сама была напугана до смерти.

– Я не знала… Я думала, что все будет иначе, – пробормотала она, не поднимая глаз.

– Ты играла с тем, чего не понимаешь, – резко ответил Льюис. – И поставила Лиз под угрозу.

Он помог Лиз подняться на ноги, осторожно поддерживая ее за талию, и повел к выходу из чертога. Лиз шагала медленно, ее ноги были ватными и плохо слушались. Она почувствовала, как вечерний воздух охватывает ее, освежает и немного отрезвляет.

За пределами чертога все казалось слишком реальным, слишком ярким несмотря на глубокие сумерки. Лиз остановилась, опираясь на плечо Льюиса, и глубоко вдохнула прохладный вечерний воздух. На ее губах появилась слабая улыбка – не от радости, а от осознания, что она снова в реальном мире, вырвалась из мрака, в который Ная ее затянула.

– Спасибо, что вытащил меня, – тихо сказала она, чуть крепче сжимая его руку.

Льюис повернулся к ней, его лицо все еще было серьезным и взволнованным, но в глазах теплилась забота.

– Не хочу тебя пугать, но ты могла погибнуть. Этот обряд… Девчонки не расшифровали его до конца. Но Ная вбила себе в голову, что он сработает. Она давно хочет снискать снисхождение Совета и возродить ковен. Увидела возможность и решила ею воспользоваться, наплевав на все риски.

– Не стоило ей доверять… – слабо проговорила Лиз.

– Не стоило, – кивнул Льюис, ведя ее мимо бутылочного дерева. – Она не сказала, что могло случиться с тобой во время обряда, ведь так?

Лиз нахмурилась.

– О чем ты?

– Если бы обряд прошел так, как она планировала, то дух Мистерии использовал твое тело как сосуд. Для этого нужно было зеркало. Я даже не хочу думать, что бы произошло, если бы в тебя вселился Бафомет или кто это был…

– А что потом? – пытливо спросила Лиз.

Льюис поджал губы. Помолчав, он процедил:

– После проведения обряда ты могла лишиться души. Риск очень велик. Поэтому обряд и не проводили. Не потому, что у девчонок не хватило бы энергии, как тебе соврала Ная. А потому, что никто не хотел подставлять ни себя, ни другого.

– А меня не жалко, – сухо бросила Лиз, начиная понимать мотивы Наи. Она должна была отказаться от всего этого сразу, как только нехорошее предчувствие кольнуло ее сомнениями.

– Молли и Карла отказались в этом участвовать, – поспешил заверить ее Льюис. – Поэтому в чертоге вы с Наей были вдвоем.

Лиз слабо дернула плечом, глухо и со смесью обиды произнеся:

– Но они и не предупредили меня.

С одной стороны, она могла понять поступок Наи и отношение ведьм. Она не была с ними добра и часто поступала низко, а порой даже подло. Но Лиз никогда не позволяла себе выходок, которые могли физически навредить «Лостширским ведьмам».

– Они думали, что сумели отговорить Наю, – вкрадчиво добавил Льюис. – Повезло, что Молли и Карла выходили из «Тыквенного фонаря» как раз в то время, когда ты направлялась во Мжуть. Они сразу поняли, что Ная их обманула, и связались со мной.

– А почему они сами не догнали меня? – с вызовом спросила Лиз, все еще не снимая с них вины.

Льюис тяжело вздохнул, слегка прищурив глаза, будто раздумывал, как лучше ответить.

– Потому что испугались, – честно сказал он. – Они не хотели противостоять Нае, она их лидер. Но я думаю, дело не только в этом. Они все еще испытывают к тебе смешанные чувства.

Лиз подняла на него взгляд, ее глаза сузились.

– Смешанные чувства?

– Да, – Льюис кивнул. – Насмешки так просто не забываются. Но они точно не хотели, чтобы с тобой что-то случилось. И, возможно, в глубине души они даже надеются, что ты станешь частью их круга. Настоящей частью. Даже после всего.

Лиз почувствовала, как ее сердце сжалось. Она вспомнила, как часто высмеивала их, как считала «Лостширских ведьм» жалким школьным клубом с бутафорией и нелепыми гаданиями. И все же ведьмы не были такими простыми, какими она их видела. Их страхи, их обиды, их надежды… Все это было куда сложнее и глубже.

– Значит, они решили, что лучше послать тебя расхлебывать то, на что решилась пойти Ная, – холодно заметила она.

Льюис криво улыбнулся.

– Лиз, я… – он осекся, как будто собирался сказать что-то важное, но передумал. – Я никогда не останусь в стороне, зная, что ты в опасности.

Его слова прозвучали просто, но в них была искренность, от которой Лиз стало неловко. Она отвела взгляд, чтобы скрыть вспыхнувшую на щеках краску.

– Спасибо, – пробормотала она. – Ты спас меня. И… возможно, не только меня. Ты предотвратил… что-то зловещее. Я больше не позволю Нае использовать меня. С меня хватит. Больше никаких походов в чертог. Никаких «Лостширских ведьм».

Они пересекли мост, и Льюис с сомнением покачал головой:

– Ты еще не готова…

Лиз перебила:

– Справлюсь сама! Ты уж извини, но я предпочту держаться подальше от Наи и заодно от Молли с Карлой. Передай им спасибо за предупреждение, но я больше не хочу иметь с ними