Антона любят и сочувствуют, а этот ненормальный всё знает, но молчит. И даже не думает из-за этого переживать.

– Рукой достать можно. Я попытался… – Андрес показал на полотенца. Вовка понял, почему они здесь лежат – Андрес вставал на колени. Плечо тогда оказывалось на уровне нижней кромки дверцы.

Голова в короб не пролезала – мешали трубы. Приходилось действовать на ощупь. Вовка встал коленями на полотенца и запустил руку в щель. Она с трудом протиснулась в узкое пространство и упёрлась в ответвление труб.

– Тут трубы.

– Ага, – не стал спорить Андрес. – Там дальше надо.

Вовка потянулся, кромка дверцы врезалась в подмышку.

– А если там пола нет? – спросил он. – До первого этажа мог провалиться.

– Есть. Я проверял. – Андрес стал нервно покусывать губы – всё-таки и у него были чувства.

– Как проверял? Тут не дотянуться! – Вовка старался, выпрямлял пальцы изо всех сил, но чувствовал ими только холод трубы.

– Я тыкал.

Андрес ещё произносил окончание фразы, а Вовка уже понял, чем он «тыкал». В раковине валялись зубные щётки. Его была с перепачканной ручкой. Идиот!

– Нет, ну ты молодец! – упал на пол Вовка.

Загудело. Осторожно так. В глубине труб мелькнул свет.

– Ага, не провалился! – обрадовался Вовка, пытаясь поглубже заглянуть в щель. Свет погас.

– Нашли, значит? – На пороге ванной стоял Тарас.

– О! Святой Тарасий! – воскликнул Вовка. – У вас руки длинные, попробуйте достать.

Андрес молча выскользнул из ванной и попытался пройти мимо Тараса.

– А чего сразу-то не сказал? – задержал его Тарас.

– Я боялся, что вы будете ругать.

– А сейчас? – Андрес дёргался, но Тарас не выпускал.

– Вот Володя. У него руки длинные, он достанет.

Андрес вывернулся и исчез в коридоре.

– И чего там, можно достать? – спросил Тарас.

– Надо чем-нибудь подхватить, – покачал головой Вовка.

– Пусти-ка старца. – Тарас закатал рукав блейзера. – И где только вас понабрали таких талантливых? Один к одному прямо! Все красавцы.

Вовка сдвинулся, давая возможность Тарасу устроиться на полотенцах. Руководитель пыхтел, ругал Болгарию и каждого в лагере поимённо, пробовал зубные щётки, как палочки. Когда список отряда закончился, он сдался.

– Ладно. – Тарас сел рядом с унитазом, хлопнул в ладоши, смахивая с них грязь. – Завтра из столовой возьмём щипцы хлебные. Они длинные. Как раз достанут. Антон-то знает?

Вовка прислушался к лёгкому гулу – на телефон опять звонили. Раз звонит, значит, Андрес ему ничего не сказал.

– Нет ещё.

– Иди скажи, пускай порадуется. – Тарас тяжело поднялся. Сегодня у него был трудный день. – И заодно попроси прощения у Лизы, она уже оттаяла.

Вовка прикрыл глаза. В коридоре послышались голоса, затопали – собрание закончилось.

Сейчас Антон придёт и сам всё узнает.

Вяло улыбнулся. Парадокс Ромео. Вовка с Тарасом уже знают, а Тоха ещё нет. Надо найти Васю.

Простота истории

В комнату к мальчишкам опять набился народ. Девчонки тянулись на цыпочках, чтобы разглядеть, что происходит в туалете. Малыши пробивались сквозь локти и спины.

На закрытой крышке унитаза сидел Антон и тихо улыбался.

– А как он у тебя на краю оказался? – спрашивала уставшая Света, закатывая глаза. Впервые за сегодняшний день она была довольна – телефон не украли, уже хорошо.

– Я фильм качал. А тут у нас самая хорошая точка приёма. – Антон прислушался. Он ещё не сказал маме, что телефон нашёлся, поэтому она старательно прозванивала номер сына. Тогда в коробе раздавалось тихое жужжание, словно недовольного шмеля накрыли банкой. – Видимо, я его здесь оставил и забыл. Я заходил сюда, смотрю, нет телефона. Вот и решил, что переложил его на тумбочку или куда ещё. Все и подумали, что телефон украли.

– Нет, ну Андрес какой! – потрясала вздёрнутыми руками Света. – Столкнул и молчал два часа. Боялся чего-то. А мы тут бегали, волновались! Где он, кстати?

Испанец исчез. Как вышел из номера, так и растворился в сумерках коридора.

– Пошёл топиться, – радостно сообщил Вовка.

После того как он стал Героем Длинные Руки, боязнь людей прошла. И сейчас он был доволен, что находился в центре внимания.

– Лучше бы ты утопился! – фыркнула Лиза. – Всё равно ничего не сделал! – И сразу же выскользнула из комнаты.

– Ребята, а правда, где Андрес? – заволновалась Света. – Спать уже пора. Давайте, расходитесь.

Все зашевелились, задвигались, но броуновское движение не создало однонаправленности – многие так и остались в комнате. Никита с Дашей вышли на балкон, и Никита с добрейшим выражением лица закрыл за собой дверь. В толпе мелькнула бордовая голова Кати.

– А смотреть-то мы что будем? – спросил Антон. – Телефон до завтра того…

– Ну да. – Вовка сунул руки в карманы и ссутулился. Лиза всё ещё злилась, но уже как-то не очень. Васю в толпе он не находил. Она исчезла сразу после пляжа. И было непонятно, что это значит.

На душе скрежетнуло. Ну вот, теперь ещё и Вася. А ведь он почти оправдал себя. Попытался вспомнить, видел ли он Васю после разговора с Лизой. Но перед глазами маячила Лиза, её покрасневшее от слёз лицо. А Вася… Вася… Её спутавшиеся волосы, приоткрытый от удивления рот, когда она слушала Лизу. Юбка. Вася бежала прочь от него. Море. Тёмная линия горизонта. Красный закат, переходящий в чёрное. Лёгкое шуршание песка. Он разулся. А Вася шла в своих серых балетках. Он ещё оглянулся – следы получались смешные. Его, с вдавленной пяткой, и её, с плоской подошвой. Было так спокойно – это состояние ещё можно вытащить из памяти. Можно записать. Ведь вот они – слова. Очень нужные.

– Выходим! Выходим! – гнала любопытных из комнаты парней Света. – По постелям! Спать! Кто через пять минут не будет лежать, выставлю в коридор с подушкой в руках. Воробей, лети к себе!

Комната наконец опустела. Шум остался там, за дверью, и на мгновение Вовке показалось, что мир рухнул, что сейчас этот кусочек пола под ним отколется и уплывёт от всех прочь. Что он останется совсем один.

У него спёрло дыхание. И чтобы убедить себя, что жив, что никто никуда не провалился, Вовка вышел в коридор.

– Эй! Ты куда? – крикнул ему в спину Антон. – А кино?

Вовка пробежал на половину девочек, остановился перед дверью в комнату Васи. Поднял руку, чтобы стукнуть, но дверь распахнулась раньше. На пороге стояла Ксюша. Она улыбалась. Увидев Вовку, прыснула и исчезла в комнате.

– А? – начал Вовка, но к нему из глубины номера уже шла Вася.

Вовка не понял, какое чувство на него обрушилось – он и рад был видеть Васю, и