Сад был крошечным, аккуратные дорожки, несколько кустов роз, скамейка. И в центре, небольшой фонтан в виде дельфина, из пасти которого тонкой струйкой стекала вода. Теперь она была розоватой.

У фонтана, в неестественной позе, закинув голову на каменный бортик, лежал мужчина. Немолодой, с седеющими висками, в дорогом, но растрёпанном камзоле. Лицо было багровым, рот приоткрыт. Пустой взгляд уставленных в небо глаз. Рядом валялась фляжка. Из неё вылилось последнее содержимое, образовав на камнях тёмное пятно.

«Сердечный приступ на фоне опьянения» — первая, очевидная версия. Но маман не стала бы вызывать меня ради такого. Значит, было что-то ещё.

Из тени под аркой, ведущей в дом, вышла маман. На ней был тёмный плащ с капюшоном, но не было и намёка на нервозность.

— Он не должен был умирать здесь, — сказала она без предисловий, указывая на тело подбородком. — Это Пирс. Член городского совета по торговым лицензиям. Очень любил женское общество, но такое… чтобы побывать в этом обществе первым.

— В доме есть мужчины? — уточнила, чтобы понять, к чему готовиться.

— Отец семейства в отъезде. В доме только две барышни на выданье и старая няня, что уже видит десятый сон.

«Насильник», — поняла я и посмотрела на мёртвого с отвращением.

— И что случилось? — спросила я, приближаясь к телу.

— По версии девиц, он пришёл, но до дома дойти не успел, поскользнулся и ударился головой о фонтан. Утонул в трёх дюймах воды. Няня спит как убитая. Девицы в истерике. Репутация дома, их будущее, всё повисло на волоске. Если это станет известно, как смерть в доме незамужних девушек, — их сожрут. А наш покойный друг имел влиятельных друзей. Его смерть вызовет расследование, шум и ненужное внимание.

Я наклонилась над телом и приоткрыла ему веки. Точечное кровоизлияние. Но на шее ни следов рук, ни верёвки. Но успокоиться не давал странный оттенок кожи на висках, лёгкая асимметрия лица. Я осторожно повернула голову, чтобы осмотреть затылок. Под влажными волосами нащупала упругую, нехарактерную для простого ушиба припухлость.

Явно колотая рана очень тонким предметом в основание черепа или шейные позвонки.

— Он не поскользнулся, — тихо сказала я. — Его ударили шпилькой или длинной иглой, а потом инсценировали падение.

Маман молча кивнула, как будто ожидала именно этого.

— В доме кто-то есть, кроме девиц и няни?

— Только они. Служанка ушла вечером к родне. Девицы клянутся, что никого не видели.

Значит, он всё-таки дошёл до дома, но встретив отказ, не смог его принять. Девушкам пришлось защищаться, но сейчас важно было не «кто», а «как скрыть».

— Нужно переместить тело, — сказала я, окидывая взглядом сад. — Создать другую картину. Он ушёл из дома пьяным, забрёл в другое место, туда, где подобные смерти не вызывают удивления.

— Берег реки у доков, — мгновенно предложила маман. — Там каждую неделю находят парочку.

— Слишком очевидно и слишком далеко. Нет, — мой взгляд упал на каменную ограду, на узкую щель между домами. — Он решил справить нужду в переулке. Поскользнулся в грязи, упал, ударился затылком о выступающий камень.

Маман оценивающе посмотрела на забор.

— Узко. Придётся протаскивать. Оставим следы.

— Так и должно быть. Следы борьбы с самим собой. Создадим иллюзию падения. А здесь… — я указала на фонтан, — нужно убрать все следы его присутствия. Воду слить, промыть. Надеюсь, никого не посетит чувство вины.

— Шутишь?

Я хмыкнула и присела рядом с телом, чтобы осмотреть всё более внимательно и ничего не упустить.

Для начала необходимо убрать тело. Для этого подошла старая тележка для перевозки горшков, пылившаяся в сарае. Вместе, без лишних усилий, взвалили на неё тело Пирса, накрыли мешковиной. Затем я осторожно собрала все осколки стекла, тщательно проверила, что не оставила ни нитки, ни волоска, после чего посмотрела на фонтан. Вода — самая сложная проблема. Необходимых реагентов у меня просто нет. Придётся действовать: «Мы тут плитку помыли, а что такого?».

Я сделала то, единственное, что могла. Найдя на кухне мыло, развела крутой мыльный настой, настрогав мыло ножом, и щедро окропила им все потёки на фонтане и дорожке. Тщательно протёрла щёткой, добившись густой пены, и включила подачу воды.

Повторить пришлось несколько раз, прежде чем чистая вода, унесла в кусты все остатки мыльного раствора. К этому моменту я была сама взмылена, а подол платья намок и потемнел.

Мы выкатили тележку через калитку. Ночь была нашей союзницей, густой туман стелился по мостовой, поглощая звук. До нужного переулка всего несколько метров. Каждый скрип колеса отдавался в висках грохотом.

Поэтому я выдохнула, когда мы достигли нужного места. Переведя дух, я выглянула, чтобы убедиться в отсутствии свидетелей. И тут же увидела знакомую фигуру в конце улицы.

Элион шёл к нам.

Глава 22

Глава 22

Это было фиаско! Полное и бесповоротное!

Спрятавшись за углом, я прижалась к стене и затаила дыхание. Эльф шёл слишком быстро, и убежать мы уже не успеем. Более того, гул быстрых шагов, напротив, привлечёт его внимание.

Приближение эльфа я ощущала кожей. В какой-то момент мне показалось, что я почувствовала его запах. И почему он каждый раз оказывается рядом именно в тот момент, когда я совершаю преступление? Единственным спасением оставался туман. Поэтому я постаралась не выдать себя ни единым шорохом.

Я зажмурилась, когда он показался из-за угла, и на эти несколько секунд перестала дышать. Мне казалось, что сейчас он подойдёт и схватит меня. Однако разоблачения не последовало. Приоткрыв глаза, я убедилась, что он прошёл мимо, так нас и не заметив, и только после этого вдохнула.

Теперь необходимо действовать быстро.

Вытащив тело из тачки, бросила его в грязную лужу и придала телу нужную позу. Затылок о камень, длинный и острый, один точный удар. Этот удар скрыл настоящий смертельный. После чего осторожно вылила кровь так, чтобы не было понятно: впиталась ли она в землю или нет.

Теперь следы: взяв его руку, испачканную в грязи, и провела ею по стене, оставив неясные размазанные отпечатки. Потом с силой шлёпнула его ладонью в лужу, чтобы брызги грязи покрыли и камни, и его камзол. Следы борьбы пьяного человека с гравитацией. После чего стянула с него сапоги и создала траекторию шага и падения. Стараясь давить посильнее, словно прошёл грузный, шатающийся от опьянения человек. Вернув сапоги на место, я протащила тачку по тем же