и не нуждаюсь в дополнительных тычках. Каждое движение, каждый жест вы обговариваете со мной.

Совершенно спокойно он положил свою руку поверх моей.

— Доверие, леди Церингерен. Мы либо пройдем этот путь вместе, либо проиграем в самом начале.

Через минуту нас окружили репортеры.

— Это правда, что вы изменяли мужу, госпожа?

— Как и кем доказано, что ваш мальчик от повелителя Вельзевула? Трое экспертов из трех опровергают, что матерью могла бы стать представительница другой расы… Только высшая демоница.

— Дорогу! — взревел Деус во всю мощь легких и почти вынес меня из толпы.

Глава 36

Первое слушание и в самом деле проходило в храме Криволапых. Это был средних размеров шатер с потолком, взмывающим ввысь, что не свойственно адским зданиям. Я не сомневалась, что где-то здесь спрятана шахта, уходящая вглубь. Каждый храм обязан иметь прямой выход к горнилам. Иначе куда скидывать принесенную Бездне жертву?

Внутренние колонны образовывали полукруг. Многие из них представляли собой статуи чудовищ, постройневших и вымахавших вверх. Конечности прилегали довольно плотно. Но я все равно боялась, что пройду слишком близко и зацеплю платье о торчащий коготь.

На месте алтаря располагалась уже знакомая длинная закругленная кафедра. Перед ней полуамфитеатром поднимались ряды кресел, разделенные на левую и правую зоны. Нижний ряд располагал еще двумя столами. Их отделяли от кафедры локтей семь, не больше.

Между столиками — перегородка, похожая на стальную. Видимо, магический щит активируют, когда мы с Маркусом займем каждый свое место.

Я успела рассмотреть так много, потому что Деус не позволял пройти дальше. Репортеры как раз рассаживались на верхних ярусах амфитеатра. Те, кто караулил нас на улице, тоже спешили внутрь.

Однако адвоката от меня резко дернул Виттен, схватив Дэва за плечи сзади. Волосы у герцога элегантно шевелились, как змеи. С расой горгон его ничего не объединяло, но супруг, очевидно, снова умудрился пробить нижнюю границу собственной ярости. Под его лакированными туфлями занимались язычки пламени.

— Этот бред с экспертами устроил ты? Убогий фигляр! Мой ребенок признан Пламенем, я подтвердил родство самолично. Как ты смеешь бросать тень на нашу фамилию?

Деус сделал едва заметное движение. То ли пожал плечами, то ли распрямил спину. Первого герцога повело назад на один шаг. Вокруг затрещало, словно кто-то разорвал кусок ткани. Это сырая магия натолкнулась на столь же мощное противодействие.

Процесс уже официально начался и проходил под сенью Горнил. Использовать огонь здесь было запрещено, поэтому в ход пошли остальные стихии.

На этот выброс отреагировали оба секретаря. Круст заводил по-совиному круглыми глазами из стороны в сторону, Аргус принялся принюхиваться.

И чего они оба кривляются? Ясно же, чтобы найти источник проблемы, достаточно найти Вельзевула. Круст, действительно, приблизился к нам и отвесил светский поклон.

— Прежде чем мы начнем, Ваша Светлость, придется квалифицировать ваше воздействие. Это было нападение на адвоката или угроза без применения силы?

Он, наверное, издевается… Как это без применения, если от количества выброшенной в воздух энергии старенький храм пошатнулся. Впрочем, если Виттена запрут в клетку, то продолжать будет еще более затруднительно. Начнем с того, что он и не позволит к себе приблизиться в присутствии стольких репортеров. Тщеславие и самодурство всегда при нем.

К нам уже спешила Веренея. Надеюсь, до нее вскоре дойдет, что оставлять клиента нельзя даже ненадолго. Он у нее буйный. К моему изумлению, леди не стала обращаться к герцогу, а сразу заворковала с секретарем.

Она улыбнулась Крусту так, что у того, наверное, перед глазами пошли разноцветные разводы. Вид у него сделался глупый и счастливый одновременно… Хм, я полагала, что это между ангелами и демонами искрило. Нет, у Веренеи искрило с любой расой.

Сегодня ее юбка оказалась ещё уже. Клятье, да у нее видны колени в тонких чулках телесного цвета. Теперь понятно, почему Круст мгновенно засахарился и растекся, как ягодная нуга.

Я подняла взгляд выше. Под обтягивающей блузкой, на этот раз без жабо и рюшечек, заметны очертания корсетного лифа… Сразу потянуло на философию... Почему одной можно хоть голой на улицу выйти — и все равно она недоступная леди? А другую, как ни наряди, из-под шелков выглядывала троллиха.

Тут тоже были свои плюсы. Мужчины, может, и раздевали меня взглядом и даже в скромных платьях принимали за даму полусвета, но только я делила их на доступных и недоступных. Кого-то уложила бы ударом кулака, против другого понадобилось бы применить дубинку — и только затем тащить добычу в пещеру.

Утонченная леди из меня не выйдет. Никогда. Однако Виттен не отводил глаз. Как он, с его аппетитами, до сих пор контролировал себя рядом с адвокатшей?

Если бы не чутье, которое утверждало, что его последней женщиной была Лючия, то я бы настаивала, что герцог и Веренея делали это по дороге к храму и несколько раз… Только возникал другой вопрос: какая мне разница?

Сумасшедшие глаза Виттена доказывали, что про нас с Деусом он думал то же самое. Причем без остановки.

— Их Светлость тяжело переживает, что рядом с его супругой постоянно находится такой демон, как мистер Деус, — озвучила мои мысли Веренея. — Фактически, речь идет о перманентном состоянии аффекта. Герцог отлучен от собственной семьи. Я направила обращение к судье Петреусу со ссылкой на медицинские заключения. Поэтому на такие незначительные мелочи, как текущий инцидент, не обращаем внимания. Мы это согласовали.

— Вот и ответ на вопрос, Виттен. Вот кто у нас привлекает экспертов. Я не стал бы порочить свою клиентку. Нашей стороне твои рога ни к чему. Но, видимо, адвокат решила, что это дело выиграет тот, кого сочтут жертвой. А кто может быть более жалким, чем обманутый муж?

Веренея чуть приподнялась над полом. На миг показалось, что сейчас она расправит крылья. И либо улетит, либо возьмется за мечи и настрогает нас соломкой.

— Ее Светлость не хранила верность мужу. И, разумеется, это будет приобщено к делу.

Она развернулась и направилась в сторону амфитеатра оставив за собой последнее слово. Деус и Маркус так и стояли друг против друга. На герцога страшно было смотреть.

— Ты бы разобрался с собственным адвокатом, дружище. Даже полный придурок заслуживает сочувствия, когда он в такой глубокой… яме. Хоть раз в жизни поступи, как джентльмен. Подтверди все требования жены, рассчитайся с Веренеей и отправляйся на все четыре стороны. Или попробуй заново.

Выражение Виттена стало совсем не читаемым. Впрочем, он из принципа не согласился бы с Деусом ни в одном слове.

— У меня к тебе встречное предложение. Давай