на несколько недель задержался в Нью-Амстердаме: дела на Лонг-Айленде ему казались более важными. Наконец он прибыл с войсками в Эсопус и начал строить форт. Манси попытались свалить вину за налёты на минисинков, но Стьювесант отверг это объяснение и заявил сачемам манси: «Если вы хотите войны, вы её получите». Правда, потом он предложил выкупить спорные земли, но манси уже обиделись, и переговоры были прерваны. Стьювесант уехал, но оставил полсотни солдат в качестве гарнизона форта.

Между тем на Лонг-Айленде ваппингеры продолжали собирать дань с метоаков. К 1658 году метоаки решили поправить свои дела, перебив всех тамошних голландцев. Однако англичане предупредили голландцев. Чтобы утихомирить метоаков, Стьювесант послал против ваппингеров войска. Те обещали прекратить рейды, а голландских колонистов, которые находились в плену у метоаков, Стьювесант выкупил.

На реке Святого Лаврентия из-за убийства иезуитского священника возобновилась война французов с ирокезами. Одновременно западные ирокезы – сенека, кайюга и онондага – напали на саскуэханноков, которых поддержали их союзники манси и ленапе.

Осенью 1659 года один голландский фермер нанял нескольких манси на очистку кукурузы. В сентябре, получив обещанную плату, работники накупили бренди, напились, начали хулиганить и были перебиты голландскими «милиционерами». Так началась «Первая эсопская война».

Манси напали на голландские поселения в долине Эсопуса, захватили пленных и сожгли их живьём. Три недели они держали в осаде форт. Наконец Стьювесант, задержанный войной с метоаками на Лонг-Айленде, прибыл с двумя сотнями вооружённых людей. Манси отошли на запад в горы, однако продолжали устраивать набеги. Могикане и мохауки попытались выступить посредниками, но потерпели неудачу.

Весной 1660 года голландцы начали наступление. В марте они разрушили форт манси около Уилтмита, за чем последовали другие битвы в апреле и мае. Пленные манси были проданы в рабство на сахарные плантации острова Кюрасао. В июне ха-кенсаки ещё раз попытались выступить посредниками. Манси теперь согласились на мировую, поскольку иначе им пришлось бы воевать с могиканами и мохауками, а они и так уже воевали с сенека. По договору манси уступили голландцам большую часть долины.

В октябре 1661 года Стьювесант прибыл в Форт-Оранж и сумел заручиться поддержкой мохауков и могикан, которым совсем не хотелось воевать. В результате манси удалось утихомирить, почти не прибегая к силе.

Но в 1662 году согласие могикан с мохауками нарушилось. Мохауки узнали, что могикане снова пытаются наладить торговлю между голландцами и врагами мохауков – скококи. В 1662 году началась новая мохауко-могиканская война. А манси, воспользовавшись этим, в июне 1663 года напали на голландские поселения эсопусов, убив 24 и захватив 45 пленников.

В этой «Второй эсопской войне» Стьювесант действовал жёстче. В долину Гудзона были направлены отряды голландской милиции и вместе с ними союзные индейцы, в том числе метоаки и массапекуа с Лонг-Айленда. Манси снова отступили в горы и продолжали нападать на голландские фермы в долине. Против них была послана экспедиция Мартина Кригера. Стью-весант приказал захватить детей манси в качестве заложников, чтобы вынудить их к миру, но манси отступили ещё дальше в страну минисинков, и новая голландская экспедиция в октябре не смогла достать их. В ноябре 1663 года сачем ваппингеров помог воюющим устроить обмен пленными, но война продолжалась.

Весной Стьювесант получил приказ от руководства Вест-Индской компании уничтожить манси. На помощь голландцам пришли мохауки и сенека. Они разрушили «столицу» манси в Минисинке в верховьях реки Делавэр, разорили деревни. Сотни манси были убиты. В мае 1664 года они вновь согласились на мир с голландцами, однако их война с ирокезами продолжалась до окончательного поражения саскуэханноков в 1676 году. После этого манси покорились ирокезам.

Конец Новой Голландии

Итак, голландцы победили. Восстание манси было подавлено; но Питер Стьювесант недолго наслаждался миром.

В сентябре 1664 года в Нью-Йоркской бухте появились два английских фрегата с двумя сотнями десантников на борту. Англичане предъявили ультиматум: открыть ворота и сложить оружие. Напрасно Стьювесант умолял сограждан не падать духом – к исходу дня нью-амстердамцы поднесли ему петицию с требованием впустить англичан. Говорят, губернатор сдался, когда узнал среди подписей руку своего сына.

Так Нью-Амстердам стал Нью-Йорком.

