class="p1">— Дайте угадаю, — вздохнул я. — Временные меры, безопасность и забота о мире во всём космосе?

— Почти слово в слово.

— Прогресс, — хмыкнул я. — Ответ стандартный. Караван под защитой военных сил Земли. Требования о досмотре отклонено.

Ответ ушёл. Вежливый. Холодный. Без оскорблений. Пауза длилась ровно три секунды. Потом крейсера ускорились.

— Ну всё, — сказал я. — Значит, не договорились.

СОЛМО вышли из тени резко. Пространство повело, как воду от резкого движения. Крейсера Содружества попытались перестроиться, но уже поздно. Первый погиб мгновенно — его центральный контур управления схлопнулся внутрь корпуса, словно кто-то просто выключил физику. Второй успел дать залп — и тут же лишился половины корпуса вместе с реактором. Вспышка была короткой и некрасивой. Третий и четвёртый попробовали уйти в прыжок. Не успели. Один разорвало пополам при попытке манёвра, второй превратился в облако обломков, когда его навигационный модуль внезапно перестал быть частью реальности.

— Контакты уничтожены, — доложил оператор. — Потерь с нашей стороны нет. Наблюдаю среди обломков кораблей противника спасательные капсулы.

— Хорошо, — кивнул я. — Никого не подбираем, пусть проболтаются в космосе и подумают над своим поведением, скоро их найдут. Караван пусть идёт дальше. Без задержек. Дальше сами, группа подстраховки возвращается на базу.

Караван ушёл по маршруту. Транспортники даже не сбросили скорость. Один из капитанов потом передал короткое сообщение: «Спасибо за охрану. В следующий раз, если можно, чуть дальше от нас». Я пообещал учесть.

Это было первое нападение на конвой. И последнее в исполнении именно этой группы.

В это время разведка работала и скоро дала первые результаты. Разведчики СОЛМО искали не просто корабли. Они искали место, где Содружество чувствовало себя спокойно. Где удобно собирать силы, не оглядываясь по сторонам. Где никто не ждёт гостей. Нашли быстро.

Система без обитаемых миров. Старый перевалочный узел, списанные станции, маяки, существующие только в архивах. Идеальное место для формирования флота возмездия и одновременно — худшее, если тебя там ждут.

— Подтверждаю, — доложил начальник разведки. — Формируется армейский флот. Тяжёлые корабли, крейсера, снабжение. Не патруль.

— Сколько времени до готовности? — спросил я.

— Около двух недель. Возможно меньше.

— Значит, торопятся, — кивнул я. — Это хорошо. Спешка — наш союзник.

Ультиматум пришёл на следующие сутки.

Официальный. Красивый. С идеально выверенным текстом. Земле предписывалось немедленно прекратить «незаконные военные действия», выдать меня как «международного преступника» и восстановить блокаду до «окончательного урегулирования». В противном случае — «Содружество оставляет за собой право на силовое восстановление порядка».

Я дочитал, свернул текст и посмотрел на отца.

— Ну? — спросил он.

— Пишут уверенно, — ответил я. — Значит, ещё не поняли.

— Земля ответит, что не имеет к этим инцидентам отношения, осуждает не спровоцированное насилие, а ты и так в розыске. — Отец пожал плечами — Пока так сынок. Заметь, они не согласятся выдать тебе, не ответят, что направят свой флот на пресечение твоих незаконных действий, и вообще, ответ будет в стиле «моя хата с краю, сами разбирайтесь с гражданином Содружества Найденовым». Политика, но этот ответ многое скажет дипломатам. Это будет намек, что Земля всё же одобряет твои действия, хоть и не официально.

— Да мне пофиг, — рассмеялся я. — Ответит и ответит. Но мы раньше. Ультиматумы хороши, когда у тебя есть возможность их выполнить. А мы как раз собираемся проверить, не выдали ли им эту возможность по ошибке.

После первого конвоя стало понятно: спокойной работы больше не будет.

Следующие столкновения пошли почти по графику, словно кто-то в Содружестве поставил галочку «реагировать автоматически». Где-то пытались действовать аккуратнее — выходили из прыжка дальше, пробовали зайти с тыла, поговорить для начала, изображали «рутинный досмотр». Где-то, наоборот, лезли нагло, с ходу включая оружие, будто надеялись, что в этот раз прокатит.

Не прокатывало.

За три дня мы сопроводили ещё шесть караванов. В четырёх случаях Содружество пыталось вмешаться. Два раза — лёгкие силы, два раза — усиленные группы. Итог был одинаковый: контакт — короткая фаза непонимания — резкое прекращение существования нападавших как боеспособных единиц. Во всех случаях корабли сопровождения передавали предупреждение, что транспорты под охраной землян, а нападение будет считаться нарушением международных норм и пиратством.

После третьего такого случая атаки стали реже, но злее. Видимо, кто-то там наконец понял, что это уже не патрульная возня, а нормальная война, только без официального объявления.

И вот тогда Земля заговорила.

Официальный ответ пришёл по дипломатическим каналам, аккуратно, без лишних слов. Его зачитали на совещании штаба, без эмоций, как сводку погоды.

Земля выражала «глубокую озабоченность эскалацией насилия», осуждала «любые несанкционированные вооружённые действия и нарушение действующих международных норм» и подчёркивала, что гражданин Найденов действует «исключительно по собственной инициативе, не представляя интересы Солнечной системы».

Классика. Но дальше шёл интересный абзац.

Земля заявляла, что считает любые атаки на торговые и гражданские суда Земли и Карсы недружественными актами, оставляет за собой право на «обеспечение безопасности своих граждан и собственности» и настоятельно рекомендует всем сторонам воздержаться от действий, которые могут быть расценены как агрессия.

Я дочитал и хмыкнул.

— Ну вот, — сказал я. — «Мы ни при чём, но если что — вы сами виноваты».

— Политики, — вздохнул отец. — Но это хороший ответ. Лучше, чем прямое отмежевание.

— Более чем, — кивнул я. — Значит, коридор нам оставили.

Почти одновременно пришёл доклад разведки. Флот возмездия был готов.

Корабли Содружества вышли на финальные построения, провели синхронизацию контуров, подтянули снабжение. Армейский флот Содружества. Тяжёлый. Заточенный не для пограничных стычек, а для полномасштабных боевых действий. Два дредноута, линкоры, крейсера, носители, орбитальные станции для подавления планетарной обороны и контроля орбиты. Содружество подготовилось основательно.

— Подтверждаю, — сказал начальник разведки. — Они закончили подготовку. В ближайшие сорок восемь часов могут начать движение.

— Куда? — спросил кто-то.

— Очевидно куда, — ответил я вместо него. — К нам. К Земле.

В зале повисла тишина. Не напряжённая — сосредоточенная. Люди смотрели на карту, на отметки своих кораблей, на тонкую линию маршрута вторжения.

— Ну что ж, — сказал я наконец. — Значит, всё идёт по плану.

— По какому именно? — хмыкнула Кира с задних рядов.

Я усмехнулся.

— По плохому для них.

Я повернулся к отцу.

— Передай всем соединениям: боевая готовность — полная. Учебки сворачивать, экипажи на корабли. Доки — по ускоренному циклу. Усилить оборону