— Почему? — заинтересованно уточнила я.

Он помолчал, изучая меня. Я немного заволновалась, неужели я опять сделала что-то не так?

— Пойдёмте, — сказал он наконец. — Вам нужно отдохнуть. Завтра будет сложный день.

— Почему? — спросила я, следуя за ним в дом.

— Я задержал двух наёмников. Один выжил и начал говорить.

Я замерла на пороге.

— И?

Элион обернулся. В его взгляде читалась холодная решимость.

— И он назвал имя заказчика. Не того, кто непосредственно платил, а того, кто отдал приказ, — он сделал паузу, давая словам просочиться в моё сознание. — Знакомо ли вам имя Варгос.

Варгос? Значит, маман или её «партнёры» наняли людей Варгоса. И один из них выжил и заговорил.

Теперь Элион копает глубже и может докопаться до меня. Оставаться в этом доме слишком опасно. Мало ли какая информация всплывёт, и какой вопрос он задаст.

— Лорд Элион, я думаю, мне нужно вернуться домой, пока не стало известно, где я нахожусь. Мне не хотелось бы, становиться объектом сплетен.

Он одарил меня долгим взглядом и медленно кивнул.

— Я отвезу вас домой.

— Спасибо, — проговорила я, опустив глаза.

Как-то слишком быстро он согласился. Мне срочно нужно всё обдумать.

Глава 19

Глава 19

Весь путь до дома Хауардов мы молчали. Я разглядывала эльфа из-под опущенных ресниц. Эльф же откинулся на сиденье, вытянул ноги и закрыл глаза. Он выглядел расслабленным, фактически засыпающим.

Меня это настораживало всё сильнее.

Всё выглядело так, словно он принял какое-то решение и успокоился.

Когда карета остановилась у поместья, эльф вышел первым и подал мне руку. Его пальцы сжали мои на мгновение дольше, чем того требовал этикет.

— До завтра, леди Офелия, — сказал он тихо. — И будьте осторожны.

Он отпустил мою руку, и я, не оглядываясь, почти побежала по ступеням к распахнутой двери, где уже стояла тётушка Гвинет.

— Офелия! Лорд Элион сообщил нам о покушении в храме.

— Тётя, я…

— Ни слова перед слугами! Пойдём в гостиную. Лорд Каэлен ждёт.

Она почти протащила меня по коридору. В гостиной у камина стоял мой дядя. Он не выглядел ни взволнованным, ни обрадованным.

— Офелия, — произнёс он, и моё имя снова прозвучало как обвинительный приговор: — Ты вновь попала в неприятности.

— Лорд Элион сам привёз её, — с еле сдерживаемой радостью сообщила тётя.

Лорд Каэлен медленно кивнул, его взгляд буравил меня.

— Действительно, просматривается личная заинтересованность. Брак становится не просто выгодной возможностью. Он становится неизбежной необходимостью.

Я почувствовала дрожь вдоль позвоночника. Кажется, дядя озвучил только начало и конец своих мыслей. Так что я пока не понимала, с чего он сделал некоторые выводы.

— Брак? — переспросила я.

Дядя окинул меня ещё одним внимательным взглядом и повернулся к тёте.

— Гвинет, удели должное внимание своей племяннице. А то она в последнее время всё сильнее чахнет. Она всё меньше походит на девушку, готовую к браку. Больше на ту, что предадут земле. Как она родит наследников? И вообще, они будут здоровы?

— Мне позвать лекаря? — заволновалась тётя.

— Хочешь, чтобы пошли слухи? — разозлился дядя и повернулся ко мне: — Когда лорд Элион сделает тебе предложение, не спеши сближаться с ним слишком сильно. Не забывай из какой ты семьи. Твоя задача, быть идеальной невестой: смиренной, благодарной и абсолютно, ничего не помнящей.

— Я поняла, — слабо улыбнулась я.

— Отлично, — сказал он и, развернувшись, ушёл.

Оставшись с тётей, я не спешила радоваться. Она шагнула ко мне и, схватив за подбородок, заглянула в глаза.

— Ты же не позволила лорду Элиону лишнего?

— Нет, тётя.

Тут и гадать не приходится, она спрашивает: провели ли мы с Элионом ночь вместе. Мир поменялся, а какая-то пресловутая девственность остаётся востребованным товаром.

— Хорошо, — она снова всмотрелась в моё лицо. — Тебя и правда нужно привести в порядок. Цвет лица землистый, и ты снова похудела. Стройность не синоним болезненной худобы. Впрочем, это уже не исправить. Фамильные драгоценности Лансеров! — воскликнула она. — Их нужно достать и почистить! Они станут твоим главным козырем! О, Офелия, подумать только! Ты выходишь замуж за эльфа из Серебристых Ветвей! Я всегда знала, что в тебе есть потенциал!

Когда, наконец, мне удалось укрыться в своей комнате под предлогом головной боли и усталости, облегчение я не почувствовала. Я понимала, почему тётя хочет выдать меня замуж за эльфа, а вот зачем это дяде?

«Соберись, Воронцова, паника не поможет, тут нужно действовать».

Первым делом я проверила свой тайник и только убедившись, что всё на месте, немного успокоилась. Главным оставался компромат, перед тем как передать их, нужно изучить самой.

Письма Ториана Варгосу были написаны нервным почерком. Они не только подтверждали связь, но и раскрывали её суть.

«Уважаемый Варгос, очередной платёж по долгу прилагаю. Также прошу оказать давление на гильдию речников. Голосование по квотам на перевозку руды на следующей неделе. Они должны быть против, иначе наши конкуренты получат преимущество».

«Долг за игорный стол «Чёрный Единорог» частично погашен лоббированием нашего протеже в городской страже».

Я откинулась на спинку стула. Это было даже лучше, чем я надеялась. Этого вполне хватит для того, чтобы уничтожить советника чужими руками. Теперь главное — это передать, а затем на несколько дней затаиться. Немного отдохнуть и подумать, подготовиться к следующему шагу.

* * *

Откладывать поход в бордель я не стала и пошла этой же ночью. Правда, для начала я притворилась спящей. Тётушка пришла меня проверить и так долго вглядывалась в лицо, чтобы убедиться, чтобы убедиться, что я не притворяюсь, что я на самом деле едва не уснула.

Немного подождав, я быстро оделась и накинула плащ. Сегодня уходить решила через дверь, ведущую в сад. Дорога стала какой-то привычной, словно я хожу на работу. И это как раз пугало. Честно говоря, я уже запуталась, сколько времени провела в этом мире, и единственное, что я видела в нём — бордель!

Пройдя через чёрный вход, нашла маман в той же комнате. Хитро на меня взглянув, она поставила второй бокал и налила вина.

— Как всё прошло? — спросила она, не тратя времени на приветствия.

Я положила на стол документы и взяла бокал.

— Отличное вино, — поделилась с ней мнением.

Она развернула письма, её