Англичанам не пришлось особенно волноваться из-за индейцев. В 1666 году они провели перепись, и оказалось, что на Лонг-Айленде осталось только 500 индейцев – 5 % от первоначального числа. Этому способствовали не только болезни и войны, но и полное обесценивание вампума: в 1661 году он вышел из обращения. В результате тысячи метоаков перебрались в Коннектикут, в долину Гудзона и в Нью-Джерси и вскоре растворились среди других племён.

Для манси в долине Гудзона мало что изменилось: голландские колонисты остались на своих местах, а англичане подписали договора о торговле и дружбе с мохауками и могиканами, которые продолжали воевать друг с другом до 1672 года.

Однако для делавэров-унами в Нью-Джерси поражение голландцев стало поворотным моментом. Английских колонистов было намного больше, чем голландских, и захват Нью-Йорка открыл новые районы для их поселений. Голландцы по крайней мере платили за индейские земли, а англичане претендовали на землю по праву первооткрывателей и платили, только когда без этого нельзя было обойтись. В 1666 году пуритане Коннектикута основали Нью-Арк и начали расселяться в Нью-Джерси.

Племя ленапе из долины Делавэра не участвовало в войне манси, поскольку оно воевало с ирокезами на стороне саску-эханноков. Но в 1661 году саскуэханноков выкосила оспа, и вскоре эпидемия распространилась на ленапе. Война и эпидемия вызвали ещё одно массовое сокращение населения, но всё-таки победить саскуэханноков ирокезы смогли только в 1675 году. По условиям сдачи контроль саскуэханноков над ленапе перешёл к Лиге ирокезов. Вынужденные платить ежегодную дань, ленапе стали частью «договорной цепи» – неравного союза, в котором только ирокезы обладали властью и имели право говорить на совете. В целом ирокезы рассматривали ленапе и других членов «цепи» как подчинённых.

Когда англичане начали колонизировать Нью-Джерси и нижний Делавэр, ленапе были в основном им враждебны, потому что знали о дурном обращении английских колонистов Вирджинии и Мэриленда с поуатанами и нантикоками, многие из которых бежали к ленапе. Несколько стычек с английскими колонистами уже имели место в Мэриленде (1658–1661 гг.), но эта проблема была разрешена договором в 1661 году и последующей помощью Мэриленда саскуэханнокам в их войне с ирокезами. В 1673 и 1681 годах ленапе продали часть своих земель в северном Нью-Джерси англичанам, но англичане продолжали захватывать земли без оплаты. Это привело к конфронтации с соукинами, ранкоками и супнапка в 1675 году. Спор был решён на мирной конференции с губернатором Нью-Йорка Эдмундом Андросом.

Время первоначального, самого дикого колониализма подходило к концу. Теперь индейцы предпочитали решать все споры с белыми людьми в суде. Они быстро научились отстаивать свои интересы. Самовольные захваты земель прекратились.

Могикане, проиграв войну с мохауками, были вынуждены покинуть свои территории. Они продавали землю христианам-миссионерам, а сами собрались в 1736 году вокруг английского миссионерского форта в Стокбридже. Эти «стокбриджские индейцы» были единственными могиканами, которые смогли сохранить свой образ жизни. Остальные группы могикан разделились и смешались с другими племенами. Во время Семилетней войны 1755–1763 годов, охватившей весь мир, могикане вместе с мохауками боролись на стороне англичан против французов. Об этих «последних из могикан» и писал свои знаменитые романы Фенимор Купер.

Одним из известных вождей могикан был Гендрик Опомут, убедивший свой народ бороться на стороне американских штатов в Войне за независимость США. Из-за этого американцы его сегодня почитают. Но едва война закончилась и США обрели независимость, земли «стокбриджских могикан» наводнили американские поселенцы. Могикане были вынуждены покинуть эту местность и уйти на запад, в современный штат Висконсин, куда их пригласили дружественные им ирокезы из племени онейда.

* * *

Осталось сказать пару слов о Тони, который нашёл волшебную дверь из современного Нью-Йорка в Новый Амстердам.

Родители за него очень беспокоились: выдумал какую-то дверь, непонятных весквейстиков, даже притащил откуда-то корону индейского вождя из оленьих рогов, какой нет ни у одного коллекционера.

Но потом всё как-то само собой утряслось.

Волшебная дверь перестала открываться перед Тони. Точнее, открываться-то она открывалась, но за ней был всё тот же Нью-Йорк XX века.

С мисс Клэтт Тони помирился. Он вдруг заметил, что она совсем молоденькая и к тому же красивая. А кричит потому, что неопытная и не знает, как правильно себя вести с учениками.

Словом, Тони вырос.

Легенда об одиноком герое

То, что Америку открыл Колумб, знают даже двоечники.

Но Колумб обследовал